Бывший (не) Твоя дочь - Елена Островская

Елена Островская

Бывший (не) Твоя дочь

Глава 1

Иду, не разбирая дороги. Слезы глаза застилают.

Почему опять? Почему со мной? С нами? Господи, за что? Я же стараюсь быть хорошей, никому не делать зла. Я смирилась, что в моей жизни всё вот так, наперекосяк, не жалуюсь. Почему?

И что мне теперь делать? Как быть?

Я не вывожу… просто не вывожу.

Смахиваю слезы, которые застывают на морозе. Хорошо, что глаза не красила, тушь не течет. Нечем мне их красить, туши никакой давно нет. А девчонки на работе говорят — тебе и не надо Ася, ты и так красивая.

Да уж. Только в моем случае красота — проклятие.

Была бы я обычная, может быть по-другому бы жизнь сложилась.

Растолстеть что-ли? Побриться налысо?

Изуродовать себя?

Нет уж, ничего я с собой делать не буду. И вообще, не о себе надо думать сейчас, а о дочери.

И о разговоре с доктором.

— Увозить вам надо девочку, в нормальный город, с нормальным климатом. Ей солнце нужно, питаться лучше.

— Она нормально питается…

Сказала доктору, сама себе не веря. Нормально питается, как все, я стараюсь. Но не могу. Денег вечно не хватает, и я устала.

Просто устала.

Дара, Дарина, мой подарок, который я украла у судьбы, и ради которого готова на всё. Моя любимая дочка, которая постоянно болеет, слабенькая совсем кроха, а я ничем не могу помочь.

Могу, конечно. Могу набраться смелости и позвонить её отцу, своему бывшему мужу и заставить его платить по счетам.

Могу.

И сделаю. Сегодня же сделаю.

Уговариваю себя, смахивая очередную слезу, шагаю на проезжую часть, до перехода десять метров, но я всегда тут перебегаю — ближе. А переход вообще в странном месте, и дорожки к нему нет — не протоптали. Тут все бегают так.

Успеваю подумать, прежде чем слышу визг тормозов и вижу краем глаза, как на меня летит огромная черная махина.

Нет! Господи! Я не могу под машину! У меня дочь, которой я нужна, у которой никого кроме меня нет.

Дальше всё как в тумане. Пытаюсь увернуться, отскочить. Падаю. Слышу недовольные мужские голоса, ругаются. От падения чувствую боль в плече, в ноге. Но машиной меня не зацепило, к счастью.

Вроде я цела. Испугалась только. Сумку уронила.

— Девушка, с вами всё в порядке? Я помогу вам…

Меня осторожно берут за локоть, приобнимают за талию.

Помощь мне не нужна, я сама бы встала.

И ругать водителя не могу — я выскочила не глядя в неположенном месте.

Отряхиваю пуховик, обидно, он и так у меня видавший виды, теперь еще и грязный, на чистку денег нет, стирать его нельзя, придется как-то самой.

Вздыхаю, поднимаю голову, чтобы посмотреть на того, кто мне помог, и замираю.

— Ася? Ты?

Так не бывает! Нет. Просто не бывает!

Старшинский!

Мой бывший муж. Отец моей дочери.

Я ведь думала о нём, когда шагнула на проезжую часть!

Глава 2

Да, именно о Владе я думала.

Думала, что сегодня же возьму телефон и буду пытаться ему дозвониться. Он, конечно, давно меня в черный список занёс, я знаю.

Но есть телефоны его друзей, знакомых.

Ради моей малышки я бы всех на уши подняла.

Давно надо было это сделать, а я всё ждала, ждала… Дура!

Боялась.

Боялась получить пинка под зад, как когда-то. Боялась, что он или его окружение придумает что-нибудь, чтобы меня уничтожить. Снова. Или еще хуже. Отнять дочь.

Поэтому я так и не решалась позвонить, несмотря на все трудности.

А надо было! Надо было сделать так, чтобы это они меня боялись.

— Ася… с тобой всё в порядке?

Влад держит меня за плечи, крепко, смотрит на меня.

Кажется, растеряно.

Растеряно? Интересно, почему?

Не ожидал увидеть меня в моем родном городе?

Я вот точно его не ожидала увидеть!

Подлец!

Сволочь…

— Ася, что ты тут делаешь?

Что я тут делаю? Интересно.

— Живу я тут. Убери руки.

— Ася, я…

— Руки убери, сказала! И отойди! — неожиданно дикая ненависть придаёт мне смелости.

Сама поднимаю руки резко, сбрасывая его ладони с плеч.

— Подонок, как же я тебя ненавижу! В порядке! Все со мной в порядке! Убери руки от меня, и держись подальше.

— Ася, ты…

У него на самом деле такое странное выражение лица! Я Старшинского никогда таким не видела.

— Что, Ася? Что? Ездить надо внимательнее!

— Мы ехали аккуратно, ты выскочила…

— Я виновата, да, конечно! Как всегда! У тебя во всем виновата я! Ты никогда не можешь нормально разобраться в том, что случилось, тебе плевать, главное — меня сделать виноватой!

Старшинский смотрит потрясённо, видимо не ожидал такого напора. Конечно, не ожидал, и увидеть меня тут такую не ожидал. А мне плевать на его ожидания! Я его ненавижу!

Предатель и трус!

И ничего я ему не буду говорить о дочери. И просить ничего не буду! Прорвемся сами!

Хочу развернуться, чтобы уйти, но он удерживает.

— Ася, погоди, стой… чёрт, не уходи так.

Смотрит так, словно это не он выгонял меня из дома четыре года назад, обзывал всякими гадкими словами, ч грязью мешал. Словно это не он говорил, что не будет чужого ребёнка воспитывать и жить с шалавой.

— Что тебе еще от меня нужно, а? Что? Старшинский? Считаешь, что ты мало меня унижал, да? Мало? Или тебе надо совсем меня уничтожить? Так вот, считай, что ты это сделал! Нет меня для тебя, ясно? Умерла! Так что оставь меня в покое!

Снова вырываюсь и бегу, бегу совсем в другую сторону, не туда, куда мне надо. Чёрт. Прихожу в себя, минуты через три, торможу, приваливаюсь к какому-то забору, пытаясь отдышаться.

Что это было?

Мне приснилось что-ли? Я от падения немного головой ударилась? Или действительно я сейчас разговаривала с бывшим мужем? С отцом моей дочери?

Господи, просто невероятно!

Что он тут делает? Зачем приехал?

Чёрт, я ведь почти под его машину попала! Вот так совпадение.

Дышу, глотая густой морозный воздух.

Колотит всю.

Воспоминания накатывают.

Как в первый раз встретились. Его скептический взгляд на меня. И я — восторженная дурочка, которая в первый раз попала в компанию мажоров. Влад был самым видным, красивым, он был еще и старше всех — старший брат одного из моих однокурсников. И