Спорим, ты сдашься первой? - Анна Измайлова Страница 11

* * *

На следующий день весь кампус был уверен, что мы встречаемся. Я узнала об этом в восемь сорок три утра.

Очень конкретное время, потому что именно в восемь сорок три я стояла в очереди за кофе, еще не проснувшаяся, в очках и с намерением прожить день максимально незаметно.

Потом телефон завибрировал.

Лера прислала сообщение.

Лера:

ВЕРА ТЫ ЖИВАЯ?

Я:

Пока да. Что случилось?

Лера:

АХАХАХАХАХАХАХАХАХАХА

Я:

Если ты снова нашла видео с толстыми котами, я не готова.

Лера:

Так ты теперь девушка Воронцова?

Я моргнула, потом еще раз. Мне пришло новое сообщение, это была фотография, на которой была запечетлена я с Артемом, на арене, его рука у меня на спине, мое лицо повернуто к нему.

Снимок был сделан сбоку, и выглядело все так, будто он собирался меня поцеловать, а я, вся такая нежная, таяла в его руках, что было абсолютной ложью.

Под фото стояла подпись с университетского паблика:

«Капитан “Северных волков” Артем Воронцов после открытой тренировки замечен с таинственной девушкой. Неужели сердце главного красавчика академии занято?»

Я чуть не выронила телефон в кофе. Отошла в сторону и открыла комментарии.

«Это кто вообще?»

«Она с биофака вроде. Отличница какая-то.» «Воронцов с заучкой? Не верю.» «Может, сестра?» «Сестру так за талию не держат, девочки.» «Они милые ахах» «Мне плохо. Артем, как ты мог.» «Она симпатичная, если умыть и переодеть.»

Меня задел последний комментарий... если умыть и переодеть. Да нормально я выгляжу!

— Что за…

— Ланская.

Я резко подняла голову, Артем стоял в двух шагах от меня.

С кофе в руке, в черной куртке.

— Ты видел? — спросила я.

— Да.

— И?

— Хорошо получилась.

Я уставилась на него.

— Хорошо?

— Свет удачный.

— Воронцов, меня в комментариях предлагают умыть и переодеть.

Он взял мой телефон, прочитал и нахмурился.

— Кто написал?

— Неважно.

— Важно.

— Нет. Не устраивай тут опять территориального павлина.

Он продолжал смотреть в телефон.

— Они удалят.

— Кто?

— Админы.

— Не надо.

— Надо.

— Артем.

Он поднял глаза.

— Что?

Я отобрала телефон.

— Это все из-за тебя.

— Формально из-за фотографа.

— Формально — из-за твоей руки на моей спине.

— Она сама легла.

— Твоя рука?

— Да. У нее сложный характер.

— Как и у ее владельца.

— Владельцу нравится твоя спина.

— Что?

Он сделал глоток кофе.

— Ровная. Упрямая. Всегда пытается уйти первой.

— У тебя талант говорить странные вещи с максимально серьезным лицом.

— Это не талант, а чувства.

— Осторожно. У нас спор.

— Я сказал про спину. Не про тебя.

— Юрист недоделанный.

Он улыбнулся и тут мой телефон снова завибрировал. На этот раз сообщение пришло от неизвестного номера.

«Вера, добрый день. Это Марина Павловна, пресс-служба спортивного отдела. Подойдите, пожалуйста, к тренеру Климову после первой пары. Вместе с Артемом. Срочно.»

Я показала экран Артему, он выдохнул.

— Началось.

— Что началось?

— Коммуникация между направлениями.

— Не смей использовать эту фразу, у меня от нее глаз дергается.

* * *

Тренер Климов оказался большим, седым и страшно спокойным мужчиной. В его кабинете пахло кожей, кофе и мазью для мышц.

Кроме тренера там была Марина Павловна из пресс-службы, эффектная женщина лет сорока с идеальной укладкой и планшетом в руках.

— Садитесь, — сказал Климов.

Артем, естественно, присел рядом со мной. Я покосилась на него, он сделал вид, что не заметил моего взгляда.

