Пожалуйста, не уходи (ЛП) - Сальвадор Э. Страница 76

Умереть было бы проще, чем это чувствовать.

Девчонки возвращаются через несколько минут, но уже не одни. Обеих обступают парни. Похоже, из команды по лакроссу, но я не уверена, да мне и все равно. Девушкам же это внимание явно льстит. Я рада за них; им положено веселиться, но сама не могу перестать думать о чувствах к Дэниелу.

Я никогда так сильно никого не хотела, но пребываю в ужасе от нахлынувших чувств и непонимания происходящего.

— Так... как тебя зовут? — обращается ко мне один из парней.

Я молчу, надеясь, что он поймет намек.

Он смеется, и теплое дыхание с запахом пива обдает мне щеку.

— Да ладно тебе. Ты здесь, я здесь — давай познакомимся поближе. Обещаю, странным не буду.

— Ты уже странный, — я делаю глоток и вздрагиваю, когда текила обжигает горло.

— Это как? — он становится немного ближе, и следовало бы его остановить, но я этого не делаю. Потом все-таки отстраняюсь, поскольку он пахнет не так, как Дэниел, и выглядит иначе.

— Ты ведешь себя навязчиво, стоишь слишком близко и действуешь мне на нервы, — спокойно отвечаю я, но он улыбается, словно это шутка.

— Выпивка за мой счет. Что скажешь? — он игнорирует мои слова, делая шаг ближе и опуская взгляд на мою грудь. — Можешь заказать что угодно.

— Я могу сама за себя заплатить.

— Ну же. Дай несколько минут, чтобы переубедить тебя.

— Ты стоишь чертовски близко, — не уверена, когда успел появиться Дэниел, но вдруг он оказывается рядом, обвивая за талию властной и защищающей рукой.

Он почти стаскивает меня со стула. Я сижу на самом краю. Наверное, упала бы, если бы не держал так крепко. Не следовало бы мириться с тем, что он хватает меня, как собственность, показывая как-его-там-зовут, что я неприкосновенна, но какая-то отчаянно нуждающаяся часть меня наслаждается этим.

Парень поднимает руки в знак капитуляции и отступает на пару шагов.

— Черт, прости, Дэнни. Я не знал, что она твоя девушка.

— Просто свали нахрен, — его голос хриплый, а взгляд, которым прожигает того парня, мрачен.

— Ладно, ясно, — он разворачивается и уходит к друзьям, больше не оглядываясь в нашу сторону.

— Я не твоя девушка, — говорю я, стараясь, чтобы голос звучал ровно. Надеюсь, мне удается скрыть, как рада его видеть.

Он все еще смотрит вслед парню, настороженный и раздраженный, будто ожидая, что тот вернется и попытается что-нибудь выкинуть. Я почти уверена, что этого не случится, но Дэниел на взводе.

Мне не должно нравиться, как горячо и серьезно он выглядит. Я видела его разным, но эта сторона иная.

Мгновение спустя Дэниел опускает на меня взгляд, и выражение его лица смягчается.

— Ни «я скучала»? Ни «поздравляю»? Я отсутствовал четыре дня, Джози, и это первое, что ты говоришь?

— Поздравляю, Кэп. Ты был великолепен.

Дэниел помогает устроиться поудобнее и встает прямо передо мной. Он снова кладет руку мне на талию, и кожа под огрубевшей ладонью откликается легким покалыванием, пока Дэниел медленно проводит ею по спине. Затем опирается локтем о стойку бара и берет в руку одну из моих косичек.

Я запрокидываю голову, чтобы взглянуть на него, сохраняя невозмутимое выражение лица, хотя тот сейчас явно надулся.

— Ты что, по мне не скучала? — в его голосе слышится неподдельное разочарование, словно это совсем не то, что он ожидал услышать.

— Мы живем вместе. С чего бы по тебе скучать?

Его губы кривятся, и Дэниел наклоняется ближе. Веки предательски дрожат, легкие наполняются мятным дыханием и древесным ароматом его одеколона. Я готова растаять на стуле, переполненная ощущением его близости, запахом, прикосновениями, голосом, но мне удается сохранить вертикальное положение.

— Я скучал по тебе, — в его голосе звучит тоска, разрывающая мне сердце.

Мы договорились не переступать границы, да такие, чтобы у меня не возникло ожиданий и я не требовала быть единственной партнершей. Мы не спим в одной кровати после того, как он доводит меня до оргазма, не обнимаемся, поскольку именно так делают люди в отношениях.

