Астма. Высокая турбулентность (СИ) - Нокс Вероника Страница 33

— Я знаю международные правила, я сама врач, — кипятилась Лена. — Вы не имеете права разлучать меня с мужем.

— Хорошо. Предоставьте документ о браке, и мы поселим вас на эти сутки вместе, — в ответ Лена лишь зарычала, а Макс ее приобнял.

— Ладно, милая, ладно, — сказал по-русски. — Это всего на день. Уверен, что произошло недоразумение. Езжай без меня. Я все равно не горю желанием нырять с аквалангом.

— Я не хочу без тебя.

— Ну тогда не едь, — Макс ободряюще улыбнулся. — Позагорай, покупайся, а я пока использую время с пользой, разгребу завал на работе. С какой-то стороны, это даже кстати…

Лена ничего не ответила, она продолжала дуться. Ванесса на удивление тихо наблюдала за происходящим. Всегда бы так. В иной ситуации она бы не удержалась от споров и скандалов.

— Мистер Остапов, вы закончили завтрак? Вы готовы пройти со мной прямо сейчас?

— В принципе, да. Разрешите мне только зайти в номер и взять личные вещи.

— Да, конечно.

Белобрысый поцеловал мою женщину в лоб, сказав "Не скучай, любимая", помахал нам рукой и утопал в сторону бунгало, подгоняемый администратором отеля. Я перевел взгляд на расстроенную Лену. Мне едва удавалось сдерживать радость и ликование от такого подарка судьбы.

— Во сколько у тебя дайвинг? — спросил как можно более серьезным тоном.

— Примерно через три часа, но я не поеду.

— Поедешь.

— Не поеду! — почти во весь голос сказала Лена и метнула в меня пару молний из глаз. — Вот скажи мне, Дино, это ты постарался?

— Лина, успокойся, что ты такое говоришь? — встряла Несса.

— Вопрос не к тебе, Ванесса. Хотя я уже в курсе, что ты пляшешь под его дудку. Прекрасная актерская игра! Браво!

Актриса фыркнула и закатила глаза, тихо прошептав слово "стерва" с каким-то гламурным налетом.

— Конечно. Вчера я подсунул твоему ненаглядному в бокал сыворотку с вирусом, которую украл из секретной лаборатории, — я тоже начинал кипятиться. — А нет, не так. Я заплатил за разработку новой версии, чтоб за ночь его свалило, вопреки любым законам природы. Ну а потом силой мысли натравил на него медслужбу отеля. Внушил им: "а ну, холопы, идите отрабатывайте ваши деньги, там мужик в тарелку чихнул!" — в этот момент Ванесса раскатисто рассмеялась, а я продолжил вымещать злость за нелепые обвинения. — Я ведь такой коварный, да, Лина? Только вот теперь сижу и думаю, может, надо было сразу яду ему плеснуть?!

— Мерзавец! Я ненавижу тебя! — девушка встала и засобиралась.

— От любви до ненависти один шаг, так у вас в России говорится? — проговорил, вздернув бровь.

Девушка задрала нос и зашагала в сторону своего номера.

— Ну и ну. И что, это у вас всегда так?

— Только по средам, Несс, и когда у нее совпадает с ПМС — я нервно рассмеялся, ругая себя за несдержанность.

Мне следовало успокоить Лену, приободрить. Вместо этого я, как всегда, пошел в нападение. Терпеть не мог оправдываться, когда меня в чем-то обвиняли, тем более, незаслуженно.

— Ладно, дорогой. Раз она уже обо всем догадалась… Пусть немного остынет. Я попробую поговорить с ней.

— И что ты задумала?

— Это женский секрет, — лукаво улыбнулась актриса.

— Несс, ты же понимаешь, как это важно для меня?

— Я это вижу без лишних слов. Риччи, сколько у тебя уже не было секса, скажи честно? Я же знаю, что когда ты удовлетворен, ты мил и вежлив, как ученый кот. Тебя сорвет в один прекрасный момент.

— Я сам разберусь, — отмахнулся, не желая признавать, что Ванесса права.

— Ну-ну. Сиди тут и не мешай.

Девушка скрылась в импровизированных джунглях у нашего бунгало. Я остался за столиком, заказал эспрессо и самый приторный на вид десерт, что был в меню. Неужели такая великолепная возможность пропадет из-за лениного упрямства?

