Сделка с вампиром (ЛП) - Уолт Жасмин Страница 5

Я потянулась к своему внутреннему источнику магии, пытаясь собрать вокруг себя тени, чтобы скрыть движения, но черпать было почти нечего. А при тончайшем серпе луны в ночном небе я не могла призвать силу своей богини.

Позади раздались крики, когда я перемахнула через южную стену, по пути прикончив двух вампиров у ворот.

Стрелы просвистели мимо, едва мои ноги коснулись мостовой. Я петляла зигзагами, уклоняясь от них, и ворвалась в переполненные городские улицы.

Город расплывался вокруг меня, пока я бежала: фосфоресцирующие фонари отбрасывали зловещий свет на завитки гладких металлических конструкций. Металлический привкус воздуха смешивался с морозным, пропитанным смертью запахом вампиров и тёплым, пульсирующим ароматом человеческой жизни.

Я гнала себя изо всех сил, проталкиваясь сквозь людей и вампиров, дыхание резало лёгкие, стараясь увеличить расстояние между собой и стенами комплекса.

Но я знала: чем дольше бегу, тем больше людей меня заметят.

Я свернула за угол, проскочила через переулок, а затем неспешно вышла на рыночную площадь, глубоко дыша, чтобы замедлить сердцебиение и раствориться в толпе.

Я держалась теней, внимательно осматриваясь в поисках преследователей.

Торговцы — и люди, и вампиры — предлагали товары со своих лавок: овощи, кожаные изделия, одежду, механические устройства. И… флаконы с кровью.

Кровь выкачивалась напрямую из людей, подключённых к странному механизму.

Ужас скрутил мне нутро. Я уставилась на мужчину, который смотрел в пустоту, пока его хозяин извлекал свежий флакон из аппарата и передавал ожидающему вампиру.

Кровосос облизнул губы, шлёпнул монету в ладонь торговцу и исчез в толпе.

Это не может быть реальностью.

Неподалёку ударили часы на башне, вырывая меня из оцепенения. Я взглянула на её хрустальный циферблат — часовая стрелка указывала на два. Но колокол продолжал бить… три… четыре… пять… шесть…

Тревога начала расползаться внутри меня, становясь всё тяжелее с каждым ударом колокола, который я отсчитывала. Двенадцать… тринадцать… четырнадцать…

А затем — тишина.

Такая, будто мир выскользнул у меня из-под ног.

Было не два часа ночи.

Было два часа проклятого богами дня.

— Это какая-то ошибка, — пробормотала я.

Я вскинула взгляд к кромешно-чёрному небу, словно могла увидеть солнце, спрятавшееся между звёздами или выглядывающее из-за тонкого серпа луны.

Это оказалось роковой ошибкой.

Чувство необъятности снова разверзлось вокруг меня. Я ощутила себя открытой, уязвимой — как мышь посреди пустого поля, а звёзды были мерцающими глазами хищной птицы.

Лоб покрылся потом. Ощущение нарастало, поднималось от груди к горлу, пока не сомкнулось на нём удушающей хваткой.

Вампиры вокруг начали поворачивать головы в мою сторону, уловив учащённый ритм моего сердца. Я задыхалась.

Осознав опасность, я отступила, растворившись в толпе, ускользая от их хищных взглядов. Мне хватило остатка рассудка, чтобы нырнуть в переулок. Когда тени сомкнулись вокруг, паника немного ослабла. Шум города притих, и я смогла сделать полноценный вдох.

— Ну надо же. И что это у нас тут?

Я резко обернулась.

Кирпичную стену подпирал вампир, в пальцах — трубка. Крепко сложенный, красивый, в чёрной рубашке с воротником и подтяжках, брюки подкатаны у щиколоток, рукава закатаны, обнажая предплечья.

Зловещий шрам пересекал его левый глаз и переносицу — след либо от ранения до Обращения7, либо от серебряного оружия, потому что иначе вампиры шрамов не оставляют.

Его тёмные глаза блеснули любопытством, когда он окинул меня взглядом, оценивая одежду.

— Необычный наряд для рабыни. Чья ты?

— Я ничья.

Я сжала в ладони кол, стискивая его так крепко, чтобы рука перестала дрожать. Сделала шаг к нему, смещаясь так, чтобы перекрыть выход из переулка спиной. Даже если бы я хотела его отпустить — не могла. Он мог позвать своих дружков и вернуться, чтобы добить меня.

