Накануне космического хаоса - Саша Стивенсон Страница 86

— Откуда… — Танатос хотел задать вопрос, но не успел.

Гардос широко улыбнулся. В этой улыбке таилось нечто опасное, и Антон пробрали мурашки от подтверждения своей догадки. Гардос действительно имел много общего с Эрамгедоном.

— Тебе там нечего делать, Танатос. Ты слабее меня. Отец всегда любил меня. — довольным сладостным голосом сказал мальчик.

— Ты обезумел, Гардос, — качал головой Танатос, — давно обезумел.

Гардос внезапно рассмеялся. Антон наклонился ко второму мальчику и заметил, как его глаза мгновенно почернели, зрачки, окрасившись в насыщенный ярко-рубиновый цвет, сузились…

И у Эрамгедона были точно такие же глаза…

— Отец мертв, — восторженно произнес Гардос, — его Империя вот-вот рухнет в небытие. Вся раса сэйлансев погибнет. Но я продолжу его дело. Только не в этой вселенной.

Антон удивленно проморгал от услышанного. А Танатос едва смог вздохнуть:

— О чем ты говоришь?..

Гардос взмахнул рукой, и внезапно Танатоса подбросило в воздух. Звезда Энцеленд, издав мелодичный звук, упала и стукнулась о плитку. Антон неосознанно собрался схватить ее, но вновь пальцы предательски прошли сквозь нее…

“Когда же я смогу до тебя дотронуться…”

— Брат…не делай этого! — испуганно вопил Танатос, махая руками по сторонам.

Продолжая смеяться, Гардос подобрал с пола звезду и, вытянув руку к брату, сказал:

— Гори вместе с нашим отцом…

И Танатоса стремительно понесло назад. Отчаянный вопль мальчика эхом звенел по всему коридору, и его крохотная фигура утонула в омуте тьмы.

— Гардос, неееет!!! — донесся досюда его перепуганный крик.

Антон почувствовал, что не мог стоять спокойно — пол задрожал. С потолка начала сыпаться пыль, стены рассекали глубокие трещины, разламывая ее по кускам, и те глухо падали на пол и разбивались на крохотные куски.

Но Антона это не заботило. Он ошеломленно смотрел, как Гардос стоял бесстрастно, завороженно и довольно покручивая звезду в руках…он напомнил сейчас юного Аристандра, сидящего в темнице. Тот точно также восторженно крутил звезду у себя в руках, задумывая коварный план, как захватить мир благодаря ей…Каждый элемент на ножке изнутри вспыхнул ярким сиянием.

А камни продолжали падать на пол и разрушать его по частям…Но Гардос совершенно не обращал на это внимание.

И пол провалился. Антон с Гардосом рухнули вниз. Только Гардос продолжил нестись навстречу ко тьме, а Антона стремительно понесло вперед, к ярчайшему свету, возникшему откуда-то вдали, но быстро растущему и заполняющему пространство нежным сиянием…

И перед тем, как нырнуть в это беззаботное умиротворенное сияние, парень успел заметить, как выживший Танатос собирал по разрушенному полу золотистые осколки с космическими элементами и соединял их…только в этих осколках не чувствовалась мощная энергия, которая исходила от настоящей звезды.

“Подделка. Танатос отдал океану Ксандерсу подделку. А реальная звезда накопила в себе много энергии космических элементов и перенеслась вместе Гардосом в иную вселенную…а элементы утратили много энергии и остались в нашем мире”. — осознал Антон, прежде чем утонуть в сиянии бескрайнего света.

***

Яркое сияние тут же перенесло его обратно в кабинет Раита. Мягкое кресло, немного провалившееся под ним, тускло горящие люминисцветные лампы, длинный белый потолок, много шкафчиков с загадочным содержимым — он вновь очутился здесь и сейчас. Но душой казалось, что он всё ещё там, в далёкой древней империи, среди двух братьев, сильно друг от друга отличающихся…

И один из них создал с помощью звёзды Энцеленд новую вселенную…

— Что узнал? — спросил Раит, когда Антон открыл глаза.

Антон, не дыша, прокричал:

— У Эрамгедона было двое сыновей! Двое! И второй отобрал у Танатоса звезду! Гардоса засосало в бездну! И он создал новую вселенную внутри нашей!

Раит удивленно тряхнул головой, еле как осознав смысл услышанного.

— А звезда? — вырвался тихий вопрос из его губ.

Антон устало смахнул пот со лба и добавил, продолжая видеть перед собой эти красочные воспоминания. Все увиденное казалось каким-то жутким сном.

— А она…унеслась с ним…Танатос собрал крохотные остатки, склеил и спрятал. Но эта звезда уже была…поддельной…

— Значит… — непонимающе начал Раит. Слишком сильно его запутал этот рассказ. Он протянул Антону новый стакан, чтобы тот выпил.

Антон сделал новый глоток воды, смывая с горла сухость.

«Значит только одно…»

— Надо делать новую звезду Энцеленд. Нет смысла охотиться за подделкой. Нет смысла искать Гардоса в иных пространствах. Нам нужны элементы и новая звезда… — резко осенило юношу, и он бодро озвучил эти слова.

И Раит понимающе кивнул.

— Тогда делаем новую звезду.

Глава 28

Софиан в испуге огляделась. Она прекрасно помнила, как легла в мягкую прохладную кровать и забылась в ее пушистых одеялах. А сейчас она находилась в незнакомом месте и совсем не понимала, как здесь оказалась. Повсюду ее окружали темные стены, сковывающие в узком пространстве. Ее лицо яростно прожигали оранжевым светом люминесцентные лампы. Руку пронзил холод. Она увидела, что сжимала пальцами меч Петера.

— Какого…

Свет ламп заскользил по рубиновым полосам, рассекающим серебристый благородный клинок. Девушка ахнула. Это кровь…

Перед нею появился Питш, брат сидел на коленях. Его руки связаны сзади. Он сочувственно и грустно посмотрел на нее и промолвил:

— Софи, милая, прошу, прости меня…Я виноват во всем, я был никчемной тварью… да я достоин такой смерти…

Софиан начала нервно качать головой. Меч затрясся и нагрелся жаром. Девушка хотела выронить его, но ее рука направила острый кончик лезвия к плечу брата. Девушка сопротивлялась, пыталась прижать руку к своему боку, но та не слушалась…рука словно зажила своей жизнью.

Она поняла, что сейчас случится, и ее от ужаса затрясло.

Неужели она угодила в этот кошмар, мучительно растягивающий ее нервы?

— Нет…нет…

Кончик лезвия блеснул под сиянием ламп и начал скользить по плечу Питша. На глазах брата выступили слезы. Он трясся всем телом, в ужасе смотрел на девушку. Глядя на него, глаза Софиан тоже защипали от слез.

— Прошу, не надо… — отчаянно молила она, не зная кому.

А рука под чужой волей устремилась поглаживать клинком второе плечо.

Питш сдавленно зашептал:

— Софи, прошу, открой свои глаза! Ты была хорошей, не будь злой, не убивай, это самое страшное в жизни! Я в этом виноват…только я… — проговаривал он, глядя на пол. Крупные капли слез врезались на пятна крови Кристандера.

— О нихам, нет!.. — воскликнула девушка, увидев позади Питша, как Мариам толкнула малышку Хейлин в люк, кишащий тварями. Громкий крик ребенка окатил своим эхом весь ангар.

От этого мучительного вопля Софиан ощущала, как затуманивалось собственное сознание. Это сон, это не правда, это не происходит в реальности…

«Нет, это произошло на самом деле!» — эта мысль пронзительным ударом вонзилась в ее сердце, и