Тот единственный раз был исключением.

Но я глупа, потому что хочу быть его единственной. Не хочу ни с кем делить. Не хочу гадать, не доводит ли он до оргазма кого-то еще, не отдает ли после свою футболку и носки. Не жарит ли сэндвичи и не включает ли музыку под настроение.

Я не хочу стоит догадки, но Дэниел сам все усложняет, и вот теперь он здесь, касается меня и говорит подобные вещи. Как, черт возьми, мне не растаять?

— Я... — во рту пересыхает. Я зашла слишком далеко; это неправильно. Скоро он уедет, и я снова останусь одна.

Я отвожу взгляд и натыкаюсь на Кая. Он усмехается, взгляд скользит от Дэниела ко мне. Прижимает ладонь к груди под сердцем и что-то шепчет беззвучно, но я не могу разобрать, что именно.

— Мне нужно в туалет, — говорю я, быстро допиваю напиток и сдвигаюсь с места.

— Я пойду с тобой, — заявляет он, не убирая руки с моей спины.

— Нет, оставайся здесь. Я ненадолго, — я начинаю отходить, но Дэниел направляется следом, словно телохранитель. — Тебе необязательно идти.

— Прошло четыре дня. Пока ты прямо не скажешь, что не хочешь меня видеть, я никуда не уйду, — перекрикивает он гул музыки, плотнее ко мне прижимаясь.

В животе поднимается рой бабочек, от которого внутри становится тепло.

Когда мы добираемся до туалета, Дэниел хватает меня за руку и разворачивает к себе.

— Ты не хочешь, чтобы я находился рядом? — при тусклом освещении лицо едва различимо, но мне и не нужно смотреть, чтобы понять, насколько ему больно. — Хочешь, чтобы оставил в покое, давая зеленый свет тем, кто к тебе подкатывает? — скрежещет он зубами, резко выдыхая. — Этого ты хочешь?

Брови приподнимаются, но я прикусываю язык, чтобы не задать вопрос, о котором впоследствие пожалею.

Я ему ничего не должна. Он мне ничего не должен, но текила действует быстро, опьянение накатывает сильнее, и слова сами собой слетают с языка.

— Ты спишь с кем-то еще? — щеки пылают от этого дурацкого вопроса. Не могу поверить, что поддалась слабости, но мне правда нужно знать.

— Нет, — без раздумий отвечает он. — Теперь ответь на мой вопрос.

Но я не отвечаю.

— Почему нет?

— Потому что, Джозефина, ты перепрошила мое восприятие прикосновений. Прикасаться к кому-то, не являющимся тобой, для меня невыносимо и отвратительно. Мозг отказывается воспринимать кого-то помимо тебя. Не знаю, как объяснить, но я не хочу прикасаться ни к кому, кроме тебя. Ты несравненна. И нет, я не проверял это на практике. Я просто знаю. Я не могу и не буду прикасаться ни к кому, кроме тебя. Это отвечает на твой вопрос? Теперь ответишь на мой?

Я пытаюсь осмыслить его слова, не искажая изначального смысла.

Он выразился ясно; я все поняла. Просто трудно поверить, что я так на него влияю. Я не делала ничего, кроме как доставляла стресс и испытывала его терпение.

— Мне плевать на тех парней.

Дэниел отпускает мое запястье, хватает за бедра, разворачивает и прижимает спиной к стене. Он наклоняется, я запрокидываю голову.

— Ответь. Ты не хочешь, чтобы я находился рядом?

— Я всегда хочу, чтобы ты находился рядом.

— Так почему позволила ему подойти настолько близко? — спрашивает он, голос опускается на октаву.

— Ты следил за мной?

— Я всегда за тобой слежу.

О.

— Потому что хотела перестать думать о тебе.

Не знаю, виновата ли текила или мой мозг отказывается подчиняться, но не могу заставить его прекратить формулировать слова, которые я клялась никогда не произносить вслух.

— Ты думала обо мне? — его пальцы скользят вверх, охватывая талию, лениво поглаживая кожу.

— Я всегда думаю о тебе.

— Ты скучала по мне? — в его голосе слышится улыбка.

Это заглушает весь шум в голове, фокусируя внимание на двух словах.

— Все время, — неловко признаюсь я. — Но не хочу, чтобы ты посчитал меня приставучей. Клянусь, я совсем не такая. Просто ты долго отсутствовал, и было странно не иметь тебя под боком, так что не придавай этому большого значения. Я скучала, но это не важно, поэтому не надумывай лишнего.