Остров притяжения (СИ) - Шмик Александра Сергеевна Страница 34

     – Ну и ну. Зачем же ты меня позвала если не ожидала увидеть здесь?

     – Я… забыла. Посмотри, какая красотища! Хочу посмотреть на рассвет. Схожу на берег. – Девочка повела подбородком в сторону окна.

     – Только, прошу тебя, не ходи туда одна.

     – Да? И с кем? Все сони непробиваемые, вставать к обеду для них нормальное дело. Не понимаю, как так можно? Полдня проспать. Пол жизни во сне. Жутко.

     – Кстати, забыла сказать. Вчера тебя мальчик спрашивал. Они недавно приехали сюда. Насколько я знаю у него нет отца, но мальчик хороший.

     – Откуда ты знаешь, что он хороший?

     – А я чувствую. – женщина улыбнулась, и выходя из комнаты, добавила: – Его Поль зовут. Симпатичный мальчик.

     Николь, собираясь, уже, одеть наушники, остановилась и смущённо посмотрела на мать: – Мне не нравятся симпатичные мальчики.

     Мама улыбнулась и кивнула. – Вот и хорошо.

     Продолжая сидеть на подоконнике девочка слушала музыку и размышляла: «И чего, мама не найдёт себе мужчину? Она современная, красивая, и кран на кухне снова протекает, и кто это будет делать? Придёт какой-нибудь сантехник в засаленном комбинезоне, усатый, фу».

     Дослушав до конца альбом, Николь слезла с подоконника и засобиралась на улицу. «Зайду за Адель сначала, а там потом видно будет, может у неё есть план. Спрошу, может она чего знает про этого Поля. Странно, что мама так улыбалась, он же мальчик ещё. Эх, старость не радость». – Последняя мысль заставила девочку улыбнуться.

     На улице было свежо. Под летним солнцем проползали облака, и они явно никуда не спешили. Застегнув кофточку девочка заторопилась к домуподруги.

     Воспоминание прервалось проплывающими по небу белыми облачками и колоколом высокой белой башни стоящей на горе. Заржал конь. Из чёрной трубы вырвались клубы дыма, запахло углём. Где-то, может под горой, тарахтел дизель-генератор. Кололи дрова возле старой, высокой берёзы.

     Обрывки образов сменились белым пространством тянущимся от горизонта до горизонта. Белый медведь скользил вниз по обледенелой горе широко расставив лапы. Девочка услышала свой смех. Она бежала, и это можно было понять по хрусту снега.

     И эти видения ушли, а на их место вернулись те, где у неё другое имя, и рядом родные, сильные руки:

     – Давай руку, а то ещё того гляди, в ручье окажешься. – Поль протянул ей руку, и первым ступив на брёвна, аккуратно повёл за собой. Рука его была сильной и тёплой.

     Неожиданно Николь остановилась.

     – Вот это да! Посмотри! Вон, там, видишь? Какой огромный кот! Киса. Кис-кис-кис…

     – Не отвлекай его. Он рыбу ловит. – При этих словах, как девочке показалось, Поль подмигнул коту и лукаво улыбнулся.

     – Странно как-то.

     – Что именно тебе так странно? – и не дожидаясь её ответа продолжил, – мы с ним знакомы. Это мой кот и зовут его Проглот. Он любит свежую рыбку. Каждое утро ходит сюда охотиться. Говорит – здесь отменные рыбины.

     – Говорит? Ты сказал: говорит?! – Николь рассмеялась отчего ей пришлось присесть и ухватиться руками за брёвна чтобы не свалиться вниз.

     – Поосторожней! Мы ещё не на берегу и можем вмиг в воде оказаться. Я представляю, как Проглот развеселиться, наблюдая такое, – и ещё крепче сжал её ладошку в своей руке.

     А тем временем возле моста было слышно шипение и всплески воды. Обернувшись, дети увидели, как кот, сидя на песке, у самой кромки воды, передними лапами, погружёнными в воду, явно, с чем-то отчаянно борется. Пузо кота, изрядно намокшее, то и дело ополаскивается от чего само животное шипит и фыркает. Наконец, изморив невидимого соперника, коту удаётся сделать несколько движений назад от ледяной воды и явить миру свою победу: большую, сверкающую рыбину. Пытаясь вышвырнуть её на берег, кот, несколько раз получает по морде широким рыбьим хвостом, хозяйка которого отчаянно извивается в лапах охотника. Несколько раз мяукнув, злобно шипит, встаёт на задние лапы, и развернувшись всем телом, круговым движением швыряет рыбу на землю. Та, пролетев почти метр, шлёпается на песок не переставая при этом, бить хвостом. И вот, на глазах у изумлённой публики, кот потёр передние лапы, и не опуская их, как был, на задних, улыбаясь подошёл к жертве.

     – Вот это да! Здорово он её! Будет ждать, когда она успокоится или камнем по голове?

     – Злая ты Николь. Злая и удивительная. Как правило, – камнем по голове.

     Они предпочли поскорее удалиться от моста, не желая наблюдать сцену убийства.

     Воспоминания текли обрывками,прерываемые не совсем ясными образами. По небу летали два дракона изрыгая из своих пастей струи огня. Горел город. Пещера. Один из драконов, на глазах девочки, уменьшился превращаясь в деревянного дракончика. Снова пещера. Корзинка. Чёрный яйцеподобный камень. Холм.

     Череда скоротечных видений прервалась уступив место более связному, и важному для неё:

     Из-за камней, наваленных у самой воды показался уже знакомый девочке кот.

     – Кыся! Ты что здесь делаешь?! – девочка обрадовалась живой душе. Проглот подошёл и стал тереться о её ногу. – Господи! Да ты мокрый! Опять рыбку ловил? – Тот замурлыкал. – Где твой хозяин, кыся? – Кот пристроился попой на её ногах и задрав голову посмотрел на девочку. – Но… почему ты всё время молчишь? Ты же говорящий кот. – Она наклонила голову и уставилась на него ожидая реакции на свой вопрос. – Ты молчун.

     – Я не люблю много говорить.