Глаза вампира расширились, когда он заметил кол в моей руке — и он расхохотался.

— Не знаю, где ты нашла эту игрушку, но брось её, маленькая человечка. Только настоящий серебряный кол сработает, а ты—

Я бросилась на него, намереваясь доказать, насколько «настоящим» является мой серебряный кол, но вампир оказался быстрее. Он метнулся в сторону, и моё оружие прорезало глубокую борозду в кирпичной стене — ровно там, где он стоял мгновение назад.

Я попыталась развернуться, но потеряла равновесие — движения были ржавыми, непривычными. Жёсткий удар пришёлся в рёбра, и я выругалась, растянувшись на земле, пока кол откатился под мусорный контейнер.

— Сука! — прорычал вампир.

Он снова замахнулся, чтобы пнуть меня, но я перекатилась в другую сторону, проклиная собственную слабость. Побег из Башни отнял у меня слишком много сил, а годы заточения притупили когда-то молниеносные рефлексы.

Вампир схватил меня за волосы и рывком поставил на ноги, затем обхватил рукой за талию, притягивая к себе.

— Откуда у тебя эти колья? — зарычал он.

Клыки царапнули мне шею, и по телу хлынула ярость.

— Охотников на вампиров не видели уже десятилетиями — с тех пор как ведьмы закрыли свои границы!

Ведьмы закрыли границы?

Я едва не задала вопрос вслух, но не собиралась выдавать собственное невежество. Вместо этого я резко откинула голову назад и одновременно вдавила каблук в его подъём стопы.

Раздался хруст — его нос сломался от удара. Рука ослабла. Я перехватила вторую его руку и перебросила его через плечо.

Мой кол последовал за ним вниз, и его предсмертный крик отразился от стен переулка, когда серебро вошло точно в центр его сердца.

Кровь забулькала на губах. Кожа обвисла на костях лица. Когда бессмертие покинуло его, вместе с ним исчезло и тело — мышцы усыхали, пока он не стал похож на мумифицированную оболочку.

Честно говоря, примерно так же, как, вероятно, выгляжу сейчас я.

Задняя дверь здания слева распахнулась, и в переулок вывалились ещё двое вампиров. Они явно слышали шум: один держал в руке меч, и оба выглядели так, будто жаждут крови.

Я вскочила на ноги, метнув кол, но мечник отбил его резким взмахом клинка.

Второй вскинул руку — я выругалась и рванула влево, когда воздух задрожал от невидимой энергии.

Но я всё равно оказалась недостаточно быстрой. Телекинетический удар задел плечо, развернул меня и заставил споткнуться.

— Взять её живой, — приказал телекинетик, пока мечник надвигался. — Босс захочет об этой услышать.

Ярость вспыхнула во мне, и я сжала в ладонях два кола. Я только что впервые за целую вечность вдохнула вкус свободы — и не позволю этим кровососам снова запереть меня в клетке.

Мечник ринулся вперёд. Я резко пригнулась, уходя из-под удара, и всадила кол ему в бедро. Вампир взревел, тёмная кровь брызнула в ночной воздух — но рана не была смертельной.

Его сообщник попытался ударить меня ещё одной телекинетической волной, но я поджала ноги и прыгнула прежде, чем энергия успела меня настигнуть. Ледяной ветер подхватил полы моего пыльника, распахнув его за спиной, когда я взмыла вверх, и я метнула второй кол в телекинетика.

Его глаза едва не вылезли из орбит, когда серебро пронзило сердце. Он рухнул на колени, и тело его начало распадаться.

Но второй вампир взмыл за мной в воздух — и я оказалась слишком медленной.

Я извернулась в полёте, когда он опустил меч, и вскинула предплечье, чтобы блокировать удар. Наруч принял на себя силу удара, но импульс отбросил меня прочь.

Боль взорвалась по всему телу, когда я рухнула на мостовую. Пыль взметнулась облаком, камень подо мной треснул, образовав воронку.

Сапоги вампира ударились о мостовую. Я перекатилась на бок, пытаясь подняться, пока он надвигался.

— Я вырву тебе глотку и напьюсь твоей крови прямо здесь, в этом переулке, — прорычал он, глаза полыхали яростью.

Вот тебе и «взять живой».