Трудности языка - Ксения Кононова Страница 106

Ты с тайною своей, с победой неземной.

Любовь дала тебе способность птицы?

Свободу гордости при взгляде на луну?

Кто ты, что разрушаешь мое сердце?

Как я еще существовать могу?

Живут ли, умирая? С беспорядком в теле,

Душою рассыпаясь в пустоте?

Не трушу я, тебя я избегаю.

Ты — бог, который вред наносит мне.

И всякий раз, когда ты на меня посмотришь,

Оставив то, что убежать мешает мне,

Бегу вперед ночной порою,

Боясь тебя в твоей величине.

Прочь от сияния и от неба,

Трепещущего на твоих руках.

Мне навредишь еще не раз ты.

Я этим буду восхищаться, еще как. [30]

Садиться в таком состоянии за руль, да еще и в гололед, настоящее самоубийство, поэтому оставив машину на стоянке у гостиницы, плотнее запахиваю пальто, прячу руки в карманы и иду вдоль улицы. Не хочу ловить такси. Холодный воздух и колючий мороз остужают воспаленное сознание и пылающую от твоего прикосновения кожу. Ты не станешь меня догонять. Я сказал все, что хотел, а ты сегодня король на балу в твою честь, и должен почтить своих новых подданных обязательным присутствием. Всех, кроме меня. Я больше не собираюсь быть твоим эскортом. Место фаворита вакантно.

Отвратительное ощущение разъедает меня, словно сильнодействующее токсичное вещество. Сбегая от тебя, мне некуда сбежать от себя. Я сам себе худший враг. Хочется просто вытащить все изнутри и выбросить на помойку. Все, что связано с тобой. Потому что оно до сих пор там есть. Внутри меня. Заполняет до пределов. Становится мной. Забери все это назад! Все слова, все, что было. Все! Оставь пустоту, которую смог бы заполнить кто-нибудь другой. Заноза. Ты чертова заноза в моей голове и моем сердце. Болишь. Мешаешь жить. Напоминаешь о себе всякий раз, когда я по неосторожности успеваю забыть. Я просто не смогу пересекаться с тобой каждый день, это выше моих сил. Праздники закончатся, и я уволюсь.

Вдруг на секунду останавливаюсь прямо посреди улицы, и пьяное сознание встряхивается, спрашивая само у себя, как ты сможешь управлять гостиницей, если живешь в Мадриде? Твою мать… Волна отчаяния вновь накатывает, с жадностью обдавая меня ледяным потоком догадки. Ты теперь будешь жить здесь? В одном городе со мной? И семью поближе перетащишь? Только для того, чтобы не нужно было летать туда-сюда, и можно было бы продолжать спать со мной? Жить на два фронта? Это ты мне собирался предложить?! Это твой компромисс?! Твоя бисексуальность, нашедшая отражение в личной жизни во всем своем великолепии. Только даже если ты пошел на такие жертвы, потому что по твоим словам любишь меня и не можешь бросить свою семью, я все равно не смогу. Потому что все равно буду один. Где-то в глубине понимаю, чего это должно было стоить тебе, но мне этого уже не достаточно. Любовник? Всего лишь? На какой срок? Порыв северного ветра швыряет в меня пригоршню снега, заставляя сдвинуться с места и продолжить мой путь вдоль ночных улиц.

Опять. Состояние тебя. Чувствую раздирающие меня на части противоречия. Что-то сладостно обволакивает склеенное суперклеем, скрепленное степлером и обмотанное скотчем, но еще живое сердце, искушая и шепча, что это самый большой максимум, который я мог получить в жизни, связанный с тобой. Но я знаю, на что это будет похоже. Прятаться, скрываться, избегать смотреть в глаза случайно захотевшей навестить тебя жене… Навсегда остаться твоим маленьким грязным секретом. Потому что так хочешь ты. Тебе плевать, чего хочу я. Да и надолго ли тебя хватит с подобной двойной жизнью? А я, теряясь от чувств, тем не менее, понимаю только одно. Если сейчас опять наплюю на все и поддамся искушению, уступлю тебе, то больше не смогу собрать себя заново, когда все закончится. А оно закончится. Мы уже пробовали.

Нет причин соглашаться, даже если я вопреки доводам здравого смысла продолжаю тебя любить. Нет повода возвращаться, даже если я все еще хочу быть только с тобой. Просто нет. И я ухожу. Смиряюсь. Ты мое проклятье. Моя болезнь. Мой воздух. Воздух без огня может существовать. Пусть и будет холодным без источника тепла, способного его согреть. Но он будет. Ты можешь без меня существовать. Огонь же без воздуха умирает. Я без тебя только тлею. Поэтому и продолжаю всю жизнь жадно цепляться за крохи твоего внимания. Но я устал.

Добираюсь домой и, раздевшись, ложусь на диван, даже не раскладывая его и не расстилая постель. В абсолютной темноте. Натянув на голову подушку. Я не