Безумие Ворон - Эвелин Флуд

Эвелин Флуд

Безумие Ворон

Информация

Данный перевод является любительским, не претендует на оригинальность, выполнен НЕ в коммерческих целях, пожалуйста, не распространяйте его по сети интернет. Просьба, после ознакомительного прочтения, удалить его с вашего устройства.

Перевод выполнен группой: delicate_rose_mur

Предупреждение о триггерах

В книге содержатся упоминания о следующем:

— физическое насилие,

— принудительный брак,

— домашнее насилие,

— похищение,

— убийство

— ситуация с удержанием ребёнка в заложниках / угроза,

— сексуальная торговля,

— принудительное утоплении,

— клеймение / нанесение шрамов,

— применение электрошокера,

— пытки,

— принудительное употреблении наркотиков / зависимость / ломка,

— принудительные медицинские осмотры,

— разговоры о беременности / усыновление / приёмной семье (без описания на страницах),

— изнасилование (вне сцены).

Эти персонажи заслуживают свой счастливый конец.

Cosa Nostra

Cosa Nostra

Члены семей и известные персонажи

* * *

Семья Корво

Маттео Корво — Capo dei capi — глава всей Cosa Nostra

*Джозеф Корво — покойный

Марко Де Лука — дядя Катарины

Алессия Корво — дочь Катарины и Данте

* * *

Вороны (базируются в Университете Мафии)

Доменико Росси — силовик Катарины

Винсент, Тони, Дэнни — старшие солдаты

* Николо Барбьери — старший солдат — погиб

* Антон Маранзано — солдат — погиб

Пол Маранзано — младший солдат

Фрэнки Коста — старший член совета

* * *

Другие персонажи Корво

Эми — вдова Джозефа Корво

*Альдо — силовик Джозефа и отец Эми — погиб

* Беа — сестра Доменико Росси — погибла

* Пепе — муж Беа — погиб.

* * *

Семья В'Ареццо

Капо: Данте В'Ареццо

* Фрэнк В'Ареццо — погиб

Рокко — силовик Данте

Вито — дядя Данте

* * *

Семья Фаско

Капо: Джованни Фаско

Джованни Фаско — отец Джио — погиб

Роза Фаско — сестра Джио

*Николетта Фаско — сестра Джио — погибла

Леонардо (Лео) Романо — бывший силовик Джио

Джонно — нынешний силовик

* * *

Семья Морелли

Капо: Лучиано Морелли

* Пол Морелли — погиб

Нико — силовик Люка

* * *

Семья Азанте

Капо: Сальваторе Азанте

Наследник: Стефано Азанте

Катарина Азанте

Илиана Азанте

День 0 — Катарина

Невнятные слова звучат вокруг меня. Бормотание, шелест.

Кто-то шевелится, твердая нога прижимается к моей.

Я остаюсь неподвижной, сохраняя ровное дыхание, в то время как мое тело напрягается от растущего осознания. Мои мысли… медленные. Вялые.

Люк.

Люк, истекающий кровью. Шок в его глазах, когда он отшатнулся. Полз на четвереньках, как будто мог помешать им забрать меня.

И Маттео, уходящий с моей дочерью на руках.

Моя грудь сжимается, сдавливает, но я прогоняю это. От меня не будет пользы ни одному из них, если я запаникую. Мысли теперь бегут быстрее, спотыкаясь друг о друга и ударяясь о мой череп. Слишком много всего произошло этим вечером, больше, чем должно было случиться за всю гребаную жизнь, и теперь я в полубессознательном состоянии нахожусь в машине, едущей черт знает куда.

Желчь поднимается к моему пересохшему горлу, когда раздается извиняющийся кашель.

— Подпишите здесь, если хотите. И... здесь.

Холодные пальцы внезапно сжимают мои собственные, выкручивая их. Ручка в моей руке теплая, и я пытаюсь сжать пальцы, но ими водят по странице.

Холод усиливается, сдавливая. — Ты проснулась.

Голос Сальваторе Азанте такой же холодный, как и его прикосновения, и я позволяю своим глазам открыться, хотя мне кажется, что их придавливает тяжесть. Я пристегнута ремнями на заднем сиденье машины, двигатель под нами почти бесшумно работает. Снаружи полностью опустилась ночь, верхний свет над нашими головами — единственное освещение, когда я фиксирую свой взгляд на пожилом мужчине, сидящем напротив нас, с испуганным выражением на его морщинистом лице.

Он не смотрит мне в глаза, отводя взгляд, когда берет документы, которые Сальваторе протягивает, чтобы отдать. — Спасибо вам за вашу помощь, отец Бреннан.

У меня перехватывает дыхание, когда я опускаю глаза. Разглядываю черную сутану, белый воротничок на его шее. Такой же знакомый мне, как дыхание, результат детства, наполненного воскресными службами, когда люди из Cosa Nostra молились на коленях об искуплении, которого они не заслуживали.

Священник.

Мужчина кивает, складывая бумаги, и выглядит смущенным. — Я… поздравляю.

И эти пальцы: его ногти, ледяные и острые, царапают мою кожу. — Благодарю вас.

Нет.

Нет.

Машина замедляет ход, мужчина ерзает на сиденье. Он отчаянно хочет уйти, сбежать. С этими бумагами в руках, бумагами, ложно связывающими меня с Сальваторе Азанте.

Как его жену.

Неважно, что я была недостаточно осведомлена, чтобы согласиться. Такого рода вещи не имеют значение для таких мужчин, как они. Только обещание награды. И строчка, нацарапанная поперек страницы ручкой, вложенной мне в руку, сделает свою работу так же хорошо, как и полная подпись.

Эта вялость все еще наполняет мои вены, мои гребаные конечности, патокой, когда машина останавливается. Неуклюже я хватаюсь за ремень, пытаясь расстегнуть его, когда дверь открывается, и священник исчезает, не сказав больше ни слова. Забирая с собой мои документы о браке.

Сальваторе ничего не говорит, едва поворачивая голову в ответ на мою попытку. Его ногти впиваются только в мягкую кожу под моей рукой, пригвождая меня к месту, когда двери захлопываются, слишком быстро, чтобы я могла что-то сделать, кроме как набрать воздуха в легкие, когда машина снова трогается с места. Там, где он держит меня, возникают уколы боли, которые не успеваю заметить, когда я смотрю прямо перед собой и пытаюсь справиться с паникой.

Я должна это исправить.

Ногти высвобождаются из моей руки. Их заменяют подушечки его пальцев, проводящие по отметинам.

— Дело сделано. Повернись и посмотри на меня, жена.

Звук ужаса вырывается из моего горла при этом прозвище. Мое сопротивление усиливается, когда я бросаюсь от него на другую сторону машины, мои пальцы цепляются за ручку дверцы, когда мы оставляем этого священника позади.

Руки, твердые и непреклонные, тянут меня назад. Сальваторе притягивает меня к себе, и я взрываюсь.

Мой кулак врезается ему в лицо, откидывая его назад и ослабляя хватку настолько, что я падаю на пол между противоположными сиденьями. Я поднимаю ногу и бью его в грудь, когда он снова хватает меня с растущим гневом на лице. Струйка крови течет у него из носа, когда мы смотрим друг на друга, тяжело дыша.

— Хватит, — рявкает он, проводя рукой по носу и