Узел судьбы (ЛП) - Шторм Лирик Страница 52

— Если кто-то скажет одноглазый змей, я вырублю его, — сухо уточнил Рафе.

— Вы слышали, что он сказал! — заорал Бодхи. — Никаких одноглазых змей! Вперед! У нас задание!

Коридор наполнился добродушным смехом, бойцы расходились по машинам, хлопали друг друга по плечам, отпускали шуточки. Бодхи закружил меня, резко опустил назад и поцеловал. Затем прошептал:

— Когда я вернусь, дам тебе поиграть с моей волшебной палочкой.

Он забавно пошевелил бровями, и я рассмеялась. Потом он резко поднял меня и отправил прямо в объятия Рафе, уходя вместе с Романом.

Глава 20

Серена

Уже больше часа прошло с тех пор, как они ушли, а я уже была как на иголках. Нервно вышагивала из угла в угол, то и дело бросая тревожные взгляды на мониторы камер через плечо Эвандера. Все было готово, команды занимали свои позиции и отмечались.

Рафе сидел за своим столом прямо рядом с Эвандером. У него был экран, гарнитура и микрофон. На экране отображались разные номера и прямые линии к отдельным членам команды, или оперативникам, как называл их Эвандер. Он мог говорить с ними по отдельности или использовать открытую линию, которая шла сразу ко всем.

Дом был переведен в режим «локдауна», что означало, что никто не мог войти и никому из нас нельзя было выйти. Меня это устраивало. Я и сама не хотела покидать комнату наблюдения! Я не понимала, почему так разволновалась. На самом деле ничего ведь не происходило, кроме того, что все отчитывались, что заняли позиции и готовы. Торн отвечал за безопасность во время Локдауна. Он постоянно обходил периметр, проверяя все окна и двери, чтобы убедиться, что они заперты.

Эвандер вывел изображения со всех камер района на несколько экранов, чтобы в любой момент можно было за ними следить. На дальней стене работал телевизор с местным новостным каналом, под которым шли субтитры. Роман и Бодхи уже добрались до своей точки, и я не могла оторвать глаз от того экрана, где их машина стояла в переулке.

— Mon ange, — позвал Рафе.

Я посмотрела в его сторону и увидела, как он наблюдает за моими бесцельными хождениями, словно пыталась протереть дыру в ковре. Затем подошла к нему быстрее, чем планировала, потому что во мне было так много нервной энергии. Он притянул меня к себе на колени так, что я села боком, и слабо обхватил руками мою талию.

— Скажи мне, — сказал он. — После что ты хочешь делать всего этого?

— Что ты имеешь в виду? — уточнила я.

Конечно же, я хотела вернуться домой. Эвандер слушал, сидя на месте рядом с нами, а Торн отвернулся от осмотра окна, как будто это был разговор, который они действительно хотели услышать.

— Я имею в виду, что ты хочешь делать в жизни? Хочешь устроиться на работу? Пойти в школу? Быть домохозяйкой?

Оу! Я никогда всерьез не задумывалась об этом, поглощенная текущими событиями.

— Думаю, мне стоит найти работу и помогать семье, — мысль о том, чтобы снова работать официанткой, заставила меня поморщиться. — И, Рафе, я еще не готова к детям, — выпалила я быстрее, чем успела обдумать свои слова.

Не знала, как он отреагирует, но была рада, что высказалась.

— Тебе не придется работать, если ты не хочешь, — сказал он, положив руку на мой затылок, поглаживая его большим пальцем. — И детей заводить тоже необязательно. Хотя мне бы хотелось их когда-нибудь, но не нужно торопиться, — мои плечи опустились, и я поняла, насколько была напряжена из-за мысли о том, что придется завести детей. — Контрацепция нелегальна для Омег…

Мое сердце замерло от этих слов.

Я не была готова!

Затем Рафе продолжил:

— Но… есть имплант, который ты могла бы попробовать.

Эвандер резко поднял голову.

— Рафе, — возразил он, но Рафе поднял руку, заставив его замолчать.

