Бесишь меня, Ройс Таслим - Лорен Хо Страница 17

Я немного отстраняюсь от такой внезапной близости, слегка пошатнувшись, и Ройс протягивает руку, чтобы поддержать меня. Вот только когда он берет меня за предплечье и ненадолго задерживает свою руку, у меня по коже бегут мурашки. Ничего такого, просто я не привыкла, чтобы ко мне прикасались, вот и все.

– Лучший студент-спортсмен года получает деньги, а мы с тобой боролись за это звание, – говорю я.

– Ты только что пошутила, Чан? – спрашивает Таслим, вытаращив глаза для пущего эффекта.

– Возможно, – говорю я, отвлекаясь на то, как в его глазах отражается золото уличных фонарей.

Невольно мой взгляд падает на его губы, которые находятся прямо в поле моего зрения. Его слегка приоткрытый рот…

Полный бактерий. Полностью покрытый слюной. А затем я мысленно перечисляю известные мне факты о полости рта: «Слюна содержит такие ферменты, как амилаза, лизоцим и липаза, которые способствуют расщеплению пищи. По сути, пищеварение начинается во рту. И если язык Таслима попадет к тебе в рот, ты, по сути, будешь переваривать… О боже, о чем я думаю? Что, черт возьми, со мной не так?!»

С Таслимом тоже явно что-то не так. Дыхание у него поверхностное и вид такой, будто его треснули по башке. Смотрит на меня странным взглядом, словно я или пазл, или пицца – одно из двух. Воздух становится густым, плотным, и в нем висит намерение. Таслим слегка наклоняет голову, и я сглатываю, когда…

– Крыса! – сиреной взвизгиваю я, когда одна из крыс размером с померанского шпица стремительно шмыгнула менее чем в двух футах от нас, мерцая красными глазками в уличном свете.

Я удовлетворена, когда Таслим тоже подпрыгивает. Мы напряженно смотрим, как крыса вразвалочку направляется к поджидающей ее ливневке и исчезает в ней, возможно, чтобы присоединиться к клоуну Пеннивайзу, ее слуге.

– О господи, – дрожащим голосом произносит Ройс.

Я вздрагиваю, и моя душа медленно возвращается в тело.

Что бы это ни было, я благодарна за этот перерыв. Потому что был момент, когда я на самом деле…

Нет. Нет. Это должно быть испарения свинцовой краски или асбеста, которые наверняка содержатся в старом здании, приютившем комедийный клуб. Его давно следовало бы сровнять с землей, если бы не чьи-то жадные ладошки, щедро смазанные для лучшего прилипания банкнот.

Таслим, кажется, тоже взял себя в руки, потому что теперь смотрит на меня так же, как смотрел весь вечер.

– И в чем же твоя проблема? – огрызаюсь я.

– В тебе. Ты – моя проблема, – рычит Таслим.

Он снова придвигается ко мне. Слишком близко. Я сглатываю, взгляд у меня блуждает, глядя куда угодно, только не на его губы.

– Это мое дело, Чан. Держись подальше.

* * *

«Сам держись подальше!» – довольно нахально возражаю я, десять часов спустя. В собственной голове. Первым уроком у нас английская литература. Вообще-то я ее люблю, но сегодня концентрироваться на уроках – безнадежное дело. Мне надо постараться хотя бы не заснуть, поскольку вчера я вернулась домой довольно поздно.

А произошло вот что. После стычки наши пути с Таслимом разошлись (на самом деле он предложил подбросить меня на такси, но я отказалась из принципа). Телефон у меня разрядился, и я не могла ни написать, где я, ни договориться, чтобы меня забрали, поэтому поехала на автобусе, точнее, на трех автобусах, расплачиваясь своей льготной картой. Домой я добралась к половине двенадцатого, и моя «здоровая» нога онемела от усталости. Даже мама заснула за кухонным столом в ожидании меня и проснулась только тогда, когда я потрясла ее за плечо. Она немного попеняла мне на время, но почувствовала, что я слегка взволнована. А мама не видела меня взволнованной с того самого момента, когда меня сбила машина, и, вероятно, именно поэтому не стала ругать за опоздание, поскольку думала, что я была с Зи. Она только пожурила меня за то, что я не озаботилась вовремя зарядить телефон. Адреналин в моей крови уже иссяк, и теперь я чувствовала только страшную усталость, поэтому сразу плюхнулась в постель, забыв о своих обычных ежевечерних водных процедурах. Хотя я не из тех, кого надо принуждать к гигиене полости рта, особенно учитывая все то, что я знаю о слюне. Так что, можно сказать, что утром я проснулась еще более раздраженная из-за Ройса Таслима, потому что его поведение вчера вечером весьма сильно меня озадачило.

Пока моя учительница английского, мисс Сюй, разглагольствует о второстепенных смыслах и темах в стихах, я отключаюсь. Я все время вспоминаю выражение лица Ройса, когда он сказал мне держаться подальше. Он выглядел почти испуганным. Уязвимым. Будто в моей власти отнять у него что-то важное.

Боже ты мой, неужели ему нравится выступать перед толпой незнакомцев в роли Рэя Лима? Значит вот как Ройс получает удовольствие от жизни? Ну надо же… как трогательно.

По-моему, раз его мать – знаменитая бывшая модель, королева красоты и собственница нескольких бизнесов, а отец принадлежит к индонезийской династии, их семья всегда на виду у общественности, бесконечно мелькает во всех светских хрониках и сплетнях, а также в модных блогах, он, должно быть, уже успел почувствовать вкус славы.

Я хмурюсь – нет, это несправедливо. Лица родителей Таслима мелькают повсюду, но сам Таслим держится в тени, независимо от того, чей это выбор – его или семьи. К тому же в стендап-шоу он выступал под сценическим псевдонимом. И так сильно растерялся, когда я упомянула его родителей. Значит, они точно не знают, чем он занимается.

Я расплываюсь в широкой ухмылке чеширского кота (мне никогда не делали дорогостоящих ортодонтических операций, так что да, это уместный пример). «Ох, Таслим, ухватила я тебя за яйца», – злорадствую я. В переносном смысле, конечно. Не нужны мне никакие… части тела Таслима.

Мой телефон вибрирует, получив целую кучу сообщений. Я незаметно достаю его и читаю, одно за другим.

Зи: ЭЙ, ЧТО СЛУЧИЛОСЬ ВЧЕРА? Я ЖДАЛА ТЕБЯ ЦЕЛЫХ ДВА ЧАСА

Зи: ОК, ладно, два часа, но дома

Зи: ОК, ладно, может, через час заснула

Зи: О, подожди-ка, я только что получила твои сообщения, странно. Значит, у тебя разрядился телефон?

Я печатаю ответ под учебником, со всеми возможными предосторожностями.

Агнес: Да, детка, извини, телефон разрядился, как только я вошла. Кстати, твои сообщения тоже только пришли

Зи: Итак, как прошло выступление? Где видосик?

Агнес: Записать было без шансов. Попросить было некого, а мне надо было выступать! К тому же у меня разрядился телефон! Иии Ти на сцене был