Искушение Злодея - Алекса Дж. Блум Страница 10

Мне требуется несколько секунд, чтобы распознать этот дымный голос, но потом я вспоминаю свой первый день в Шэдоуфолл — не сегодняшний, а тот, что был шесть месяцев назад.

Эйс.

— Вы, Темные рыцари, ведете себя как короли академии. И вы позволяете себе такое отношение к своим однокурсникам?

— Такая участь настигает только душнил или же предателей. И ты определенно относишься к последним, — объясняет еще один мужской голос. Когда я осмеливаюсь бросить быстрый взгляд в окно, я вижу, что все они в масках.

Светящиеся маски с крестами вместо глаз. Под синей неоновой маской, должно быть, скрывается Призрак — его выдают татуировки на руках. Только что это был его голос. Есть все-таки преимущество в том, что мой брат постоянно о них болтает.

Я тут же пригинаюсь.

— Вы не имеете права! — кричит Майлз. Как я успела заметить благодаря старым фонарям внутри церкви, он привязан к стулу.

Что же мне теперь делать?

Раздается смешок.

— Ты распускаешь нелепые слухи о нас среди новичков, — это точно голос Ронана. Мой брат столько раз просматривал видео с Темными рыцарями, что я уже не плохо различаю их голоса. — И ты правда думаешь, что мы закроем на это глаза?

Наступает тишина.

— Вы собираетесь меня убить? — испуганно спрашивает Майлз.

— Убить? Нет, друг мой. Мы просто проучим тебя, — объясняет Эйс.

— Да ладно вам, чуваки. Я лишь чуточку облажался.

Этого больше никогда не повторится... — Прежде чем Майлз успевает договорить, я слышу судорожный вздох. Должно быть, кто-то его ударил.

Я зажимаю рот рукой, чтобы не издать ни звука. Я знала, что Темные рыцари опасны.

Похоже, раз за разом я оказываюсь в одних и тех же ситуациях.

Черт!

Зловещий смех эхом разносится в ночной тишине.

— Думаю, мы должны доказать ему, что у нас огромные члены.

Что, черт возьми, Призрак имеет в виду?

— Что? — хрипит Майлз.

— Как насчет того, капитан, чтобы словить своим черепом пулю?

Эйс мрачно смеется.

— П-пожалуйста, не надо! Я сделаю все, что ты захочешь, но, пожалуйста... — И снова его прерывает удар.

— Не ной, как соплячка, Харрисон! В конце концов, мы же дети. Разве нет? — издевается Эйс.

Что не так с этими мужчинами?

Жнецы, по крайней мере, не играют со своей добычей.

В этот момент мой инстинкт выживания берет верх. Нужно срочно уходить, если не хочу разделить участь Майлза. Лучше всего было бы позвать на помощь, но опыт подсказывает, что в результате это лишь усугубит ситуацию. Поэтому решаю просто исчезнуть, прихватив с собой угрызения совести.

Вдалеке звучат голоса Темных рыцарей, но мне трудно разобрать слова. Дрожащими ногами спускаюсь с камня и поскальзываюсь на сухом листе, падая на землю.

Все тело пронзает боль, но я тороплюсь подняться. В отчаянии молюсь про себя, чтобы они не услышали шума.

— Кто это тут у нас? — один из Темных рыцарей направляется ко мне. На нем красная светодиодная маска, которая оскаливается в жуткой ухмылке. Эйс снимает ее и смотрит на меня сверху вниз.

Черт, это действительно он...

— Похоже, пришло время нам познакомиться. Мое имя тебе должно быть известно, но кто ты такая? — его голос звучит глубоко и мрачно.

В горле пересыхает, и я, охваченная легкой паникой, выдавливаю из себя: — Октавия.

ГОДОМ РАНЕЕ

Октавия

Из-за мешка на голове мне душно и едва хватает воздуха, а страх, пульсирующий в венах, вызывает паническую атаку. Липкая лента на губах не позволяет произнести ни слова.

Я пытаюсь сориентироваться, но абсолютно ничего не вижу. Только мягкая обивка под спиной подсказывает, что я на заднем сиденье его машины.

Мы едем. Это вполне очевидно.

Но что он задумал?

Когда он заговорил об “экскурсии”, я подумала, что он хочет загладить вину за вспышку гнева несколько дней назад, закончившуюся для меня разбитой губой. Но как только мы оказались у машины, он ударил меня сзади, и когда я очнулась, то была уже связана и лишена возможности видеть.

Я не сопротивляюсь.

Не пытаюсь бороться.

Давно перестала.

Это никогда не помогало, а только злило его еще больше.

— Скоро будем на месте. Вытащите ее из машины и не отпускайте, пока я не прикажу. Понятно? — грубым тоном приказывает брат.

— Понятно, босс.

Скотт.

Узнаю его мягкий голос. Скотт никогда не перечит. Он и Каин повинуются брату беспрекословно.

— Будет сделано, — соглашается Каин.

Несколько минут я смотрю через крошечные отверстия мешка в окно, и никто не произносит ни слова.

Машина останавливается.

Двери открываются, а затем с грохотом захлопываются. Когда распахивается дверь с моей стороны, я всхлипываю. Грубые руки хватают меня за руку и поднимают на ноги. Пытаюсь что-то сказать, но клейкая лента на губах не дает произнести ни звука. Слезы струятся по щекам.

— Шевелись, Лучиана, или мы применим более жесткие меры! — рычит Каин, таща меня за собой. Внезапно еще чьи-то руки хватают меня за плечо.

— Ривен был прав. Ты не такая уж и страшная, когда не видишь твоего лица, — шепчет Скотт рядом со мной, и Каин разражается громким хохотом. Скотт щипает меня за ягодицу. Больше всего на свете я хотела бы дать ему отпор. Но страх перед последствиями держит меня в узде. Да и связанные руки все равно не позволяют этого сделать.

— Послушные девочки не дерутся, — бормочет Скотт прямо у моего уха, прежде чем дернуть за мои путы так сильно, что послышался хруст костей.

Я терплю.

Как всегда.

Но даже этого краткого колебания, похоже, достаточно.

Скотт резко дергает меня за руку, заставляя споткнуться. Мое колено с силой ударяется о край ступеньки, и острая боль пронзает всю ногу.

— Вставай, ничтожество! — орет Скотт и пинает меня в бок. Я сдерживаю стон.

— Сама виновата, сестренка. Радуйся, что заказчик хочет тебя относительно нетронутой. Иначе я бы позволил этим двоим куда более серьезные шалости, — говорит Ривен.

Мой брат и главарь Жнецов.

Он ненавидит меня.

Ненавидит с тех пор, как…

Они грубо поднимают меня на ноги и тащат вверх по ступенькам. В итоге я оказываюсь на диване. Я испуганно вскрикиваю, но никому нет до этого дела. Как только сажусь, они снимают мешок с моей головы. Свет слепит глаза. Я жмурюсь, и когда через несколько секунд зрение проясняется, я все еще не понимаю, где, черт возьми, нахожусь.

Нас окружает гостиная с грязными кожаными диванами. Остальная часть помещения пустая, что напоминает заброшенный склад. В воздухе витает неприятный запах, который лишь усиливает отвратительную атмосферу этого места.

— Посмотри