Белка на метле - Анна Леденцовская Страница 9

Ушастый кузнечик явно был в отчаянии от поставленной ему непосильной задачи.

— Сольную партию не надо. Ольга с ней сама прекрасно справится, а вот с остальным разбирайтесь как хотите, — отрезала ведьма. — Вам за работу хорошо платят, работайте.

Платили полуэльфу Шмулиэлю Лиртузиэлю, видимо, и правда немало.

Кузнечик оказался тем еще тираном и сатрапом. Гонял он Белкину и остальных двенадцать невест часа три, визжа, как резаный подсвинок, и иногда даже немелодично ругаясь на какой-то смеси из орочье-эльфийско-человеческого диалекта так, что Матильда делала ему замечания, а танцующие институтки краснели.

Ольга чувствовала себя как корова на льду, только летом, потому как в корсете и юбках ужарела она от таких танцев в момент. Вроде ходи себе из стороны в сторону, поводи руками плавно да разворачивайся когда надо. Но если повторяешь все по стопятисотому разу под вопли, то начинаешь путать ноги, право и лево, сталкиваешься с другими девушками с фатальными для их равновесия последствиями...

В общем, из зала Белкина выползла еле живая, и еще повезло, что тренировка закончилась. Если бы одна девица в танце не налетела на дворничиху, а потом, отпружинив от пышных форм и пытаясь удержать равновесие, не наступила шпилькой на ногу вошедшему в раж Шмулиэлю, то, скорее всего, Ольга там пала бы трупом.

Вроде и привыкла она к физическим нагрузкам, снег-то убирать да мести тоже сил много надо, но шмулиэльские танцы были просто издевательством, с ее личной точки зрения.

— Олечка, плохо, да? — сквозь шум в ушах услышала она рядом сочувствующий голосок Павлентия.

Матильда осталась лечить пострадавшего хромоногого танцора, и фамильяр тут же улизнул за подругой.

— Пойдем в кухню. У Угда есть отварчики хорошие, он поможет, — предложил бельчонок, надеясь, конечно, заодно разжиться едой для себя. — До кухни ближе, чем к тебе идти. Пойдем, а, Оль?

Аргумент «до кухни ближе» стал решающим, поскольку несчастной Белкиной хотелось сесть на пол прямо тут, в коридоре. А лучше лечь.

— Пошли. И про ловушку скажем, — вспомнила она собственноручно раскуроченную с помощью ножа конструкцию хитрого капкана старого орка.

— Ага, — пришлось согласиться Павлентию. — Только давай он нам сначала все даст. Ну... тебе полечиться. А потом мы уже расскажем. Я сам расскажу.

Ольга настолько устала, что ей было все равно. Она еле брела на гудящих ногах в сторону кухни. Проклятущие шпильки Белкина, конечно, сразу же стащила и теперь несла их в руках.

В мысли сейчас совершенно некстати опять лезла картина с лесным хищником, внимательно смотрящим на нее светящимися желтыми глазами.

Сам же спасенный и, к его облегчению, не узнанный белкой-фамильяром князь уже в человеческом облике ехал в карете, окруженный охраной. На руках красными полосами остались следы от деревянных тисков, но это было полбеды. День — и они исчезнут. А вот манящий запах незнакомой девушки и ее бережные руки, касающиеся волчьей шкуры, из мыслей владыки Темнолесья исчезать не хотели.

«Она точно не невеста из академии, — рассуждал он, обдумывая свою нечаянную встречу с последствиями. — Их не выпускают за территорию. Скорее всего, какая-то служанка при ведьме. К тому же считает, что просто спасла лесного зверя. Что я не волк, знает только рыжий фамильяр. Приеду — разберусь. Оракул говорила лишь про академию, не про невест. Это я решил, что выпускница, не ведьма же... Главное, чтоб сразу не догадалась, что я тот волк».

Размышляя, мужчина и представить себе не мог, что пушистая белка умудрилась, завравшись, сменить ему пол. Так что догадаться о чем-то сразу Ольга Белкина вряд ли смогла бы.

Глава 6. Пыльные мешки жизни

Старый Угд совершенно не ожидал, что к нему в кухню вот так, как аморфная амеба, держась за стену и еле переставляя ноги, зайдет обычно энергичная дворничиха.

Ольга вместе с вездесущим фамильяром ректора заскакивала к орку часто. С тех пор, как они крупно поскандалили и она буквально отбила у разъяренного повара рыжего обжору, налопавшегося печенья так, что не смог убежать. Угд догнал Павлентия на улице, прохиндей сумел выбраться в окно, но, утратив обычную шустрость из-за чрезмерно набитого пуза, доковылял по траве только до ближайшей дорожки.

Выслушивая угрозы стать шапкой, бельчонок, пойманный орком за хвост, испуганно заверещал, и вот тут-то повару прилетело метлой. Разъяренная крупная и, с точки зрения бывшего степного воина, просто роскошная девушка в этом заведении бледных жеманных немочей впечатлила его своим владением уборочным инструментом.

Угд, конечно, пропустил только первый удар, попавший по хребтине. Нападения повар не ожидал, а потом уже лишь уворачивался, выслушивая обвинения красотки, со свистом махающей метлой, которая велела ему перестать мучить бедненького Павлентия.

Так они тогда и познакомились. Фамильяра Ольга пожурила за воровство и пообещала бельчонку иногда его кормить, а орку — помочь с выпечкой, как только закончит работу. Слово свое она сдержала, и старик, расчувствовавшись, даже пообещал научить ее владению боевой секирой.

— Твои лопата и метла тоже сойдут за оружие, мало ли что, — наставлял ее он. — Пригодится. В жизни-то бывает разное.

Уже имевшая горький опыт, предшествовавший попаданию, Белкина не могла с ним не согласиться.

Опыт звали Аркадий Демичев, и был он единственным сыном приютившего ее и давшего работу Виктора Петровича.

Мир, как говорится, не без «добрых» людей, и сыночек, едва узнал, что к отцу въехала какая-то дамочка, вмиг примчался качать права.

Чего только Оля тогда не наслушалась от взрослого мужчины, брызжущего слюной. В отличие от старшего Демичева, опрятного, подтянутого и сохранившего военную выправку, несмотря на инвалидность, младший, разменявший тогда третий десяток, выглядел не лучшим образом. Обрюзгший, с презрительно искривившимися губами, он, даже не разобравшись в ситуации, орал, чтобы она немедленно убиралась. Топал в гостиной ногами прямо в обуви, оставляя на светлом ковре неопрятные темные пятна, и обзывал Белкину так, что девушке казалось, будто грязь с пола чернотой стремится замарать ее душу.

Тогда отец выставил сына вон, впрочем громко и четко заверив при свидетелях, что она, Оля, на квартиру не претендует.

После ухода Аркадия Виктор Петрович похлопотал, чтобы Белкина получила место дворника с комнаткой в коммуналке на первом этаже, там же и прописалась.

Привыкшей рано вставать, когда трудилась на ферме, Ольге работа была не в тягость, да и деньги не лишние. Тем более свой угол, хоть и