Искры льда - Елена Хантинг Страница 8

– Это пытка, наверное, – говорит Лэнс где-то за спиной.

Я поворачиваюсь к нему. Пока я смотрел на ребят, он успел вернуться из дома.

– О чем ты? – Я допиваю остатки воды из бутылки.

– Ну, здесь столько девочек.

– А-а, да нет, не слишком. – Честно, мне казалось, будет сложнее. Хотя фанаток и правда тяжело избегать, особенно с такими друзьями, как Лэнс с его постоянными вечеринками.

Решаю сменить тему.

– Нашел Наташу?

– Не-а, она уже ушла, когда я спохватился. – У него дергается глаз, значит, я задел за живое. – Знаешь, если бы ты ненадолго исчез с одной из девчонок, никто бы ничего не разболтал.

Я снимаю очки и кидаю на него холодный взгляд.

– Даже если бы мои яйца посинели нахрен и стали оттенка смурфа, я все равно не поступил бы так с Санни.

Лэнс поднимает руки:

– Прости, я не хотел тебя задеть. Просто… Не знаю. Это ж так сложно. Она в Канаде, а ты тут. Отношения на расстоянии редко нормально складываются.

Надеваю очки обратно. Не хочу думать, что у нас не сложится, хотя, конечно, такая угроза есть. Не знаю, какая там статистика у отношений на расстоянии, но, наверное, неутешительная.

Если у нас с Санни все сложится надолго, то кому-то из нас придется переехать. Место моей работы постоянно меняется, так что, наверное, это Санни придется ездить за мной. Тогда ей нужна работа, которая это позволит. Я уже об этом думал, что красноречиво говорит о том, насколько я серьезно настроен.

Я хватаю надувное кресло с шезлонга, бросаю его в воду и прыгаю следом. Не хочу я говорить об этом с Лэнсом, особенно не обсудив все с Санни. Иногда мне кажется, что наши отношения с самого начала обречены.

Походу, я отрубился на плавучем кресле, потому что в какой-то момент резко прихожу в себя, умирая от нужды. Надо пописать. Если вылезу, обязательно наткнусь на девок. Я подплываю к краю и выбираюсь из воды. Вместо того чтобы пробираться к дому сквозь группу из двадцати девушек (их количество сильно приумножилось, пока я спал), иду к туалету у бассейна. Тут пусто, слава богам. Я тут не раз заставал людей за разными занятиями.

Когда выхожу, у двери меня ждет знакомая девушка.

– Бак! – Она тут же обвивает руками мою шею.

– Привет! – Я похлопываю ее по спине и не могу стряхнуть осознание, что на ней только трусы-стринги от купальника, которые совершенно не прикрывают зад. Ее сиськи прижимаются к моему животу. Столько обнаженной кожи. Член хочет отреагировать. Представляю мертвых котят и сбитых животных, чтобы у меня не вставал.

Она отпускает меня и отходит, хоть и не сразу. И на недостаточное расстояние. Все еще слишком близко. Стараюсь не опускать взгляд с ее лица на грудь. Имя затерялось где-то в голове, не могу пробиться к нему сквозь привычное «милая», которое достается каждой. Не могу вспомнить.

– Давно не виделись, – говорит она. – Ты не приходишь в бары. Тусишь где-то еще?

Навязчивость ей не к лицу.

– Да я дома сижу.

Она переносит вес на одно бедро, дует губки. Красные, как вишня, как кровь, как яйца Сатаны.

– Жалко. А мы вроде как собирались завтра в клуб. Пойдем с нами.

– Я уезжаю. Может, в другой раз. – Я делаю шаг в сторону, чтобы она могла зайти в туалет. – Ну, я уступаю… Там, кстати, вентилятор сломался.

Глупость ляпнул, но плевать. Лишь бы поскорей свалить от этой полуголой девушки, с которой у меня, очевидно, есть общее прошлое. Оставляю ее наедине с собой и иду к бассейну. Там не лучше.

В воде уже плескаются несколько девчонок. Двое с высокими хвостиками висят на Рэнди. Остальные тоже начинают стягивать юбки и шорты. Кожа, кожа, кожа, повсюду оголенная кожа. Какая-то крошка дает мне пиво, и я его принимаю, потому что это вежливо, вроде.

Не хочу нырять в бассейн с полуобнаженными женщинами, так что устраиваюсь на шезлонге.

– Боже мой! Ты же Бак Баттерсон! Но тебя же зовут Миллер на самом деле?

Фигуристая брюнетка появляется прямо передо мной. Рядом с ней ее подружка-блондинка, на лице – ужас. Я удивлен, что она знает мое имя.

– Прости! Я не хотела… Господи, ты же такой классный! Я тебя обожаю. Типа как хоккеиста. Чикаго победили, когда ты пришел в команду. Майами прям потеряли мастера. Плюс ты ничего такого не сделал, пошли эти журналисты в жопу. Короче, ты был просто крут в финальных играх. Прости! Сложно заткнуться.

Я не сдерживаю улыбку, потому что она и правда любит игру, а не просто члены хоккеистов.

– Да все норм. – Я протягиваю ей руку.

Она хватает ее и сжимает, трясет чуть сильнее, чем стоило бы.

– Джессабелль, – щеки становятся ярко-красными, – друзья зовут меня Джелли.

– Как желешка?

– Да, но с «д» в начале. Странно звучит? Да, наверняка странно. А можно мне звать тебя Миллер? Я знаю, что ты вроде предпочитаешь «Бак», но если…

– Можно. Все о'кей. Дыши.

– Ух ты. Ага. Супер. У тебя такие светлые волосы. Как у настоящего Кена, но волосы не пластиковые, конечно. Кто, кстати, эта девушка, которая постоянно называет тебя йети в интернете? – Она опускает взгляд на мои руки. – У тебя не так уж и много волос.

Это Ви и ее дурацкие комментарии.

– Я становлюсь йети только в полнолуние. – Она непонимающе на меня смотрит. – Это сестра моя шутница.

Кивает, будто что-то поняла.

– Смешная она! Можно с тобой сфоткаться?

– Да, конечно. – Я почему-то не принимаю во внимание, что на ней короткие шорты, не скрывающие попу, и верх от купальника, из-под которого чуть ли не торчат соски, и я тоже в одних купальных шортах.

Девушка достает из заднего кармана телефон и передает его подруге, а потом садится мне на коленки и обнимает меня. И прежде чем я успеваю остановить ее, подруга Джелли делает несколько фоток.

– Так, погоди-ка! – Я поднимаю руки в воздух, чтобы не трогать Джелли. Хотя ее обнаженная кожа прикасается ко мне во многих местах. – Только не постите их.

Блондинка замирает и перестает делать фотки; она опять выглядит так, будто сейчас под землю провалится. Я снимаю с себя Джелли, стараясь трогать ее по минимуму.

– У меня девушка есть, нельзя просто так прыгать мне