Дж. М. Дарховер - Вечно Страница 163

– Это ваша вина! – сказал он, смотря на Катрину и Майкла. – Вы убили ее!

– Она сама себя убила, – ответила Катрина глумливым тоном.

– Нет, это сделали вы! Вы довели ее до этого!

– Да кого это волнует? – возмутилась Катрина. – Она была всего лишь рабыней! Вот и все!

Услышав эти слова, Кармин окончательно перестал себя контролировать.

– Нет, это не так! Она не была рабыней!

– Кармин! – предупредил его Коррадо.

– Она – principessa! – сказал Кармин, игнорируя своего дядю. – Сальваторе убьет вас, когда узнает, что вы наделали!

Схватив с земли садовые ножницы, валявшиеся возле его ноги, Кармин швырнул их в Катрину и попал ей в бок, когда она попыталась отойти. Придя в ярость, она схватила лопату и направилась к нему.

Отползая назад, Кармин попытался подняться на ноги, однако Катрина уже успела замахнуться на него лопатой. Моментально среагировав, Коррадо достал из пиджака свое оружие, без колебаний целясь в свою сестру. Раздавшийся выстрел отдался эхом от стен небольшой конюшни, заставив Кармина отшатнуться от оглушительного звука. Все произошло невероятно быстро, однако Кармину показалось, что он наблюдал за происходящим в замедленной съемке.

Катрина вскрикнула, когда пуля прошла на вылет через ее грудь. Пошатываясь, она рефлекторно взмахнула лопатой. Удар пришелся на лопатку Кармина, резкая боль пронзила всю левую сторону его тела. Цепенея, Катрина бросила лопату и схватилась за грудь. После второго выстрела она рухнула на землю, пуля пришлась ей прямо промеж глаз.

Истошно вскрикнув, Майкл бросился к Коррадо, реакция которого вновь оказалась безукоризненной. Пригнувшись, Кармин услышал очередной выстрел и прикрыл голову руками. Пуля попала в череп Майкла, брызги крови полетели в сторону Кармина. Майкл упал вперед, рухнув рядом с телом своей жены. Ощутив приступ тошноты, Кармин закашлялся, наблюдая за тем, как Коррадо выпустил в тела Майкла и Катрины еще несколько пуль. Он нажимал на курок с такой легкостью, словно они совершенно ничего для него не значили.

Словно они не были людьми. Словно они не были членами его семьи.

Свирепо озираясь по сторонам, Коррадо потянул Кармина вверх, поднимая его с земли. Пошатываясь, он попытался восстановить равновесие, однако ноги отказывались его слушаться. Состояние шока было настолько сильным, что его покачивало, но, несмотря на это, он изо всех сил старался взять себя в руки.

Убрав пистолет, Коррадо достал свой телефон. Присев на стул, Кармин опустил голову между коленей и, закрыв лицо руками, начал делать глубокие вдохи. Он считал до десяти в надежде успокоиться, однако звон в ушах и неистово колотящееся сердце вкупе с хладнокровным телефонным разговором Коррадо значительно усложняли ему задачу.

Один.

– Произошел инцидент.

Два.

– Я застрелил двоих, сэр.

Три.

– Ситуация обострилась.

Четыре.

– Я был вынужден действовать.

Пять.

– Моя сестра и ее муж.

Шесть.

– Я беру на себя полную ответственность за случившееся.

Семь.

– Я все улажу.

Восемь.

– И приму любые последствия…

Девять.

– …даже в том случае, если Вы решите аннулировать мое поручительство.

Десять.

Кармин посмотрел на своего дядю, когда тот завершил разговор. Он не смог сдержаться и выдал один-единственный секрет, о котором ни при каких обстоятельствах нельзя было говорить вслух.

– Аннулировать поручительство?

– Да, – ответил Коррадо, убирая телефон в карман. – Советую тебе уповать на то, что Сал сможет это простить, поскольку я только что нарушил кодекс чести.

– Я…

– Достаточно слов, Кармин. Что сделано, то сделано.

– Но… – равнодушие Коррадо вселяло в него ужас. – Это же Ваша сестра. Я знаю, что Вы всегда защищаете свою семью.

– А ты – мой племянник, верно? – Кармин кивнул. – И Катрина угрожала твоей жизни, верно? – еще один кивок. – Значит, я все же защищал свою семью.

– Вероятно.

– Здесь нет места вероятности. Моя сестра и ее муж самостоятельно подписали себе смертный приговор, и они сами виноваты в своей смерти. Тебя расстроило то, что они погибли? Я полагал, что тебя это обрадует после всего, что они натворили.

В ответ Кармин только лишь смотрел на него, опасаясь того, что его стошнит, если он откроет рот. Не так давно он говорил о том, что они заплатят за все свои поступки, однако он и представить не мог, что все произойдет именно так. Он бы никогда не подумал, что будет сидеть на стуле и, дрожа, смотреть на их истекающие кровью тела, лежащие в нескольких футах от него. Даже в самом страшном сне ему никогда не приснилось бы то, что он будет забрызган той же самой кровью, что течет в венах Хейвен; что перед ним будут находиться мертвые тела двух людей, которые подарили ей жизнь.

– Все кончено, – сказал Коррадо, смотря на тела. – Я разберусь с этим. Ты не слушал меня раньше, но, возможно, впредь станешь прислушиваться ко мне. Тебе, Кармин, предстоит объяснить Хейвен, почему у нее больше нет матери. Надеюсь, ты извлечешь из этого урок, и, в конце концов, поймешь, что ты не такой умник, коим себя считаешь.

* * *

Резко проснувшись в погрузившейся во тьму комнате, Хейвен села на кровати, ощутив дурное предчувствие, засевшее в ее животе. Экран телевизора мельтешил черно-белыми полосками, слабо освещая остановившего в дверях Кармина. Хейвен охватило странное ощущение, грудь сковало холодом.

– Кармин? Что случилось?

В свете телевизора она увидела промелькнувшую на его лице панику. Его глаза блестели от слез, исходившее от него отчаяние было настолько ощутимым, что Хейвен моментально поняла, что что-то пошло не так.

– Мама ведь в безопасности, да? Вы вытащили ее оттуда?

Пройдя в комнату, Кармин едва заметно покачал головой. Внутри у Хейвен все рухнуло, когда она заметила это движение.

Когда Кармин оказался в свету телевизора, она увидела красные пятна и брызги крови на его рубашке. Она уже видела подобное – брызги крови запачкали ее голубое платье, когда юная девушка рухнула перед ней на пол. Это был дурной знак. Это был знак смерти.

– Нет!

Лицо Кармина исказилось от боли. Хейвен чувствовала, как сжимается ее грудь – ей казалось, что ее легкие разорвались. Она делала частые вдохи, ощущая обжигающее грудь пламя.