Ты мне очень нравишься. Но... - Вера Ковальчук Страница 9

Так или нет?

Он сдвинул брови. Но сдержался. А что сделаешь? Что скажешь? Ничего.

Ариавальд с интересом смотрел на девушку, такую прекрасную — вполне ему под стать. Но не спешил усиливать напор.

— Вы поистине прелестны. Моему брату повезло.

— Благодарю вас, ваше величество.

— Ну что вы, к чему лишние церемонии. Для вас я отныне брат. Конечно, вне дворца и светских условностей.

Она растерянно захлопала ресницами. И это выглядело так мило, что у Эйтала в сердце что-то болезненно сжалось.

— Ваше величество… — И всё равно присела в ещё одном реверансе.

— После заключения вашего брака жду вас при дворе. Рад буду приветствовать супругу своего брата. — И многозначительно посмотрел на младшего брата. — Прошу вас.

И жестом показал, что пора начинать церемонию.

Удивительный новый путь (1)

Лара

Его величество был как-то слишком красив. Она насторожилась, разглядывая его, к тому же сама ситуация не располагала к тому, чтоб расслабиться. Жених выглядел злобно… Он явно был настроен так себе, и надежда на то, что он обойдётся с ней по-хорошему, потихоньку таяла. Но, может, император ему прикажет?

Она едва удержалась от искреннего веселья. Как это должно выглядеть? Слышь, брательник, а ну-ка веди себя с женой прилично. Корректно трахать можно, давать пощёчины и тычки — ещё куда ни шло, а вот колотить по-настоящему — нельзя. И вообще — будь сдержанным.

Смотри мне!

Молодая женщина (уже теперь девушка) осторожно покосилась на супруга, которому её вернули, едва чуть-чуть отодвинули от государя. Служитель продолжил читать священное писание, потом осведомился, не возражают ли правитель и его брат (они не возражали), предложил жениху принести клятвы. Их Лара слушала внимательно. Значит, супруг должен обеспечить её содержание, как и средства на обеспечение всех детей, заботу, кроме того быть верным (да ладно!), уважать и ценить (ну да, ну да). Можно себе представить. А что должна она? Быть верной, заботиться, слушаться в рамках благочестивой допустимости, беречь достоинство семьи и всех тех детей, которых семя супруга подарит ей…

У-у…

Как всё запущено…

Но спорить не стала: подтвердила, прикоснулась к краю алтаря в знак того, что берёт на себя обязательства, после чего повернулась к новоиспечённому мужу и позволила убрать с лица вуаль. Ждала, что он поцелует, но не дождалась — похоже, в этих краях не было принято целоваться даже новобрачным. Принц лишь застегнул у неё на шее какую-то цепочку, присмотрелся повнимательнее к лицу, уже не защищённому шёлковой кисеёй, сильнее нахмурился и отодвинулся.

Она потупилась — не хотела злить мужика ещё сильнее. И так понятно, что категорически ему не нравится.

На черта тогда вообще женился, придурок?!

Однако, при всей своей нелюбезности, супруг предупредительно подхватил её под руку и свёл по ступеням. Заставил задержаться у выхода из храма, принять все чествования и поздравления, после чего повёл в жилые покои, чем снова поставил Лару в тупик. Неужели здесь не принято и за праздничный стол садиться? Или только для новобрачных?

Или только для молодой жены? Мало ли как бывает…

На этот раз принц проводил Лару в совместную спальню и ввёл в роскошно убранную комнату с широченной кроватью под парчовым балдахином. Здесь везде были цветы из оранжереи, на столике ждал кувшин с приятно охлаждённым напитком и пирожные, а на кресло были наброшены чистые простыни… Интересно, персонал замка считает, что молодой муж примется валять новую жену на всех подходящих поверхностях, к этому и подготовились? Лара с недоумением оглядела комнату, принц же тем временем неуверенно замер в двери.

— Приказать принести вам обед?

— Ну-у… Было бы здорово.

— Я скоро приду. — Он ошпарил юную женщину недобрым взглядом и вышел.

Лара помялась на месте, потом осторожно выглянула в коридор. Слуг не было видно. Можно было предположить, что они постарались держаться подальше от спальни новобрачных, чтоб ничем их не смутить. «Ну и как мне раздеться?.. — подумала она и потянулась к тиаре. — Хе, детка, да ты уже успела обнаглеть… Ага, вот и шпильки!»

Она повытягивала все крупные заколки и специальные ювелирные булавки из причёски, после чего вуаль соскользнула сама, а тиару удалось снять, даже особенно не разрушив вязь локонов. После этого Лара занялась платьем, хоть и с трудом, всё же расстегнула все крючки и избавилась от наряда. Поправила бретельки сорочки. Та, хоть и открывала грудь до невозможности, была куда удобнее и приятнее самого многослойного, расшитого драгоценностями платья — лёгкая, уютная, летящая. И такая нежная…

Наслаждаясь этим прикосновением свободно облегающей её ткани, Лара взобралась на пышно убранную постель и потянулась за угощением. Пирожные были не только красивы, но и вкусны. Она попробовала уже три штуки, когда в дверь осторожно постучалась Туана и после дважды озвученного дозволения заглянула.

— Его высочество ещё не пришёл?

— Я думала, весь замок знает, где сейчас его высочество, — буркнула Лара, с любопытством разглядывая содержимое подноса. А там было на что посмотреть: тонко нарезанное копчёное мясо шести видов, волованы с различными начинками, выложенные красивой пирамидкой, тортильи с овощной мешаниной, украшенной полосками пряного мяса, сыровяленая ветчина, сложенная фигурно, кусочки сыра с виноградом, орехами и оливками, полные соусницы. Всё это выглядело так соблазнительно, что Лара забыла даже о пирожных и впилась взглядом в самый вкусный кусок. Потом перевела взгляд на Туану: — Поставь туда, пожалуйста.

— Подать ли какой-нибудь ещё напиток?

— Ох… Чаю, пожалуйста.

— Госпожа?

— Травяной настой. Тот, который мне нравится — с мёдом. Пожалуйста.

— Конечно, госпожа! — обрадовалась служанка и метнулась за дверь. А вернулась сразу с большим чайником, который разместила над небольшой жаровней с полыхающими в ней углями. — Вам налить, госпожа?

Лара в итоге наелась от души, чуть не уснула прямо посреди трапезы. Её разбудил новоиспечённый муж, распахнувший дверь так решительно, словно ожидал увидеть за нею врагов. Он встал в проходе, хмуря брови будто бы напоказ, придерживая левой рукой пояс халата. Уже шагнув в спальню и притянув за собой створку, позволил поясу ослабнуть, а полам накидки — разойтись.

Посмотрел на жену с беспримерной суровостью.

— Сударыня, — коротко кивнул он.

— Ваше высочество. — Она подскочила с кровати и неловко изобразила лёгкий реверанс.

— Я явился сюда консуммировать брак.

— Эм-м… Понятно.

— Ваши условия?

У Лары округлились глаза.

— Условия чего?

Мужчина стал ещё суровее.

— Условия консуммации.

— Э-э… — Она аккуратно перехватила дыхание и выдавила: — Примите ванну, пожалуйста.

Теперь от неожиданности заметно ошалел сам новобрачный.

— Прошу прощения? Ванну?

— Д-да… Ну, или душ. Если вам не трудно.

— И всё?

— Ну-у… Да.

Он несколько мгновений смотрел