Ро Фоли - Роковая Женщина Страница 33

Миссис Мейтленд едва говорила, глаза уставились в пустоту:

– Потом примчался Касс. Он вихрем ворвался в дом. Торнтон пытался удержать его. Касс отбросил кузена с дороги и вбежал в мастерскую. Он пробыл там около четверти часа и появился в гостиной бледный как полотно. В тот момент Касс сам напоминал мертвеца. Он, дрожа, промолвил, что Фредерика задушили...

Миссис Мейтленд замолкла. Ее лицо превратилось в трагическую маску. Казалось, силы навсегда покинули вдову художника.

– А что было потом? – спросил Поттер как можно мягче.

Она подняла ослабевшую руку и туг же беспомощно уронила ее.

– Потом начался сплошной кошмар: полиция, допросы, толпы журналистов возле нашего дома, разбирательство, суд.

– А кто в день убийства вызвал полицию?

– Торнтон. Сначала он проник в. мастерскую, желая убедиться сам, что Мейтленд мертв. А когда вернулся, подошел к несчастному Кассу. Касс Грант стоял, как изваяние, и не мог двинуться с места. Он не понимал, где находится и что творится. Касс был в глубоком шоке. Торнтон оскорбил его, крикнул: «Ты, ничтожный ублюдок! Убийца!» – и пригрозил: – «Не вздумай уйти! Жди здесь», как будто Касс мог убежать. Он только ответил обреченно: «Чего ждать? Мне больше ждать нечего. Совсем нечего».

Пауза затянулась, и, когда О'Тул спросил, в чем она была одета на спектакле, миссис Мейтленд вздрогнула, словно мысленно вернулась откуда-то из далекого прошлого.

– Да, конечно, я покажу вам свой выходной туалет.

Она позвала служанку, глаза которой горели от нездорового любопытства; девушка принесла платье, пальто, перчатки, ботинки и даже чулки. Хаскел принялся за работу. Он проверил все. Никаких следов свечения. Потом он приблизился к миссис Фредерик и попросил показать руки. Она покорно протянула ему ладони. Они тоже были чистыми.

О'Тул намеревался было взять шляпу и откланяться, но Поттер жестом остановил его:

– У меня еще есть вопросы к миссис Мейтленд. Скажите, кто неуловимый мойщик окон, которого видела мисс Дженет Грант?

– Мы никакого мойщика не нанимали, – последовал уверенный ответ. – Бедняжка Дженет просто старалась защитить брата.

– Но ей это не удалось. А если предположить, что мойщик действительно существует и он убийца вашего мужа? Дженет видела, как этот человек в белой кепке направился в сторону дома Грантов. Он прокрался через сад и вошел в их дом. Дженет слышала знакомые припадающие шаги в спальне Евы и не сомневается: хромой дьявол избил ее. Вы, наверное, помните, что лицо актрисы было все в синяках, когда полиция разговаривала с ней в день убийства. Ева настаивала, что это Касс ударил ее прежде, чем потребовать объяснений от Фредерика. Позже, на суде, Ева отреклась от своих показаний. Возможно, в последний момент она почему-то решила защитить Касса.

– Даже если загадочный мойщик и существует, я никогда его не видела. Если он протирал стекла мансарды, то я все равно не могла бы заметить его из гостиной, так как ее окна выходят на противоположную сторону.

– Скажите, каким образом хромой или кто бы то ни был, мог попасть в мастерскую, не проникнув в ваш дом?

Миссис Фредерик задумалась.

– Как вы знаете, два дома соединены, у них общая боковая стена, – объяснила она. – Мастерская расположена на заднем дворе, в саду, на полпути к обоим домам. За мастерской пролегает Шестьдесят Седьмая улица, застроенная особняками современной архитектуры. Может быть, каким-то чудодейственным способом удалось пробраться через них? Откровенно говоря, я не знаю.

О'Тул кивнул Хаскелу, сержант убрал в карман записную книжку, и все встали. Вдруг Поттер задал каверзный вопрос:

– А почему вы так уверены, что Торнтон Грант не заходил в мастерскую?

– Ну-у, – протянула миссис Фредерик, – со слов самого Торнтона, утверждавшего, что он только слышал: Мейтленд перед смертью находился в своей мастерской.

– И вы безоглядно поверили словам этого господина?!

– Торнтон?! Нет, вы на ложном пути, если подозреваете затворника-эстета. У него не было ни малейшего повода даже хоть как-то навредить моему мужу. Они были едва знакомы. У него не было и близких отношений с Евой. Нет, только не Торнтон.

– Миссис Мейтленд, видимо вы не знаете, – медленно проговорил Поттер, – что Торнтон собирался жениться на Еве через три недели после премьеры. Интересно, когда начался у них это роман?

– Торнтон и Ева? – миссис Фредерик рассмеялась. – Непостижимо! Я бы никогда не поверила, что нашей гетере удастся сотворить подобное чудо. И кто же оказался жертвой на сей раз? Интеллигентный и проницательный Торнтон!

– Кстати, у вас есть ключи от старого дома? – спросил Поттер.

– Нет, когда я отказалась от аренды, то отдала все ключи Торнтону Гранту.

Следователи извинились за беспокойство, и усталая женщина любезно проводила их.

О'Тул отправил Хаскела обратно в полицейское управление.

– Итак, следующим номером – Торнтон? – обратился лейтенант к Поттеру. – Скажи, насколько хорошо ты его знаешь?

– Мы как-то встречались в клубе. Однажды играли в бридж – и все.

– Сколь серьезны твои подозрения, связанные с Торнтоном и его несостоявшейся свадьбой?

– Трудно сказать, – признался Поттер. – Но кое-что есть. Во-первых, нам теперь известно, что Торнтон был влюблен в Еву. Во-вторых, знаем, что отец Касса лишил непокорного сына наследства и все деньги перешли в распоряжение Торнтона. Младший Грант мог получить свою долю лишь в том случае, если ему удастся вернуть себе доброе имя. Таковы были условия. Понимаешь? Так что получается, Торнтон был кровно заинтересован в том, чтобы усадить Касса на электрический стул. Да и надежного алиби у него нет. Еще тогда, на суде по делу Фредерика, Торнтону почему-то просто поверили на слово.

– Торнтона никто никогда всерьез не подозревал, – задумался О'Тул. – Он воплощение порядочности и аристократизма. И потом, главным подозреваемым все равно был Касс – импульсивный, несдержанный, своевольный, обманутый ревнивый муж редкой красавицы.

– Да, это так, – согласился Поттер. – Может, Торнтон хитроумно подставил брата? Кстати, ты разрешишь мне увидеться с этим непорочным агнцем?

– Думаю, будет лучше, если с ним поговорит Расслин.

– Я стараюсь вести расследование сам от начала и до конца, ты же знаешь, старина.

О'Тул ехидно ухмыльнулся:

– А если не можешь сам?

– Поверь, лейтенант, смогу: раскину частые сети! – отшутился Поттер.

Лицо дворецкого Торнтона, который открыл им дверь, выражало глубокую скорбь. Им пришлось ждать довольно долго, пока господин спустился вниз. Поттера удивила перемена, произошедшая с этим уравновешенным человеком: глаза запали, вокруг них залегли темные круги, щека часто подергивалась в нервном тике. Но держался он мужественно.