Спустя несколько ложек сладкой пытки, которую я себе устроил, Ванесса показалась в поле зрения. За ней, к моему удивлению, следовала Лена. Вид у нее был покорный и слегка растерянный. Аквамариновые глаза блуждали по окружающему пространству, нарочно исключая лишь один объект из поля зрения — меня. Что эта бестия ей наплела?!

Я зачем-то подскочил, как матрос на плацу, завидевший генерала.

— Мы едем, — деловито сказала за обеих Ванесса и показала мне точку в навигаторе своего телефона, — Но у нас одно условие: сначала к дельфинам. Это здесь.

— Уже вызываю катер, мадам, — засмеялся я.

Лена стояла слегка в стороне и заламывала руки.

— Лина, откуда стартуют дайверы? У нас всего два с лишним часа.

— Из бухты, — тихо ответила девушка.

— Хорошо, тогда туда и обратно, — я ушел в сторону ресепшн, чтобы договориться о катере, заодно позвонил в еще одно место, чтобы подтвердить другой транспорт.

Когда мы добрались до питомника, я убедился, что девушки увлеклись общением с дельфинами, а затем познакомился со смотрителем и попросил его показать мне заводь с дефектными. Рахул сначала упирался, мол, не на что там смотреть, но что-то в моем взгляде на него подействовало.

Огороженный сетями участок моря вместе с берегом вдали от площадки для туристов. Совсем небольшой. Они чувствовали, слышали, что кто-то идет по деревянному пирсу. Всплывали и присвистывали. Кто-то призывно высовывал нос, кто-то игриво показывал брюхо. Погнутые или порванные плавники, глубокие шрамы на морде и теле. Были и те, что тихо лежали почти у самого берега, не обращая внимания на своих собратьев, лишь периодически выплевывая вверх столпы воздуха с брызгами воды. Было сложно разобрать издалека, что с ними не так.

— Сколько их здесь?

— Около двенадцати. Через месяц, увы, будет меньше, — мужчина болезненно сморщился и показал на дельфинов у берега. — Такие долго не живут. Но обязательно появляются новые. Когда дельфинам плохо, они держатся близ берега, чтобы тратить меньше сил. То туристы находят, то патруль привозит, то сами приплывают к нам по старой памяти. Мы стараемся помочь им, чем можем, но не у всех заживают раны.

Я опустился на колено, протянул руку к воде и похлопал ладонью по ее поверхности. Мне в руку тут же ткнулся бархатный нос.

Доверчивые и наивные, как дети. Выведенные в неволе страдальцы — обратная сторона медали человеческого благородства.

— Что с этим делают местные надзорные органы?

Смотритель поставил на пирс принесенное ведро с рыбой и стал закидывать ее в центр заводи. Вода забурлила, оживилась, являя несколько голодных морд.

Тем временем, лежащие у берега отшельники продолжали в том же духе, будто тонули в дремучей депрессии, из которой не могли вытянуть даже вкусняшки, — зрелище, от которого хочется часто моргать.

— Да ничего они не делают, мистер Риччи. Разве уследишь за всем этим — толпы туристов, среди которых попадаются настоящие живодеры, еще эти бесконечные экскурсии, браконьеры.

— Какая политика размножения и обучения?

— В смысле, какая? — не понял мужчина.

— У вас есть методика, по которой вы выращиваете и выпускаете молодняк?

— Не особенно. Мы стремимся сохранить вид, поэтому держим молодняк и кормим, пока не окрепнут. Подростков мы разделяем и оставляем в отдельном вольере — они самые веселые и ласковые, отлично подходят для шоу. Там их обучают дрессировщики. Это основной заработок питомника. Но это не длится слишком долго. Мы стараемся не передержать молодых. Когда выпускаем, юные дельфины находят стаю и учатся нужным навыкам у них.

— А по факту стая держит свой маршрут близ питомника и напрямую зависит от него.

— Я по образованию биолог, мистер Риччи, и сам прекрасно понимаю о чем вы. Но не я, увы, отдаю здесь основные распоряжения.

— Кто у вас главный?

— Я занимаюсь управлением. Питомник наполовину государственный, однако госорганы не вмешиваются, лишь подкидывают дотации раз в квартал. Есть еще владелец из Мумбаи, который получает прибыль с туристических активностей и типа финансирует маркетинг и продвижение.

— Пойдемте в ваш офис, Рахул. Хочу сделать вам предложение.