Мы, твои жены и дети - Вера Александровна Колочкова Страница 11

Да, надо спросить. Врага лучше знать в лицо. Надо улучить момент, когда все гости разойдутся, и спросить.

Тетя Рита не сразу ответила на ее вопрос. Глянула с недоумением. Впрочем, Асе показалось, что недоумение это было наигранным.

– Не знаю, Ась, какая еще Маруся? Может, ты первую жену Ванечки, Машу, имеешь в виду? Так про нее я тебе рассказывала. Помнишь, как ты в детстве не захотела с ней знакомиться? Она ко мне в гости должна была прийти, а ты убежала?

– Нет. Нет, тетя Рита. Я не про первую папину жену спрашиваю. Как выяснилось, у отца еще и любовница была. Маруся.

– Фу, какое отвратительное слово – любовница.

– Нормальное слово. А как эту женщину еще назвать? Подруга жизни? Тайная жена?

– Да откуда ты вообще все это взяла? Что за странные вопросы, Ась? Я ничего такого не знаю.

– Да знаете, тетя Рита. Все вы прекрасно знаете.

– Откуда?

– Ну вы же близки были с папой. Вы же сестра. Он вас очень любил.

– Да, любил. И я любила Ванечку. Но это не значит, что… Откуда ты это взяла все-таки?

– Да все очень просто, теть Рит. Ко мне приходил сын этой самой Маруси. Григорием назвался. И он на похоронах был, я потом вспомнила. Значит, и мать его была. Вы видели ее на похоронах? Описать можете?

– Нет, я в лица не вглядывалась, не до того было. Маша точно была, рядом со мной все время старалась быть. Поддерживала. Мы ведь с ней дружили тогда, в те годы. И потом тоже общались, после развода.

– А почему они с отцом развелись? Из-за моей мамы?

– Да. Получается так. Ваня Машеньку полюбил, твою маму. А Маша узнала и отпустила его.

– Что, так сразу и отпустила? Так просто? Гордая такая, да? Что-то не верится!

– Ну не сразу… И не просто…

– Они с отцом плохо жили, что ли?

– Они очень хорошо жили, Асенька. Очень любили друг друга. Тут дело в другом.

– Не понимаю я вас, теть Рит. Так все же кого папа любил? Эту Машу или мою маму?

– Так я ж тебе объясняю – тут дело в другом! Просто когда Маша узнала, что Машенька от Ивана беременна, тогда и решила его отпустить. У них с Иваном ведь детей не было, не могла она родить. Да он и уходить-то не хотел, она его практически выгнала. Любила до смерти и выгнала. Как-то так.

– Понятно, что ж… Теперь мне многое понятно, теть Рит. Значит, не зря мне казалось, что вы мою маму слегка недолюбливаете. Вы не хотели, чтобы он от этой Маши к моей маме уходил, да?

– Господи, да с чего ты это взяла! Не говори ерунды! Нормально я отношусь к твоей маме!

– Ну да, ну да… Нормально относиться – это одно, а дружить – это другое. Сами же говорите, что очень дружны были с этой Машей!

– Ну это уж мне виднее, деточка, с кем дружить, а с кем нет.

– А если бы эта Маша отца не выгнала? Или, как вы говорите, не отпустила? Ведь могло такое быть, правда? Не все же так поступают со своими мужьями? Да если бы все так разводились – по залету… Если бы эта Маша так не решила, то что было бы, по-вашему? Отец бы на маме не женился?

– Я думаю, что не женился бы.

– И бросил бы ее, да? С ребенком?

– Не бросил бы, только ты в этом случае безотцовщиной бы росла, Асенька. То есть де-факто безотцовщиной. Нет, он бы обязательно присутствовал в твоей жизни как приходящий отец, обязательно! Он не смог бы по-другому! Так что выходит, ты должна быть благодарна Маше, что она мужа к твоей маме отпустила. Звучит жестоко, конечно, я понимаю, но ты уж не обижайся, Асенька. Я бы этого не сказала, но ты ж сама допытываться начала. Да и вообще зачем об этом теперь говорить? Не надо, я думаю.

– Нет, надо говорить, тетя Рита. Потому что… Потому что все это неправда. Все, что вы мне сейчас рассказали. Потому что все это было не так, не так! Папа ушел к маме, потому что очень ее любил. А первую жену разлюбил! Вы с ней дружили, потому и наворотили сейчас этот обман. А он просто ушел к любимой женщине, и все! Ему все равно было, отпустят его или нет! Да неужели вы сами не видели, как он маму любил? Или вам за свою подругу Машу обидно было и вы не хотели этого замечать?

Тетя Рита вздохнула, улыбнулась грустно. Подняла на Асю глаза, проговорила примирительно:

– Деточка моя, Асенька, я же не собираюсь с тобой спорить, что ты. Не горячись так, пожалуйста. Ради бога, думай, как тебе хочется. Как тебе удобно. Я всего лишь ответила на твои вопросы, ни больше ни меньше. Прости, если обидела, если что-то сказала не так. Прости.

– Да ладно, теть Рит. Я вовсе не обижаюсь, что вы.

– Спасибо, Асенька. Я понимаю. Что делать, если характер у тебя такой. Вся в деда Василия. Он тоже только черное и белое признавал, не любил ни в чем никаких оттенков.

– А где она живет, эта Маша?

– Да где-то в пригороде.

– Но вы же точно знаете где!

– А я у нее в гостях не была. Обычно она ко мне приезжала. А зачем тебе это, Асенька?

– Да так, просто спросила, и все. А вы часто с ней видитесь?

– Нет. Совсем не вижусь в последнее время. Так, перезваниваемся изредка.

Ася глянула на тетку с подозрением – показалось, что врет. Испугалась чего-то. Наверняка ведь говорить не хочет, где живет эта Маша! Почему, интересно?

Да и подумаешь, тайна какая. Не больно и знать хотелось. Или тетя Рита решила, что она немедленно кинется эту Машу искать? Да с чего бы ради? Забот больше нет, что ли?

Когда все ушли, мама спросила у нее осторожно:

– О ком это вы с Ритой так нервно говорили? Обо мне?

– Да. И о тебе тоже. Но я ничего сейчас пересказывать не буду, ладно?

– Да я и так все знаю, не надо мне ничего пересказывать.

– Что ты знаешь, мам?

– А то, что Рита меня, скажем так, недолюбливает. Не может простить, что Иван от первой жены ко мне ушел. Но мне это все равно, в общем. Давай лучше вот о чем поговорим: ты ведь давеча у меня