— У нее есть право выбора, — твердо сказал он ему. — Есть имплант. Он незаконен, как я уже сказал. Его трудно достать, но у меня есть человек, который может раздобыть нам один. Его вживляют в одну из запаховых желез, и он предотвращает зачатие. Это самый безопасный метод на данный момент и его легко установить и удалить. Если это то, что ты хочешь.

Мне хотелось сказать да, но не хотела подставлять Рафе, чтобы его посадили, если все всплывет. Я тяжело сглотнула, пока он с нетерпением ждал ответа. Невозможно принять решение так быстро. Слишком большой риск.

— Почему бы тебе не подумать об этом, и мы обсудим этот момент подробнее после того, как все закончится?

Я кивнула, облегченно вздохнув. Любая контрацепция, которую я могла бы решить использовать, могла привести к тюремному заключению моих мужчин. Осознание этого делало ставки непомерно высокими.

— А теперь я хочу, чтобы ты закрыла глаза и подумала о том, что тебе хотелось бы делать, — я покорно закрыла глаза. — Представь себя делающей что-то, что сделает тебя счастливой. Например, работа с детьми.

Я быстро замотала головой. Нет уж.

— Выращивание цветов.

Сморщила нос. Не думаю.

— Помогать людям.

Хм-м… да, я бы хотела бы помогать людям.

— Быть дизайнером.

Помогать людям вроде меня, которые оказались в тяжелом положении и им нужна помощь. Но Рафе продолжал:

— Продавать дома, или, может быть…

— Приют для Омег! — выкрикнула я, широко распахнув глаза и уставившись на удивленное лицо Рафе.

Я прыснула от смеха, закрыв рот руками.

— Приют для Омег, — задумчиво пробормотал он, с маленькой, но довольной улыбкой. — Да, тебе подходит.

— У нас движение, — пробормотал Эвандер.

Рафе тут же развернул свой стул к столу, а я вскочила, чтобы он смог занять место и убедиться, что мои партнеры в безопасности. Время пролетело так быстро!

Нервозность вернулась с новой силой, и я снова начала метаться по комнате. На экранах группа примерно из двадцати мотоциклов ехала через город. Жители закрыли двери. Окна были забиты досками. Все выглядело как город-призрак. Никто не шел по улицам на ужин или в кино.

— Темные Святые появляются как по расписанию, — сказал Эвандер, внимательно следя за экранами. — Каждую неделю в одно и то же время они заходят во все местные заведения и требуют деньги. Если не получают, начинают крушить все вокруг, а потом переходят к домам.

Фигуры слезли с мотоциклов, когда они остановились у первого здания, кофейни. Но внутрь не вошли. Они стояли на парковке, повернувшись спинами к зданию.

Чего они ждали? Я сжала кулаки, дыхание участилось, пока я нервно переминалась с носков на пятки.

На парковку с визгом влетела машина, и из нее вышла небольшая группа, направляясь к мотоциклистам.

— Вот и Дельты, — сказал Эвандер.

Казалось, они разговаривали, и вдруг один парень из Темных Святых вытащил пистолет и направил его в сторону Дельт. На другой камере было видно, как один из членов команды дернулся, будто собирался вмешаться.

— Стоять! — рявкнул Рафе в микрофон.

Дельты агрессивно шагнули вперед, и разговор продолжился. Мне так хотелось услышать, о чем они говорят. Я металась от экрана к экрану, склоняясь над плечом Эвандера. Дельта впереди выхватил свой пистолет и направил его на Темных Святых. Это был будто сигнал, которого ждали байкеры, каждый из них достал оружие. Пистолеты, биты, монтировки, и у одного даже была цепь, обмотанная вокруг кулака.

Дельт было меньше. Семеро против двадцати. Невыгодное положение.

— Вперед, — резко скомандовал Рафе.

И они пошли. Люди Романа вынырнули из теней, за исключением тех, кто прятался на крышах с винтовками наготове, и окружили группу.

Я глубоко, неровно вдохнула и выдохнула. Ладно. Теперь байкеры были в меньшинстве. Все будет хорошо. Но нервозность не унималась, и я начала метаться все дальше и дальше от своего места. Затем начала скулить. Пыталась сдержаться, но не могла.

— Муза, — позвал Эвандер. Я резко подняла голову. — Принесешь мне воды, дорогая? — спросил он.