Марина Павловна открыла планшет, на экране была та самая фотография, только еще крупнее.

Моя щека с этого ракурса выглядела подозрительно розовой.

— Снимок набрал отличную вовлеченность, — сказала Марина Павловна.

Я моргнула.

— Простите?

— У поста за ночь больше реакций, чем у трех последних тренировок вместе взятых.

— Очень рада за реакцию общества, но можно меня оттуда удалить?

— Можно, — сказала она. — Но не нужно.

— Почему?

Климов сложил руки на столе.

— У команды важная неделя. Завтра закрытая встреча со спонсорами, потом благотворительная вечеринка университета. У Артема репутация…

Он посмотрел на Артема и тот закатил глаза.

— Сложная? — подсказала я.

Тренер перевел взгляд на меня.

— Шумная. Воронцов — лицо команды, — продолжил Климов. — И последнее время вокруг него слишком много разговоров.

— Неправда, — сказал Артем.

Марина Павловна молча повернула планшет. Там была подборка заголовков из студенческих пабликов.

«Воронцов снова замечен после вечеринки»

«Капитан “волков” и блогерша Алиса Руденко: возвращение пары?» «Воронцов разбил сердце первокурснице?»

Я медленно повернулась к Артему.

— Насыщенная у тебя биография.

— Половина — вранье.

— А вторая?

— Преувеличение.

Марина Павловна кашлянула.

— Вера, вы отличница, стипендиат, лицо научной программы. На фоне слухов об Артеме вы выглядите… стабилизирующим фактором.

— Я человек, а не валерьянка.

Артем тихо фыркнул, Климов посмотрел на него, тот сразу сделал серьезное лицо.

Марина Павловна продолжила:

— Мы не просим вас лгать.

— Уже звучит как начало лжи, — сказала я.

— Мы просим не опровергать слухи несколько дней. Появиться вместе на благотворительной вечеринке. Сделать пару фото. Ничего сверхъестественного.

— То есть вы хотите, чтобы мы изображали пару? — уточнила я.

— Скорее не мешали окружающим считать вас парой.

— Это одно и то же.

— Нет.

— А мне что с этого?

Марина Павловна впервые улыбнулась по-настоящему.

— Университет может закрыть часть организационных взносов на вашу конференцию в Москве. И дать доступ к грантовой базе, которую вы запрашивали через кафедру.

Я закрыла рот, вот это был удар ниже научного пояса, Артем сразу повернулся ко мне.

— Конференция важная?

— Нет, я просто мечтала всю жизнь послушать доклад о белковых комплексах в зале с плохой вентиляцией.

— Значит, важная.

Я промолчала, потому что конференция действительно была очень важная, а у меня не было лишних денег и доступ к базе я просила полгода.

— Никаких поцелуев, — сказала я.

Артем медленно повернул голову.

— Что?

— Никаких поцелуев. Никаких «милая», «детка», «солнышко» и прочей словесной плесени. Никаких рук ниже талии, внезапных объятий без предупреждения. И... никаких фото, где я выгляжу как жертва спортивного отдела.

Марина Павловна задумчиво кивнула.

— Руки на талии допустимы?

— Нет.

— Для фото желательно.

— Нет.

Артем вдруг наклонился ко мне.

— Боишься рук на талии?

Я повернулась к нему.

— Боюсь, что ты к ним слишком привыкнешь.

— Уже поздно.

— Воронцов.

— Ланская.

Климов громко постучал пальцами по столу.

— Дети.

Мы оба замолчали, тренер устало потер переносицу.

— Вы можете продолжать играть в свои игры хоть до пенсии, но завтра вы приходите на вечеринку вместе. Улыбаетесь. Не ругаетесь при людях. Воронцов, не провоцируешь. Ланская — молчишь.

— А если он первый начнет? — спросила я.

— Особенно тогда.

— Несправедливо.

Артем улыбнулся.

— Привыкай, любимая.

Я медленно повернулась к нему, Марина Павловна оживилась.

— Вот. Неплохо.

— Нет, —