Сын маминой подруги - Дарья Волкова Страница 11

– Совершенно верно, – отозвалась Ульяна и показала язык спине Захара. И поймала взглядом в стекле отражение его улыбки.

* * *

Когда они приехали, Захар точно так же помог Настасье Капитоновне выйти из машины. А потом бабушка подхватила Ульяну под руку и неожиданно быстро для человека с тростью повлекла Улю к своему дому, что-то говоря про домашний ужин и булочки. Булочки сегодня Ульяна уже откушала. Она всё же обернулась. Захар стоял у машины и смотрел им вслед. Увидев, что Ульяна оглянулась, он поднял согнутую руку на уровень плеча и пошевелил пальцами. Как интерпретировать этот жест, Уля так и не поняла. Да и вообще в ближайшие несколько часов ей было не до анализа и интерпретаций.

Настасья Капитоновна оказалась дамой на удивление энергичной. И при этом очень приятной в общении. Ее многословность и легкая суетливость были сейчас Ульяне даже на руку – они не оставляли места для самокопаний. И дом у бабушки оказался вполне приятным. Он, конечно, явно был скромнее, чем дом Захара – и по площади, и по внутренней отделке. Но, к огромному облегчению Ули, в нем были все удобства, как в городской квартире – и туалет, и скромная душевая кабина, и горячая вода. «Мне это куда как больше нравится, – прокомментировала Настасья Капитоновна наличие душевой кабины. – А то мне с моей ногой в ванну залезать вообще неудобно. А тут раз, нажал – и сверху тепленькая пошла». Уля лишь хмыкнула на «тепленькая пошла».

В небольшом домике оказалась неожиданно большая кухня с настоящей печью, просторная комната типа гостиной, с диваном, большим столом и телевизором и совсем крошечная спальня.

– А тебя я на диване положу! Он разбирается, тебе будет просторно! – энергично уведомили Ульяну.

Ну, на диване так на диване.

И дальше Уля с удовольствием погрузилась в домашние хлопоты.

Они поужинали вкуснейшим борщом, отполировав его чаем с теми самыми булочками. А потом Настасья Капитоновна, убрав всё со стола, вытащила на свет божий несколько толстенных альбомов. В их недрах нашлась даже пара фотографий самой Ульяны – совсем маленькой. Уля с удовольствием и интересом рассматривала фотографии и слушала рассказы Настасьи Капитоновны. Там было слушать – не переслушать. И всё же в какой-то момент Ульяна поняла, что едва сдерживает зевоту. А потом и вовсе не удержалась – зевнула.

– Ой, ну что же я на тебя всё сразу и вывалила! – Настасья Капитоновна захлопнула альбом в синей бархатной обложке. – Заболтала я тебя. Давай-ка спать, Улюшка. Завтра встанем рано, нам еще стол праздничный собирать.

Уля не стала задавать вопросов, на кой черт им праздничный стол, когда их будет всего двое, кивнула – и пошла разбирать диван.

Гигиенические процедуры были выполнены по минимуму, и вот уже Ульяна, облаченная в удобную пижаму, устроилась на своем гостевом месте. Диван оказался достаточно удобным и просторным. Идеальным местом, чтобы наконец всласть порефлексировать.

Уля лежала, прислушиваясь к тишине. Тишина была прямо какая-то совсем непривычная. В новостройке, в которой жила Ульяна, так тихо никогда не бывало. Там звукоизоляция слабая, и всё время что-то слышится на периферии. Или какие-то звуки от соседей. Или музыка играет. Или шум бытовых приборов. А здесь тихо. Совсем. Только иногда потрескивает печь. И от этого очень непривычно. И немного страшно.

Интересно, а Захару тут не страшно? Ну вот. Она подумала о нем. И теперь эти мысли не остановить.

За то время, что Ульяна провела с Настасьей Капитоновной, у нее не было возможности думать о Захаре. Зато за это время она как-то смирилась с произошедшим. Ну, вот так, да. Оказывается, она способна на такое.

Способна, как гласит расхожая фраза, лечь в постель с первым встречным. Правда, у них с Захаром дело до постели не дошло, ограничились баней. Говорят, что было в Вегасе, останется в Вегасе. А что было в бане, останется в бане. Так и надо к этому относиться.

Ну, было и было. С этим остается только смириться. С тем, что, оказывается, Уля способна на… такое. Это даже поступком назвать нельзя. Это больше похоже на какое-то безумство. А у каждого безумства есть свои последствия. Это неизбежно. Каждое деяние имеет свои последствия, это азы ее профессии. А какие у нас тут последствия – кроме ее угрызений совести и рефлексии?

Ну, был секс. Защищенный секс, хотя Ульяна никак не могла поставить это себе в заслугу, ведь про презерватив она и не вспомнила. Но вспомнил Захар, а значит, с этой стороны никаких последствий. А еще это был совершенно потрясающий секс. Да, с малознакомым человеком, но… Ульяна в своей жизни до сегодняшнего дня ничего подобного не испытывала.

Только ведь во время секса люди не разговаривают, в постели не нужны общие интересы. Для качественного секса нужно что-то другое. Одна коллега Ули называла секс дружбой телами. Вот и их с Захаром тела оказались… просто очень хорошими друзьями. Как и почему это произошло, Уля совсем не понимала. Что это? Та самая пресловутая химия? Что-то такое, что головой фиг осознаешь? Или, может, каждая приличная девочка должна совершить в жизни хотя бы один безумный поступок? Вот в жизни Ульяны их не было до сегодняшнего дня. А теперь… Приехать в деревню и заняться сексом с мужчиной, с которым ты познакомилась час… а, нет, два часа, это важно, назад – вполне себе тянет на безумство.

Ульяна вздохнула и перевернулась на другой бок.

Она же устала? Она же зевала? Где там сон? Но сон куда-то делся. И Ульяна снова думала.

Самое чувствительное для нее последствие произошедшего, вдруг поняла Уля, это то, что подумал о ней Захар. Она боялась об этом думать – и не думать не могла. Ульяна была уверена, что нормальный мужчина такое поведение воспримет как легкодоступность. Да-да, что-то из серии про низкую социальную ответственность. И уж никак не будет после этого нормально относиться к такой женщине, которая в первые же два часа знакомства пошла на сексуальный контакт. Господи, она даже про себя думает этими дурацкими юридическими формулировками! В общем, уважать такую женщину Захар не будет точно и вряд ли захочет продолжить с ней знакомство.

Так. А как она дошла до мысли о продолжении знакомства? Нет-нет-нет, об этом не может быть и речи. Всё. Было безумство. Был феерический секс. Спасибо, Захар, я теперь себе образец, а точнее, планку, к которой надо стремиться, получила.

Уля сердито взбила подушку и принялась в качестве