Рита, или Топор за сценой - Ирина Июльская Страница 52

Наконец, упав лицом ей на спину, захрипел, словно раненный зверь. Сжимая в ладонях ее груди, он был не в силах покинуть ее тело от невероятного наслаждения, которое все длилось и длилось...

Придя в себя, Лакарский снял Риту со стола, повернул к себе лицом и увидев ее лицо в слезах, стал целовать:

- Прости! Прости, дорогая, любимая! Одна мысль, что ты бросишь меня, приводит в отчаяние и ужас. Ты не представляешь, как нужна мне! Ты мой отдых, моя гавань, мое наслаждение!

Он отнес Риту в спальню и положил на кровать. Ее глаза были закрыты, лицо бледное, волосы рассыпались по подушке. Казалось, она не дышит и лишь длинные ресницы, непросохшие от слез, едва заметно вздрагивали.

Он лег рядом и взяв ее слабую руку, поднес к губам:

- Да, тебе со мной будет непросто. У меня сложный характер, во многом от моей работы он бывает взрывным. Прости, что это отразилось на тебе. Приходится все время себя сдерживать с партнерами, министрами, с силовиками. Я не хочу грузить тебя своими профессиональными проблемами. Но хочу, приходя домой, отдыхать, видеть тебя довольной и счастливой. Хочу все сделать для твоего счастья.

Так закончился этот воскресный день, принесший столько волнений, а Рите и слез.

После этого случая отношения между ними стали более ровными, с виду почти безоблачными, как бывает в природе после сильной бури. Наверное, произошла та самая притирка, о которой пишут в книгах по психологии отношений.

Глава 54 Радость не приходит одна

Глава 54 Радость не приходит одна

Илья по-прежнему много работал, но всегда, когда возникало срочное, неотложное дело, он старался позвонить сам или через секретаря, что задержится и Рита не волновалась, даже если ей придется ужинать в одиночестве. Иногда такое случается, но нечасто.

Справили в узком кругу 2 августа - день рождения Ильи Сереевича, как она иногда его называет, а он отшучивается:

- Что ж, 33 года стукнуло – возраст Христа. Наверное, тебе, двадцатилетней старым кажусь?

- Вовсе нет. Ты очень красив и молод. Столько всего видел, столько успел… Да и мне в декабре 21 год исполнится.

- У меня по этому поводу большие планы. Хочу их обсудить с тобой заранее. Ты, как-то посетовала, что у меня летний день рождения, а у тебя зимний, в самую темень и рождественские морозы. Вот, хочу изменить эту закономерность. Хочу, чтобы мы отпраздновали твой день рождения летом, на солнечном побережье!

Рита с изумлением посмотрела на Лакарского:

- Как это?!

- Очень просто! Земля, как ты знаешь, круглая. Возьмем наших мальчиков и полетим туда, где лето! У сына рождественские каникулы, заодно и познакомлю его с вами. Самая подходящая обстановка. Но вначале, ты познакомишь Тимофея со мной.

- Он Тема, Артем.

Лакарский густо покраснел.

- Это твоя вина, Рита. Мы вместе скоро полгода, а ты так и не желаешь представить меня своему сыну. Ответь, почему? Я уже устал говорить, что мальчик должен жить с нами.

- Хорошо, Илья. Я согласна.

Уже в следующий выходной джип Лакарского ехал в северо-западном направлении, в сторону Водимовска. В багажнике была сумка со всякими вкусностями и приятностями для мамы и бабушки, а для Темы отдельный подарок – детский рюкзачок, набитый игрушками.

Илья, довольный и счастливый сидел рядом с водителем Пашей, а Рита расположилась на заднем сидении внедорожника. Она ужасно соскучилась по сыну.

- Илья прав, ребенок должен расти и жить с нами.

Переступив порог квартиры Славиных, Илья и Паша, казалось, заполнили собой все эти немногие квадратные метры жилплощади, - типовой двушки в типовом пятиэтажном доме, с таким же стандартным крошечным туалетом, расположенным напротив двери в комнату, что стеснило гостей воспользоваться им. В дороге они провели почти шесть часов и на общение с родственниками отведено не более полутора, чтобы успеть вернуться в Москву этим же днем.

За час-полтора выяснилось, что Анна Николаевна уже совсем поправилась и в конце года ей предстоит вернуться на свой бараночный завод, правда, на более легкую работу. Бабушка Евдокия Павловна, по-прежнему бодра и оптимистически смотрит на жизнь, живо интересуясь, происходящим в стране и мире. А Темушка с колен матери пересел на колени Ильи, не забыв, однако, о рюкзачке с игрушками. Он еще не знал, что в комнате, где ему предстоит жить, его ожидает огромная железная дорога со станциями, тоннелями, мостами и перегонами, а также с огоньками семафоров у шлагбаумов. Настоящее немецкое чудо, привезенное из Германии, специально для него!

После обеда Тема захотел спать, в машине, рядом с матерью, для него была припасена мягкая подушка с легким одеяльцем.

На прощание Илья сказал:

- Теперь ждем вас в гости. За Тему не беспокойтесь, ему у нас будет хорошо.

- Бабушка и мама, приезжайте обязательно, – поддержала Илью Рита, поцеловав их перед уходом.

Как только за ними закрылась дверь, мать с бабушкой поспешили на балкон. Увидев, вышедших из подъезда Илью с Темой на руках, водителя Пашу с пакетом пирогов, испеченных бабушкой, и Риту, они стали что-то выкрикивать и махать руками с высоты своего пятого этажа. Подобное поведение родственников неприятно скребнуло совсем по-другому воспитанного Лакарского. Однако, ему пришлось поднять голову, чтобы, хоть таким образом ответить, на это простецкое выражение чувств. Илье показалось, что и Рите стало неловко, когда она махнула рукой им в ответ.

- И, все же, хорошо, что мальчик будет жить с нами. Не придется перевоспитывать. – усаживаясь в джип, подумал Илья.

Когда автомобиль Лакарского уехал, Анна Николаевна достала, спрятанный на груди почтовый конверт от Виктора Михайловича. Как только Паша передал его ей, она сразу же в укромном уголке вскрыла и нашла внутри красивую открытку, а в ней денежную купюру. Перечитав письмо еще раз, Анна просияла: Виктор сделал ей предложение. Он любит и ждет ее. У него в ближнем Подмосковье свой крепкий дом, недалеко от усадьбы Ильи Сергеевича. Дом разделен на две половины: одну занимает Виктор, вторую сын Павел, - водитель Ильи Сергеевича. Отставник Морозов-старший - мастер на все руки, работает у хозяина на подхвате: где-то что-то починить по хозяйству, иногда сына подменить; куда-то съездить с поручением на своей девятке.