Леона Шелл - Код соблазна Страница 29

- Весьма неплохо. - Берт важно кивнул. -Особенно в той части, которая касается меня.

- Интересно, почему это мужчины столь самовлюбленные создания? фыркнула его жена, стараясь не расхохотаться. - Я, пожалуй, напишу об этом следующую книгу "Мужское самолюбие в мировой истории".

- Как социолог, я тебе скажу, солнышко, что количество самолюбивых женщин в последнее время все растет, - усмехнулся Берт, подходя к ней ближе. - В процентном соотношении они уже догнали мужчин! Это все следствие эмансипации. Ты только подумай, что нас ждет лет через двадцать. Мой прогноз таков: самолюбивые женщины начнут править миром...

Отвлеченная его длинной тирадой, Касси упустила момент, когда Берт подошел совсем близко, и поэтому не успела увернуться от объятий мужа. Хохоча, они повалились на ковер, прямо перед удивленной Рози, и начали целоваться.

- Ничего себе! - раздался вдруг звонкий голосок. - А потом ты, Берт, будешь учить меня нравственности, да? Кто мне вчера сказал, что я не должна оставаться на ночь у приятелей? И что же я вижу, придя домой, как не настоящую оргию...

- Вовсе нет, - запротестовал Берт, садясь на ковре и обращая смеющееся лицо к сестре. - При чем тут оргии? Это просто.., ритуалы ухаживания, вот что. Разве ты не читала книгу профессора Росс-Уорринг?

Хейзл фыркнула, но глаза ее посерьезнели.

- На самом деле я как раз по этому вопросу... Простите, что помешала, но мне нужен совет. Лично от Касси.

- Да, Хейзл? - Касси поднялась на ноги, надела очки и словно бы перевоплотилась во всезнающего профессора. Несмотря на расходящиеся полы халата и горящие щеки.

- Понимаешь, - заторопилась девочка, слегка смущаясь. - Тут такое дело... Один молодой человек пригласил меня сегодня вечером в ночной клуб. Я перетрясла весь гардероб и поняла, что пойти совершенно не в чем. Тогда я... В общем, я купила пару вещиц. Ты не могла бы на них посмотреть и сказать.., мнение специалиста?

Касси и Берт переглянулись. Он взъерошил светлые волосы. Она остолбенело поправила очки. На лицах обоих читалось такое откровенное изумление, что Хейзл не выдержала и рассмеялась.