Темми Хилс - Игра теней Страница 63

Удовольствие… Давненько он не пользовался этим словом. Да, он чувствовал сейчас полное умиротворение от возможности просто лежать, обнимая Рэйчел, и слушать шум дождя. Он испытывал сожаление от того, что этому суждено скоро закончиться. Они не решили ни одной из своих проблем. Впрочем, суровая действительность может еще немного подождать, подумал Джексон.

Сейчас ему хотелось вдыхать присущий только Рэйчел божественный аромат. Он, кажется, коснулся каждого дюйма ее прекрасного тела, но хотелось вновь и вновь покрывать его поцелуями. Джексон почувствовал, как дрожь пробежала по телу, наполняя его жаром желания. Ему вновь хотелось заняться с ней любовью, но он боялся, что столь скорое повторение причинит ей боль.

Он положил руку ей на бедро, и в этот момент от пришедшей в голову мысли у него перехватило дыхание: он не пользовался презервативом! Джексон взглянул на ее лицо, казавшееся во сне таким умиротворенным и беззаботным. Раньше он никогда не забывал предохраняться. Как бы сильно ни оказывалось его возбуждение, всегда на первом плане стояла забота о вещах практических. Даже за три проведенных с Сандрой года он этим никогда не пренебрегал.

Но с Рэйчел мысль о том, что надо предохраняться, даже не пришла ему в голову. Его тогда захлестнуло желание ощутить тепло и влажность ее сокровенных глубин. Войти в нее, стать ее частью — именно это имело для него значение в тот момент. Джексон сделал глубокий вдох, чтобы успокоить бешено колотящееся сердце, и пообещал себе не проявлять впредь подобного легкомыслия. У нее вообще никогда никого не было, он тоже всегда проявлял осторожность, так что опасаться дурных болезней им не приходится. Но он не хочет, чтобы она забеременела, пока не хочет…

Джексон взъерошил волосы. С его беспокойной жизнью он никогда всерьез не думал о детях. Проклятье, он даже не задумывался о женитьбе! Вероятность того, что все могло вдруг измениться, наполнила тяжестью грудь. Нет, он не паниковал, просто ему стало как-то не по себе.

Приподнявшись на локте, он посмотрел на Рэйчел. Она открыла глаза, потянулась, подавшись вперед грудью, и застенчиво улыбнулась. Кроме появившегося в глазах умиротворения после короткого сна, никаких других изменений в ней не произошло, подумал Джексон, поглаживая большим пальцем амулет на ее груди, который никто из них не потрудился снять.

А чего он, собственно, ждал? Что ее глаза порозовеют, символизируя этим положительную реакцию, как в тесте на определение беременности?

Будущее с Рэйчел… Если бы что-то подобное произошло у него с другой женщиной, он бы сейчас метался по комнате, обзывая себя идиотом. Но о расставании с Рэйчел Джексон даже не помышлял. Ему хотелось находиться рядом с ней, считать ее своей. Он втянул в рот сосок ее груди, и тут же ощутил, как напрягаются мышцы и тело наполняется страстным желанием обладать ею.

Рэйчел обняла его за шею, привлекая к себе. Затем вздрогнула и, выгнув спину, подалась всем телом ему навстречу. Она отвечала на его ласки так, словно знала, чего он хочет. Безмолвно она подстраивалась под него, придавала своему телу под ним такое положение, чтобы его возбужденная плоть оказалась у нее между ногами. Он коснулся ее и заскрипел зубами. Словно разряд молнии вспыхнул в его глазах, и Джексону показалось, что он услышал отдаленный раскат грома. Он не хотел причинить ей боль, но, чувствуя проявляемую ею готовность, уже не мог с собой совладать.

Вздохнув, она начала судорожно искать его губы, положив этим конец всяческим сомнениям. Ее ноги обхватили его ягодицы, она прижалась к нему еще сильнее.

— Люби меня, Джексон!.. — горячо прошептала она.

Он вошел в нее, сообразив в последний момент, что снова забыл о необходимости предохраняться, но желание оказалось сильнее. Погрузившись в горячие глубины, он понял, что она создана именно для него. Он снова испытал доселе неведомое ему наслаждение.

— Что это? — немного погодя, спросил Джексон.

Рэйчел с трудом разлепила сонные глаза и обнаружила, что он рассматривает ее амулет. После их повторных занятий любовью она настояла на звонке матери, чтобы узнать, как обстоят дела. Эмили очень волновалась. Рэйчел почувствовала угрызения совести, хотя они с матерью сделали все от них зависящее, чтобы найти Пенни. Поскольку магазин был закрыт, а от Пенни до сих пор не было никаких известий, Рэйчел пообещала матери, что утром все ей объяснит. Хотя слабо представляла, как поведает о последних проведенных ею часах.

Зевнув и теснее прижавшись к нему — Боже, ей никак не удается оказаться достаточно близко! — она ответила:

— Это рунический любовный амулет. Джексон хмыкнул.

— Интересно. И какими же свойствами он обладает? Дарует чары, гарантирующие любовь?

Рэйчел склонила набок голову и посмотрела на него. Несмотря на язвительный тон, ему, похоже, было интересно.

— Прежде всего, ничто не гарантирует любви, и нельзя заставить любить, если отсутствуют ее составляющие.

— Составляющие? — недоверчиво усмехнувшись, переспросил Джексон.

Рэйчел указала на выгравированные буквы.

— Они символизируют собой доверие, любовь, страсть и радость. Доверие, продолжила она, памятуя о важности своих следующих слов, — и страсть — две составляющие, делающие любовь взаимной.

— А радость?

Недоумевая по поводу его таинственного тона, тщательно подбирая слова, она произнесла:

— Радость является результатом, когда присутствуют три остальные составляющие.

Джексон выпустил из рук амулет и, немного помедлив, поцеловал ее в лоб. Она понятия не имела, что означает эта смена его настроения. Он так тяжело вздохнул, что ее пробрала дрожь. Рэйчел уже ждала от него слов о том, что кроме выплеска страсти между ними ничего не произошло.

— Я не предохранялся…

— О Боже!..

Рэйчел зажала рукой рот и попыталась сесть. Как она могла так легкомысленно поступить? Скольким ее подругам приходилось избавляться от нежелательной беременности? И сколько раз Рэйчел клялась себе, что уж с ней-то такого не произойдет?..

— Следует понимать, что ты тоже не вспомнила о… хм…

Каким же сильным оказалось его воздействие на нее! Осознав, что потеряла над собой контроль, она не знала, куда деваться от стыда и страха.

— Скажи же что-нибудь, Рэйчел, — прошептал он, прижавшись губами к ее волосам.

Она прижалась лицом к его груди и мысленно принялась на все лады бранить себя. Ее сердце бешено колотилось, но сердце Джексона рядом с ее ухом билось ровно. Как он может оставаться таким спокойным?

— Думаю, мне следует извиниться, — произнес он, хотя по его тону ей показалось, что его извинения вряд ли будут искренними.