Убежище - Джейн Генри Страница 55

— Все это время у вас в доме жил чертовски талантливый стрелок, но вы с отцом были шовинистами, — говорит он. — И просто упустили ее дар.

Я поворачиваюсь к Леонардо.

— Из-за тебя у меня появился ребенок. Думаю, ты должен ей деньги.

Алекс кивает.

— Доставай телефон и переводи все средства на счет, который я укажу, — тон звучит так, будто он больше объясняет мне, чем Леонардо. — Это будет вклад с высоким процентом.

Видеть, как руки Леонардо трясутся, пока он делает перевод, приносит мне странное удовлетворение.

Сол ругается сквозь зубы: — Ты нас подставил.

Алекс делает шаг вперед.

— Держи себя в руках, Бьянки.

— Чего ты от меня хочешь? — жалобно спрашивает Леонардо.

— Возмездия. Признай, что ты сделал. — Алекс кивает на Сола. — А ты и твой друг уйдете, оставив своего товарища с нами.

Сол сверлит меня взглядом.

Но ты больше не можешь так смотреть на меня, Сол.

— Осторожнее, Сол, — говорю низким голосом. — Теперь мое имя Харпер Романова. Та Харпер, которую ты знал, больше не существует.

Его челюсть напрягается, и он кивает Марко.

— Не оставляй меня, — лепечет Леонардо, дрожа. — Ты не можешь оставить меня так⁠…

— Как ты оставил меня той ночью, когда изнасиловал? — спрашиваю я, сжимая свободный кулак.

— Прости, — говорит он, дрожа. Лекарство начинает действовать, он падает на одно колено, но, собрав последние силы, встает и смотрит на Алекса. Затем поворачивается и убегает.

Я взвожу курок и качаю головой. Леонардо больше никогда никому не причинит боль. Ни одна женщина больше не пострадает из-за него.

— Не стреляй на поражение, — говорит Алекс. — Он заслуживает наказания прежде, чем умрет.

Я киваю и нажимаю на спусковой крючок. Я точно знаю, куда попаду. Пуля поражает его, и он тяжело падает на землю. В тот же момент его окружают люди, которые пришли за ним.

Сол ругается, а Алекс подходит ближе.

— А теперь проваливай, Бьянки, — говорит он, хватая его за рубашку. — И не смей больше связываться с моей женой. Передай своим родителям то же самое. Если мне придется вмешиваться, ты capice (пожалеешь), — акцент в итальянском вызывает улыбку, но его взгляд ясно передает всю серьезность слов.

Сол и Марко исчезают.

Я оглядываюсь на гала-вечер.

Все сделано тихо, эффективно. Никто ничего не заметил.

— Хорошая девочка, — мягко говорит Алекс, проводя рукой по моей спине. — Ты заслуживаешь награды. Что я могу для тебя сделать, детка?

Убираю оружие и аккуратно вытираю руки салфеткой, которую он мне протягивает.

— Можем ли мы пойти домой?

— Еще несколько формальностей, и да, Харпер, мы пойдем домой. Хорошо? Ты этого хочешь?

Я киваю, улыбаясь.

Я даю указания своим людям, чтобы они отвезли жалкую задницу Леонардо к нам домой. Его сразу же посадят в камеру, и Харпер ничего не узнает.

Наконец-то наступила минута покоя.

— Ты в порядке? — спрашиваю, притягивая ее ближе к себе, прежде чем мы вернемся в зал. Позади нас шепчет лес, напоминая о том, где мы встретились. О той ночи, когда я ее поймал.

Мои люди убирают все следы борьбы, тихо исчезая в ночи, будто растворяясь в темноте.

— Да, все хорошо, — кивает она.

— Что чувствуешь?

— Облегчение, — шепчет она, прислоняясь ко мне. — Знаешь, я могла бы выстрелить, чтобы убить.

— Конечно, могла бы.

— Но я хотела, чтобы он заплатил.

— Понимаю.

— Я просто говорю, что могла бы. Если бы точно знала, что кто-то этого заслуживает, я могла бы нажать на курок без сожалений.

Киваю: — Я горжусь тобой. Господи, женщина, как же далеко ты зашла. Посмотри на себя. Твои руки больше не трясутся. Ты уверенная. Знаешь, кто ты.

— Многое изменилось, — кивает она. — Спасибо, Алекс.

Я фыркаю: — Я привел тебя домой и надел кольцо на палец. Все остальное ты сделала сама.

— Ты вернул мне мою дочь, и как только она оказалась со мной, я поняла, что сделаю все, чтобы ее защитить. Все.

— Наконец-то, — выдыхаю, качая головой.

— Что?

— Наконец-то мы говорим на одном языке, детка.

Она улыбается, когда открываю дверь в бальный зал, и уверенно входит внутрь, грациозная и элегантная.

Господи, как я ее люблю.

На официальном ужине она легко общается с моей матерью и сестрой, которые знакомят ее со своими друзьями. Живая музыка наполняет зал, и, как хозяева вечера, мы первыми выходим на танцпол. Я шагаю на круглый паркет с чувством гордости, с осознанием того, что впервые здесь нахожусь с женой под руку. Смелое заявление, подтверждающее, что она моя.

Она стоит рядом во время аукционов, лотерей и других благотворительных мероприятий, и в итоге мы превосходим успех Михаила и Арии в прошлом году, и я не упускаю случая сообщить ему об этом.

— Ты совсем не любишь проигрывать, да? — спрашивает Харпер со смехом, пока мы выходим. — Кстати… может, мне уже стоит сделать тест на беременность?

Я застываю, держась за ручку двери машины.

— Скажи это еще раз.

— О, возможно, мой цикл немного запаздывает, — говорит она с игривой интонацией.

— Правда? Но, Харпер, ты ведь пила сегодня вечером.

— Только газированную воду, правда, — отвечает она хрипловато. — Никакого алкоголя.

— Где взять тест? — спрашиваю я.

Я в этом ни черта не понимаю.

— В любой аптеке, — говорит она, пока я открываю для нее дверь и застегиваю ремень. — Надо найти круглосуточную…

— Я, черт возьми, вломлюсь и достану тест⁠…

— Алекс, ради Бога, оставь героизм для других случаев, — говорит она, вытаскивая телефон. — Смотри, вот аптека за углом. — Она улыбается. — Поехали.

Мы выходим из аптеки с шестью разными брендами тестов на беременность и огромным пакетом конфет с арахисовым маслом, потому что я случайно упомянула, что люблю их, а он не знал.

— Я не смогу съесть все это.

— Ты можешь есть за двоих, — серьезно отвечает он. — Я помогу. Я тоже их люблю.

На светофоре наклоняюсь и целую его. В тот