Будь моим на Рождество - Пайпер Рейн Страница 12

Я закрываю компьютер, когда кто-то вскрикивает, затем по дому раздается стон боли. Мы с Картером обмениваемся недоумевающими взглядами и спрыгиваем с диванчика, чтобы выяснить, в чем дело.

Стоны, кажется, доносятся с лестницы, так что я направляюсь туда. Добравшись до нее, мы находим Ника, изогнувшегося внизу лестницы, с одной рукой на перилах, другой — на пояснице. Его кожа выглядит влажной, а лицо искажено от боли.

— Ник! Что случилось? Ты в порядке? — я бросаюсь к нему.

— Чертова спина, — ворчит он и морщится.

— Ты упал? — Картер бросает взгляд на изогнутую лестницу, затем на меня.

— Не-а, просто поднял ногу, чтобы подняться по лестнице, и что-то сорвалось. Это не в первый и не в последний раз.

Он тяжело дышит и явно испытывает боль. Мне ужасно жаль его.

— Что мы можем сделать?

— Можете помочь мне подняться в мою комнату? У меня есть лекарство, и мне нужно полежать день-два, тогда все будет в порядке. Я бы не отказался и от грелки, если она у тебя есть.

— Конечно, — я жестом показываю Картеру помочь поддержать Ника с другой стороны. — Хорошо, опирайся на нас, пока идешь вверх по лестнице. Иди так медленно, как тебе нужно.

Мы медленно поднимаемся по лестнице, Ник морщится и сдерживает ругательства на каждом шагу. В мою грудь заползает беспокойство. Я знаю, что он будет в порядке, но мне ненавистно видеть его в боли. Сейчас он мой самый любимый гость.

Примерно на полпути вверх по лестнице Картер начинает говорить, я думаю, в попытке отвлечь Ника от боли каждый раз, когда тот переносит вес, чтобы подняться на следующую ступеньку.

— Не думаю, что ты в ближайшее время будешь участвовать в каких-либо гонках.

Ник полностью прекращает движение при комментарии Картера.

— Ник?

Его лицо бледнеет, а плечи опускаются.

— Гонка на оленях сегодня. Я не смогу участвовать. — он немного обвисает на наших руках, и мы с Картером прилагаем больше сил, чтобы удержать его. — Я очень надеялся выиграть эти деньги. У меня есть кое-какие дела по дому, которые нужно починить, и призовые сильно бы помогли.

— Мне жаль, Ник, — говорю я.

Наклоненные вниз губы Картера говорят о том, что он чувствует себя так же плохо, как и я. Затем его глаза загораются, и он кивает мне, словно мы заодно. О чем он думает?

— Что, если я попробую выиграть их для тебя? — спрашивает Картер.

Я беззвучно говорю ему «какого черта».

Глаза Ника расширяются, он смотрит на меня, прежде чем полностью переключить внимание на Картера.

— Ты бы сделал это? — облегчение в голосе Ника почти доводит меня до слез.

— Я могу попробовать. Не гарантирую, что выиграю. — он пожимает плечами в ответ на мой вопросительный взгляд. У нас и так полно дел без его участия в Фестивале Санта-Клаусов.

— Картер, что ты знаешь о гонках на оленях?

— Насколько это может быть сложно?

Он заблуждается, опьяненный рождественским настроением, но я должна признать, что эта уверенность меня заводит.

ГЛАВА 8

КАРТЕР

Я не уверен, чего ожидал, когда предложил подменить Ника на гонке на оленях, но быть втиснутым в костюм Санта-Клауса, надеть лыжи и тащиться за оленем — не то, что я представлял.

Эшли разговаривает с координатором и сообщает ему, что я буду участвовать вместо Ника, так что я достаю телефон из кармана своих штанов Санты и открываю групповой чат моей семьи.

Картер: Собираюсь участвовать в гонке на оленях.

Трэ: Это эвфемизм?

Бринн: Никто из нас не хочет слышать о твоей сексуальной жизни, Картер.

Я посмеиваюсь и делаю селфи.

Бринн: Вау. Вермонт тебя не пощадил.

Трэ: Не думал побриться?

Мама: Боюсь спросить, но ты имеешь это в виду буквально, да?

Картер: Ага. Только подумай, ты сможешь хвастаться перед друзьями, что твой средний ребенок — победитель этого года в гонке на оленях.

Папа: Удачи. Только не покалечься, иначе получишь уголек в носок, потому что мне придется слушать, как твоя мать беспокоится, пока сама не увидит тебя в канун Рождества.

Я посмеиваюсь над комментарием отца и замечаю, что Эшли приближается, так что убираю телефон обратно в карман. Когда он вибрирует секундой позже, я знаю, что это, вероятно, моя мама, не впечатленная комментарием отца.

Эшли протягивает мне стартовый номер.

— Ты уверен в этом?

Морщинка между ее бровями говорит мне, что Эшли беспокоится обо мне, что… удивительно. И прогресс, полагаю. Когда я только приехал, я почти уверен, что она хотела меня кастрировать.

— Стоит попробовать. Мне жаль, что Ник не сможет участвовать. По крайней мере, если я выиграю, я смогу отдать ему десять тысяч долларов, и он сможет починить свой дом.

Она изучает меня, наклоняя голову.

— Что? — я ерзаю на месте. Обычно мне не бывает неловко от чьего-либо внимания, но то, как Эшли на меня смотрит, ощущается по-другому.

— Тебе действительно даже в голову не пришло оставить деньги себе, если выиграешь?

Мой лоб морщится.

— С чего бы? Я бы не стал этого делать, если бы не хотел выиграть деньги для Ника.

Она снова изучает меня, и я вижу по ее лицу, как она шокирована. Я слегка оскорблен тем, что она думает, будто я действительно оставлю деньги. Что она вообще обо мне думает?

У меня нет времени размышлять о предположениях Эшли насчет моего характера, потому что голос из громкоговорителя инструктирует всех участников пройти в зону подготовки.

— Ну, удачи, Санта. Оставайся в безопасности. — Эшли похлопывает по фальшивому животу, выпирающему из моего торса.

— Спасибо. — я натягиваю стартовый номер через голову, и Эшли помогает мне его завязать, потому что в этом большом животе и костюме Санты двигаться нелегко. Я даже не могу дотянуться до своих боков.

От ее близости до меня доносится запах ее духов. Он древесный с ноткой чего-то, что напоминает мне клюкву. Женственный с определенным зимним оттенком.

Какого черта? Почему я думаю о запахе ее духов в таком ключе?

— Все, готово. — она отступает.

Я киваю, затем направляюсь туда, где другие участники готовятся. Надевая лыжные ботинки, я пытаюсь вспомнить все, что говорил мне Ник.

Наклониться вперед от бедер. Ягодицы отвести назад. Сосредоточить вес. Голова на уровне спины оленя. Колени близко друг к другу. Дергать за веревку, а не за поводья, если хочешь, чтобы он пошел быстрее. Держись. Крепко.

Я чувствовал себя уверенно, но, оглядев своих