По ту сторону свободы - Анна Александровна Бойцан Страница 32

Лив бросила последний взгляд на Лиама. Его глаза всё ещё были прикованы к Дориану, и в них мелькнуло что-то... хищное. Она невольно поёжилась, шагая вслед за Дорианом в дом. Да, она каждой клеточкой тела ощущала — разбор полётов не избежать.

Глава 16

Дверь хлопнула за спиной Лив, и в ту же секунду в воздухе повисло практически осязаемое напряжение. Давящее ожидание клубилось в воздухе, будто невидимая грозовая туча накрыла их.

Дориан молчал. Он прошёл к камину, скрестил руки и обернулся. Каждое его движение было плавным, как туман, оседающий на землю, а взгляд — холодным, стальным, но сдержанным.

— Ну и где ты была?

Его голос прозвучал тихо, почти спокойно. И от этого Лив стало только хуже.

— Мы с Мар... — Она сжалась, не поднимая глаз. — Мы просто ездили за город, чтобы поговорить с женой Джозефа Моррингтона. Ну, точнее с его вдовой.

— Просто поговорить? — Его тон взвился вверх. — Просто?! Ты уехала чёрт знает куда, к женщине, чья связь с вампиром могла стоить тебе жизни, и не сказала мне ни слова!

Он сделал шаг вперёд, и Лив отступила, как от пламени.

— Я... я знала, что ты будешь против. — Голос дрогнул. — Но я не могла отпустить Мар одну, я боялась, что...

— Ах, боялась? — перебил он. — А ты подумала, что я чувствовал, когда понял, что тебя нет в доме? Ни записки, ни сообщения, ничего! А потом — звонки в пустоту!

Лив опустила голову, крепко сжав ремень рюкзака.

— Я взяла клинок, — прошептала она. — Просто на всякий случай. И я собиралась им воспользоваться, если бы что-то пошло не так. Ты всему обучил меня, Дориан.

— Ты взяла мой клинок. — Его голос стал ниже, почти рычанием. — Без разрешения. Ты полезла в библиотеку к вещам, которые там не для тебя.

Он прошёл мимо, затем резко развернулся, остановившись вплотную. Его дыхание обожгло её щеку.

— Ты хоть понимаешь, что могла погибнуть?

Она кивнула, не в силах смотреть на него. Сердце стучало где-то в горле. Он злился — по-настоящему. И от этого было страшно.

Дориан вдохнул — долгий, уставший вдох, и взгляд его смягчился. Он протянул руку, осторожно коснулся её плеча, как будто боялся спугнуть.

— Лив... — Его голос стал тише. — Я не кричу, потому что злюсь. Я... — Он опустил глаза, провёл ладонью по лицу. — Чёрт. Я испугался. До дрожи. Впервые за сотню лет.

Она с удивлением подняла голову.

— Я не могу... Я даже думать не хочу, что мог тебя потерять. — Их взгляды встретились. Его глаза были другими. Уязвимыми. — Если бы ты не вернулась... я бы... не знаю, что бы сделал.

Он шагнул ближе, и Лив вдруг почувствовала, как дрожь отступает. Он был рядом. Он заботился. Снова.

— Прости, что сорвался, — прошептал он, убирая выбившуюся прядь с её щеки. — Я просто... не умею по-другому, когда дело касается тебя.

Лив молчала, ощущая, как внутри распускается тихое тепло. Да, он был груб. Да, он сорвался. Но... он беспокоился. Он был зол, но лишь потому что боялся за неё. Это ведь весомое оправдание?

— Я действительно не хотела... — начала она, но он приложил палец к её губам.

— Т-с-с. Всё в порядке. Главное — ты здесь. Цела и невредима.

Он притянул её к себе, легко, но твёрдо. Обнял так, как будто только это могло убедить его, что она реальна. Лив прижалась к его груди, вдыхая его запах — пряный, немного табачный, с нотками кедра и чего-то потустороннего, едва уловимого.

— Обещай, что больше не будешь исчезать без слов, — прошептал он ей в волосы. — Обещай мне, Лив.

— Обещаю, — сказала она тихо, почти не слышно. И в этот момент — она действительно верила, что больше не сделает ничего, что может его ранить.

Он отстранился ровно на столько, чтобы посмотреть в её глаза.

— Я серьёзно.

И тогда он поцеловал её. Нежно, слегка неловко, словно проверяя — ответит ли Лив взаимностью или закроется от него. Но она ответила. Поцелуй был тёплым, и когда он мягко отстранился, он всё ещё держал Лив в объятиях. Его ладони покоились на её талии, а дыхание скользило у виска, будто бы он сам пытался передать ей немного спокойствия. Лив уткнулась лбом в его плечо, сердце ещё трепетало после вспышки ссоры, но внутри уже тлело что-то другое. Чувство, будто в этом доме, в этих объятиях — было её единственное укрытие от всего остального мира.

— Ты можешь выдохнуть, Лив, — наконец сказал он, голос чуть ниже, чем обычно. — Осталось недолго. Мар совсем скоро будет в безопасности. Я узнал, когда Джозеф снова появится в «Лунном свете». В эту пятницу.

Лив приподняла голову, всматриваясь в его глаза.

— Точно?

Он кивнул.

— Мои люди не ошибаются. У нас есть время. Немного, но достаточно, чтобы всё подготовить. Я не позволю ему добраться ни до тебя, ни до твоей подруги.

— А если что-то пойдёт не так?

— Не пойдёт, — отрезал он спокойно. — Я не допущу этого.

Дом погрузился в тишину. Часы мерно отсчитывали секунды, и этот ритм словно сшивал разорванную ткань вечера. Воздух в комнате стал лёгким, будто кто-то открыл окно и выпустил наружу всю тяжесть событий. Ночь медленно опускалась на город мягким покрывалом, убаюкивая улицы и людей.

Лив медленно вышла из его рук, не до конца отпуская, будто проверяя — точно ли он отпустит.

— Значит, до пятницы у нас есть время, — сказала она. — Целая неделя.

Дориан прищурился, уголки губ чуть дрогнули.

— Боишься остаться со мной наедине на целую неделю?

Лив фыркнула, но не смогла скрыть улыбки.

— Уж как-нибудь справлюсь.

Он шагнул ближе, снова сократив расстояние. Его пальцы коснулись её подбородка, затем отступили — лёгкая, дразнящая игра.

— Ты не справишься, Оливия. Ты утонешь. И я — вслед за тобой.

Она вздрогнула — не от слов, а от интонации, полной насмешки, обещания и странной нежности.

— Прекрати, — пробормотала она, отворачиваясь.

— Что? Смотреть так? Или напоминать о том, когда ты, задыхаясь, просила меня взять тебя, а после, на грани истерики, умоляла прекратить?

Она резко отвернулась, но он не дал ей уйти. Его взгляд стал мягче. Он больше не шутил. Он изучал её. Спокойно. Взвешенно.

— Почему ты тогда захотела остановиться?

Лив замерла.

— Я испугалась. Но не тебя. Твоей силы... Прости, но иногда она пугает меня. И я почувствовала, как будто проваливаюсь.

— Так и было, — он медленно взял её за руку, поднял к губам. — Ты падала. Но я