Моя тьма, его правила - Светлана Тимина Страница 5

А я думала только об одном – не разрыдаться, как бы паршиво на душе не было. И не из-за гордости и не потому, что такая крепкая как сталь.

Я просто знала, что не смогу дышать через нос, если дам волю слезам.

Глава 5

А Хью как ни в чем ни бывало лег на кровать и уткнулся в лэп-топ. И я – в ужасе, уничтоженная, неуслышанная и почти сломленная, была рада тому, что он остался в комнате! Потому что, если паника одолеет меня, наедине с собой я могу просто задохнуться.

Я увидела его лицо лишь мельком. Эта попытка поднять голову стоила мне едва не начавшегося приступа кашля, когда слюна попала в глотку.

Это был не Хью. В его глазах горел садистский огонь. Я никогда не видела своего доминанта таким отмороженным. Будто… под кайфом?

Страшная догадка заставила меня замереть.

А он тем временем нажал голосовой вызов в мессенджере. Я не сразу поняла, что это те братья, которым он угрожал меня отдать.

Я закрыла глаза и приказала себе не прислушиваться к разговору. Но при этом прекрасно понимала, что камера направлена на меня, они видят меня на своих экранах в этой позе. От их манеры речи – хорошо поставленных голосов и вежливости – едва не накрывала паническая атака.

- Ты душил ее уже? Сколько выдерживает?

- Что с болевым порогом? Ей пойдут иголки.

- Выжечь клеймо никогда не хотел?

Я впала в прострацию. С сабспейсом это ничего общего не имело. Время их диалога показалось мне вечностью.

Но я готова была разрыдаться, когда Хью перешел практически на крик:

- Хрен вам, а не мою девочку, твари.

Вот так просто стать почти богом. Пообещать уничтожить, а потом с легкой руки отменить свое решение…

Ошейник Хьюго снял. Но кляп не вынимал до вечера. Руки тоже не освободил. Сказал, чтобы я привыкала спать скованной или связанной.

А потом бережно опустил меня на кровать и принялся ласкать пальцами.

Я едва не задохнулась в собственной слюне. Считала минуты до тех пор, пока с меня не снимут эту штуку. Хьюго поставил меня в коленно-локтевую позу, уткнул лбом в матрац и, удерживая за скованные руки, плавно вошел. Видимо, здравый смысл к нему вернулся.

Кончить я так и не смогла к его неудовольствию. И вовсе не из-за страха подавиться. Наверное, первые ростки отвращения к низости и жестокости своего дома начали прорастать в тот самый момент.

Он вытянул кляп раньше, чем обещал, тем самым заставив меня считать себя милосердным.

Я плакала и кричала, что он проигнорировал мое стоп-слово. Хьюго был растерян и выглядел виноватым. Подарил мне колье от «Ван Клифф» и виновато пояснял, что потерял голову, что я свожу его с ума до сих пор, а впредь такого не будет. Но не надо на каждый его шаг орать «красный», это глупо.

Мое горло после этого болело три дня, как после жуткого ларингита. Сначала Хью старался ухаживать за мной, поить чаем и доказывать, что никому бы меня не отдал. А вечером попытался грубо трахнуть в рот.

Я расплакалась от боли. Он был недоволен. Сказал, чтобы прекращала играть в пациента. Чай мне после этого готовила миссис Герц, а он сам улетел по делам компании.

Почему я не ушла тогда? Ведь это так просто.

Не у каждого хватит силы воли, особенно когда партнер владеет твоей душой и телом. И ты сама на добровольных началах подарила ему эту власть…

Глава 6

Братьев Шторм арестовали. Та девушка, которую они едва не замучили в клубе, проигнорировав принципы БРД, подала заявление в полицию.

Я об этом узнала случайно, подслушав разговор Хьюго. И все внутри меня наполнилось ликованием, которое – будто в отместку за мою слабость и недостаток воли – переросло в возбуждение.

Я простила Хью изощренные издевательства и поверила в его «прости», поверила в то, что никогда больше он не нарушит мое право на стоп-слово.

Упорно не замечая красные флаги в наших отношениях. Ведь напрямую мне никто не отказал?

Как будто не в счет было то, что после каждого моего «стопа» Хьюго с раздражением и даже издевкой говорил, что я готова орать о своих ограничениях даже когда он не согласен со мной в бытовых вопросах. Спрашивал, если вдруг грубо поцелует, не надо ли меня спасать от истерики и вызывать психоаналитика. А потом надевал маску глубоко разозленного моим «недоверием», так, что я иногда терпела предел своей боли и старалась не злить его своим «красный».

Я поверила в то, что это все – нормально.

Плоды своего сломленного сознания я пожинала сейчас. Чувствуя, как некогда дорогой мне мужчина растравливает раны от кнута и угрожает теми практиками, которые обещал больше не применять.

Мой взгляд скользнул к сейфу, где лежало колье – его подарок. По сути, еще один ошейник, усыпанный бриллиантами и сапфирами…

- Ты снова… Не услышал меня, - я не могла больше терпеть эту боль, в которой не было никакого смысла. – Уже в который раз! Хьюго, я хочу поговорить!

- По-го-во-рить, - произнес садист с придыханием. – Скучно. Мне больше нравится, когда ты кричишь. К примеру, вот так…

Он хотел надавить сильнее, но впервые я смогла сбросить оковы его власти и гипнотического подчинения, рванулась вперед, уходя от давления.

- Красный, Хью. И я не о закате!

- Н-да… - произнёс тоном, от которого мне все равно, несмотря на решимость, захотелось идти на попятную. – Я уже продолжительное количество времени пытаюсь понять, чем руководствовался, когда предложил тебе стать моей сабой. Я говорил, Блейк, что мне всегда будет нужно гораздо больше, чем то, чем мы занимались на стартовом этапе? Говорил, что подчиню тебя, что это будет больно, но неизбежно? Что ты будешь ненавидеть меня, но желать моей власти как глотка кислорода в пустыне? Ты решила, что это красивые слова?

- Ты говорил не только об этом. Ты говорил, что у меня всегда будет твоя защита, твое тепло и понимание. Я с каждым днем получаю только обрывки, а с последним у нас вообще большие проблемы!

- Можешь встать с колен, - устало, со слегка ироничным подтоном произнес Хьюго. – Поговорить? Я открыт для диалога. Только говорить сейчас буду