Ты – мой капкан - Катерина Пелевина Страница 13

— Принимайте такого или гоните с поля, пусть на банке сидит, мне пофиг, — отвечаю, ухохатываясь над ним.

— Ну всё, тебе конец, Амелия, сама у меня сейчас сядешь, и не на банку, а на бутылку, — не успеваю среагировать, как Назар перекидывает меня через плечо и тащит куда-то, пока я ору.

— Ты с ума сошёл, да? Ненормальный?! Это просто игра! Умей проигрывать! Ах, ты скотина! Помогите!

На мой зов тут же слетаются все пацаны горой. Словно маленькие муравьи, избивая его со всех сторон.

— Отпусти её! — колотят этого идиота, пока я верещу на всю улицу и хохочу, как ненормальная. Вот ведь картина маслом, а…

— А ну свалили, пока я добрый, нахер!

— Тебе их не запугать…

— Это мы ещё посмотрим, — ехидно улыбается он, а потом всё же опускает меня на ноги. — Всё, всё… Отпустил я вашу звезду, блин… Всего меня, сука, уделали!

— Не матерись при детях! — рычу на него ответно. — Ты сам виноват!

— Ладно, кароч… Виноват. Не трону больше вашего Роналду, давайте играть дальше…

Парни довольно убегают, а я смотрю на него и ухмыляюсь.

— Тебе мало, да, мажорчик? Смотри, как бы целым потом домой уйти, а то ведь не пожалею вовсе, — бросаю напоследок, увидев его довольную донельзя усмешку, и ухожу обратно на коробку, спиной улавливая его оценивающий взгляд на себе… Аж до жжения между лопаток… Как же сильно он меня бесит…

Глава 10

Амелия Андреева

Половину дня в итоге мы проводим на коробке… А я-то думала, что буду заниматься сегодня и больше его не увижу… Вот реально ему нечего делать — проводить время с детворой и странной девушкой в спортивках, больше похожей на пацана с длинными волосами… Это я не про свою внешность, а про образ жизни. У него ведь наверняка там всякие фифы в приоритете. Тогда я просто не понимаю, что происходит… К чему же всё это?

Когда парни начинают расходиться, мы с Миром тоже помаленьку переглядываемся.

— Скоро уже пора, Мир… Тётя будет ругаться, — припоминаю ему, потому что он порой заигрывается и может задержаться на улице. Да и я такая же…

— Она звонила уже, я сказал, что ещё полчаса…

— Ладно… Полчаса так полчаса… — вздыхаю я, разыгрывая очередную подачу, но он стоит передо мной и не двигается. — Что?

— Ну… Я не для футбола так сказал… — неожиданно сообщает мне и улыбается.

— А что же тогда? — оборачиваюсь и вижу троих наших, которые скучковались возле сетки и шушукаются, пока Назар говорит с кем-то по телефону неподалеку. — Таааак… Что за диверсия?!

— Они просто хотят его аппарат посмотреть…

— Аппарат… Ты серьёзно?

Я бы отпинала ему весь его аппарат, но они про спорткар, конечно…

— И зачем, блин?! Что там особенного?!

— Ну, знаешь, Мела… Я никогда такие вблизи не видел… Проезжали — да, но вот так…

— В чём конфликт? — спрашивает блондинчик возвращаясь. Тут как тут, конечно же. Мне кажется, у него какой-то встроенный детектор, если его вдруг обсуждают.

— А зачем ты ухо проколол? — вдруг спрашивает мой братик, вызвав у меня истеричный ржач. Я просто стою и прикрываю лицо обеими руками, насмехаясь. Чувствую, как лицо горит, но не унимаюсь.

— По приколу просто… Платина и брюлики… — не забывает сообщить, словно в этом была суть вопроса. Фу… Какой же меркантильный и циничный тип.

— Ах, как неожиданно! — добавляю я издевательски, пока он щурит на меня свои тёмные омуты.

— А ты та ещё заноза в заднице…

— Пацаны хотят видеть твою тачку! — говорит Мир, перебивая, а я закатываю глаза.

— Пацаны, да? Ну, идём… Смотреть мою тачку… — ухмыляется он, выходя с коробки первым. Парни идут за ним цепочкой, а я самой последней… Как замыкающая. На его задницу стараюсь не смотреть, ведь я не извращенка. Но почему-то всё равно нет да нет, она встаёт перед глазами. Что такое, не пойму? Мы так и будем оценивать жопы друг другу?

Когда подходим к парковке, парни тут же начинают пускать слюни на то, что видят… а по мне так ничего особенного. Ну, машина. Ну, спортивная… Да и пофиг вообще.

— Вааааау…

— Офигеть… Сколько такой стоит?! — спрашивает Митя. Самый маленький из нас всех.

— Ну Вам всё скажи… — деловито подначивает Назар.

— Да он не знает, ему папочка купил, — отвечаю за него, услышав его смех.

— Какая же ты вредная, а… Потому что мамочка с папочкой тебе не купили или что? — выпаливает он, а мне вдруг так обидно становится. Просто ужасно обидно. В груди жжёт. За рёбрами давит. И я не понимаю почему??? Ну, сказал по идее колкость в ответ на мою, но я психованно ухожу, словно он резанул по самому важному. Хотя, наверное, так и есть… Родители для меня то, что важно, но никогда больше не станет настоящим… Однако любовь к маме и воспоминания о её тепле никуда не делись. Уверена, что будь она жива, она бы всё мне купила… Всё отдала…

— Э! Ты куда, блин? Амелия! — кричит он вслед, заметив, что я направляюсь к подъезду, а потом слышу, как Мир вздыхает.

— Ты — дурень, у Мелы нет никого. Ни мамы, ни папы… Ладно, пока, до завтра… — он бежит за мной, догоняя возле входной двери, и мы скрываемся в подъезде за считанные секунды.

— Вот зачем ты ему сказал, а? Ты всё про меня говорить собираешься? Продашь? — ворчу на него, и он тут же хмурится на меня, фыркая.

— Мела… Ты чё?! Я просто хотел, чтобы он понял, как накосячил… Но он ведь не плохой, согласись?! И играет он… Ну…

— Дерьмово, — улыбаюсь я, притискивая к себе брата.

— Ну не дерьмово… Ужасно, — смеётся Мир в ответ. — Но ты его научишь!

— Не хочу я его учить, Мирчик… Вообще нет никакого желания, — хмурюсь, пока поднимаемся на этаж, и вдруг слышу, как входная подъездная дверь внизу открывается, после чего кто-то бежит за нами. Громко и очень быстро… И я точно знаю кто.

— Быстро наверх! — перехожу на бег, чтобы спрятаться в квартире, только открываю дверь и запускаю Мирослава внутрь, как не успеваю зайти, а меня тараном давят к холодной металлической поверхности, зажав со всех сторон… Всем своим твёрдым мощным корпусом. — Отпусти, блин! — пытаюсь пнуть ему между ног, но он зажал и не позволяет. И Мир пытается толкать дверь с той стороны. Но толку-то? — Второй раз не прокатит… — улыбается он и дышит на