Хирургическое вмешательство - Серена Никки Страница 11

— М-да, печально, и Громов тоже хорош.

Марьяна быстро прошла по коридору. Ей не хотелось, чтобы ее кто-либо видел, а еще меньше, чтобы с нею заговорил. Оглядываясь воровато по сторонам, быстро открыла комнату сестры хозяйки и юркнула мышкой вовнутрь. Забралась в самый дальний угол за стеллажи с постельным бельем и достала телефон.

— Марьяшь? Ты чего? Плачешь?

Голос подруги мгновенно вызвал спазм в груди. Девушка всхлипнула и из глаз тут же покатились капельки слез.

— Занята? — Марьяна еле выдавила из себя слово.

— Я? Нет не занята. Ну что ты…

* * *

Николай просмотрел еще раз историю болезни пациента, которого готовили к операции, и отправился в операционную. Нет, волнения или какой-то не уверенности не испытывал. Понятно, что нужно делать, и сейчас предстояло подготовиться к новой миссии. Тщательное мытье рук, стерильный костюм и прочие приготовления.

Все на своих местах… Николай шагнул в операционный блок.

Аверин посмотрел на приборы. Давление, пульс. Парень прерывисто дышал, ему было очень страшно.

— А скажите, мне ногу не ампутируют? Я ее почти не чувствую.

— Кирилл, успокойся, и не такие операции делали. Посмотрим. Готовься, что путь восстановления будет долгим.

— А нога …я смогу ходить когда-нибудь?

— Когда-нибудь, конечно. Приготовьтесь. — Аверин посмотрел на Дутова. — Наркоз. — После этого Кирилл больше прерывисто не вздыхал, а Николай знал, что теперь его время пришло.

— Скальпель… — Аверин взял свой рабочий инструмент и коснулся кожи на ноге. Проступила кровь, а дальше, он говорил, и ему подавали необходимые инструменты. Все делали исключительно то, что им говорят.

Громов же после планерки отправился домой, и теперь Николай до завтрашнего утра будет находиться в отделении. Сделает еще несколько операций и, возможно, к вечеру в травматологии будет чуть спокойнее.

Когда в два часа дня он снял стерильную одежду, в которой оперировал, решил пообедать в местной столовой на первом этаже, но ему сообщили, что пришла мать Андрея. Николай лишь кивнул. Он обещал ей встречу, а значит, так тому и быть.

— Здравствуйте, я Алла Александровна Смирнова. Помните меня? Я мама Андрюши.

— Да-да, конечно, я Вас помню. Алла Александровна, Вы сегодня обедали?

— Что?

— Вы обедали сегодня?

— Н-нет…

— Тогда пройдемте, у меня есть час, и за это время, я хочу успеть перекусить. Честно говоря, жутко проголодался. Надеюсь, Вы не против пообедать со мной? Я все Вам расскажу.

— Хорошо, идемте.

— Вот и отлично.

Добраться до столовой быстро не получилось. Николая видно издалека, всем срочно понадобилось у него что-то спросить. Пациенты, которые находились в отделении больше двух недель, мечтали о выписке, а узнать такую информацию наверняка можно только у Николая. Если он не подпишет выписку, то и не отпустят домой. Отвечал односложно: выписка сегодня, через три дня, после результатов УЗИ скажем точно, после рентгена картина будет более ясной и так далее.

Николай посмотрел на часы и понял, что осталось у него не больше пятнадцати минут на все про все. Далее плановый осмотр. Перелом не сложный. Трещина. Но девушка не доверяла медсестрам и требовала его присутствия. Такой скандал учинила, что Николай, прикинув время, согласился.

Сейчас он сидел за столом и приготовился пообедать.

— Скажите, как Андрей?

— В реанимации он пробудет минимум неделю. Сегодня его состояние могу оценить как удовлетворительное. В себя пришел, но нужно наблюдать. Пока к нему нельзя.

— А когда? Когда я его увижу?

— Давайте так, через три дня я смогу что-нибудь для Вас придумать.

— Может в виде исключения? Я белый халат надену. Я анализы сдам.

— Алла Александровна, сейчас ему противопоказаны любые контакты. Он очень слаб, и мое слово окончательное, поэтому наберитесь терпения, — Николай продолжил есть, а Алла просто ковырялась вилкой в своей тарелке. Ей так хотелось к сыну, но к нему действительно было нельзя. Николай должен проявлять твердость во всем, быть мягким он мог только с Евой, хотя по отношению к ней хорошо бы эту самую твердость проявить.

— Извините, я тогда пойду.

— Всего хорошего.

Женщина удалилась, а на ее место подсела Марьяна.

— Вот вы где? Николай Владимирович, я подумала над вашими словами. Я считаю, что каждый останется при своем мнении, конечно, но Вы бы присмотрелись к Громову. Темный он мужик. Странный.

— Марьяна Витальевна, и Вы присмотритесь… Поверьте, не все так безнадежно.

Аверин посмотрел на нее двусмысленно, а Марьяна смутилась. Губ Николая тронула едва заметная улыбка, и он поднялся из-за стола.

— Не поняла, а Вы к чему это сейчас сказали?

— К тому самому, Марьяна. Мне, кажется, мы поняли друг друга.

Взгляд у Николая был вполне-таки определенным. Ему хватило минуты, чтобы понять, что между ними. Очень взаимно неравнодушны друг к другу, а ведут себя как дети. Румянец на щеках Марьяны лишь подтвердил догадки Аверина. Он закончил с обедом, поднялся и отправился в свой кабинет.

— Извращенцы, — шепнула женщина и тоже заторопилась в хирургическое отделение, правда выдержала дистанцию и не приближалась к Николаю. Не стала с ним в один лифт проходить. Он это заметил, но позволил ей поступать так, как она захочет.

Ей прилетело сегодня ночное дежурство в наказание за проступок, и она хотела за это Громова придушить. Такое желание было у них взаимным.

Ночь вступила в свои права, а в отделении на скорой привезли новых пациентов…

Глава 7. А что в картах сказано, то судьбой предсказано…

Николай вернулся домой после долгой и утомительной смены. Ева еще не вернулась. Раньше она вкусно готовила для него, баловала изысканными ужинами. Но вот уже год, как они питаются едой на заказ.

«Зачем? — говорит жена, — когда денег достаточно, чтобы питаться едой из ресторана».

Ева большая любительница клубных тусовок и ресторанов. Ей все равно, где и что есть. И вот она уже забыла, что ее Коля не любит еду, которую приготовил неизвестный ему человек. Он может перекусить в кафе, но это кафе, уже проверенное годами, персонал которого он знает лично.

Раздался телефонный звонок. Николай ответил. Это Ева о нем позаботилась и на все вечера заказала ему ужины. Звонили, подтвердить заказ, а мужчина вежливо отменил его и извинился.

Открыл холодильник, достал яйца, зеленый лук, грибы и стал сам колдовать над нехитрым ужином. Неожиданно раздался сигнал его смартфона, и Николай тут же активировал его:

— Бабуль, привет.

На экране появилось улыбающееся лицо бабушки Нюры. Она поставила телефон на подставку перед собой и разговаривала с внуком, не отрываясь от своего важного дела.