Тёмный защитник - Ноа Хоуп Страница 10

лучше подчиниться, чем провоцировать его гнев. Сжав зубы, я позволила ему продолжать, гадая, что же Ал задумал на этот раз. И в глубине души, как ни странно, почувствовала капельку благодарности по отношению к этому человеку. Да, именно он виноват, что я оказалась в такой ужасной ситуации, но Ал мог обращаться со мной гораздо хуже и вообще поселить меня в какую-нибудь темную сырую комнату без малейших удобств.

Возможно, в монстре все-таки теплится крошечная искра человеческого сострадания? Или это лишь ловушка, которую он расставляет, чтобы целиком и полностью подчинить меня своей воле?

Разум лихорадочно пытался разгадать его истинные намерения, и я настолько погрузилась в размышления, что даже не сразу заметила, что Ал уже закончил с моими волосами и протянул мне руку. Не желая злить его и чувствуя в глубине души любопытство, смешанное с неприязнью, я подчинилась и вложила дрожащие пальцы в его сильную мозолистую пятерню.

Ал помог мне подняться, а затем взял другую бутылку и, налив немного жидкости на ладонь, опустился на одно колено и начал методично, почти благоговейно намыливать мои ноги. Его прикосновения были на удивление нежными и аккуратными, будто он боялся причинить мне боль. И это ощущение оказалось… волнующим. Я ненавидела себя за то, что мое тело так предательски реагирует на его прикосновения, но не могла ничего поделать. Каждая клеточка моего организма жаждала его прикосновений, хотя рассудок отчаянно сопротивляется, взывая к здравому смыслу.

Как такое возможно? Ведь этот человек причинил мне столько боли и страданий?!

Но сейчас его осторожные, почти трепетные движения вызывали во мне такие чувства, которых я не испытывала уже давно.

Когда его руки поднялись выше по бедру, я едва сдержала судорожный вздох. Казалось, воздух вокруг нас сгустился, наэлектризованный напряжением, повисшим между нами. Я пыталась не встречаться с ним взглядом, боясь, что Ал прочтет в моих глазах всю гамму чувств, бушующих внутри меня: страх, отвращение, смятение и… что-то еще, что заставляло мое сердце биться чаще.

Внезапно его рука замерла, и я затаила дыхание, ожидая, что он вот-вот набросится на меня с новой порцией издевательств и унижений.

Однако Ал произнес тихим хриплым голосом:

– Красивая татуировка.

Такой комментарий ошеломил меня, и я в замешательстве уставилась на мужчину, не в силах произнести ни слова. Рисунок бабочки на бедре… я сделала его в память о моем защитнике. Как бы глупо это ни звучало, но я до сих пор хранила себя для него, одна мысль об интимной близости с другим мужчиной вызывала во мне омерзение. Мне двадцать четыре года, и я до сих пор девственница, которая ждет того, кто никогда не вернется. Но что-то внутри меня не давало перейти черту, как будто тогда я предала бы мальчика из прошлого. Хотя я более чем уверена, что он не держит целомудрие из-за меня.

Его мозолистые руки все еще прикасались к внутренней части моего бедра, прямо рядом с крылом бабочки. И это… не вызывало у меня отвращения. Наоборот, по моей коже пробежали мурашки, а сердце забилось чаще. Повисшее между нами невидимое, но осязаемое напряжение, будто мы замерли на грани какого-то важного, переломного момента, никуда не делось.

Каждый нерв в теле был натянут до предела. Как будто малейшее движение, один вдох могут разрушить хрупкую иллюзию, которая отделяла нас от… чего-то неведомого, но пугающе притягательного.

Его прикосновения будоражили мое измученное тело и душу. Я отчаянно пыталась сопротивляться, но что-то в глубине моего существа жаждало этой крупицы тепла и нежности, которых мне так недоставало в нашем жестоком мире.

Однако стоило приблизиться к моей заветной точке, как он резко отстранился. Ал поднялся, его обжигающий взгляд буквально пронзал меня насквозь.

– Дальше сама закончишь, – произнес он хрипло и стремительно покинул ванную комнату, оставив меня в полном замешательстве.

Я ошарашенно смотрела ему вслед, пытаясь осмыслить происходящее.

Почему он так внезапно остановился? Это очередной ход в его изощренной игре?

Меня бросало то в жар, то в холод. Это безумное влечение пугало, ведь стоит поддаться ему, и я рискую потерять все: внутреннюю свободу, гордость, даже, быть может, жизнь.

Я обхватила себя руками, пытаясь успокоить сбившееся сердцебиение. Мне нужно срочно собраться и вернуть контроль над ситуацией. Но как устоять перед всепоглощающим притяжением, которое, казалось, затягивало меня в темную воронку?

Глава 6. Марсела

Закончив принимать душ, я обернулась полотенцем и вернулась в «тюремную камеру». Первым делом проверила входную дверь – но, как я и ожидала, она была надежно заперта. Однако я не могла сидеть без дела, надеясь на чью-либо помощь. Я должна полагаться только на себя. Поэтому решила тщательно осмотреть крохотное помещение.

Окно было слишком маленьким, да и с больной рукой мне все равно не удалось бы до него добраться. Я тщательно перерыла комнату вдоль и поперек ища что-нибудь острое, чтобы вскрыть замок или даже защититься, если понадобится. Попыталась сломать ножку своей лежанки, но дерево оказалось слишком крепким. Ярость и разочарование захлестнули меня, и я со всей силы ударила по изголовью, не обращая внимания на вспышку боли в плече. Я кричала, проклиная похитителя и этот чертов подвал, пока голос не сорвался и не охрип.

Когда эмоциональный шквал немного утих, я обессиленно опустилась на кровать, чувствуя, как слезы текут по щекам. Я была так близка к свободе, но понимала, что все попытки тщетны. Меня накрыло ощущение безнадежности и одиночества. А мучитель, должно быть, наблюдал за мной, наслаждаясь страданиями своей жертвы. Я его пленница, и он может сделать со мной все, что придет в его больную голову. Эта мысль наполняла меня ужасом и отвращением.

Я сжала голову руками, пытаясь унять нарастающую панику. Мне нужно собраться с мыслями и найти в себе силы, чтобы выбраться отсюда. Я должна бороться до конца, неважно, чего мне это будет стоить. Где-то там, за этими стенами, меня ждут люди, которых я люблю. Я должна вернуться к ним.

Но силы покинули меня, и я провалилась в беспокойный сон, полный кошмаров. Я металась по кровати, кричала, умоляя о пощаде, но никто не слышал моих возгласов. Образ похитителя преследовал меня, вызывая волны сильнейшего страха.

Спустя какое-то время меня разбудил зловещий скрип старой двери. Я резко села на постели и осмотрелась вокруг. В комнате никого не было, но, когда взгляд упал на аккуратно сложенное платье в изножье кровати, я поняла, что мне не почудилось, – кто-то определенно заходил сюда, пока я спала. Я