Поменяться местами. Бунтарка и тихоня - Вероника Васильевна Крымова Страница 8

И теперь этот призрак сидел в моём теле. А я - в её.

Мы обе были в глубокой, глубокой ...

- Так, ладно, не реви, - попросила я, но в голосе уже прорывалось раздражение. - Да успокойся ты уже наконец! Нужно выяснить, как и почему мы обменялись телами. Есть идеи?

- То заклинание… из папиной тетради… - всхлипнула Торнфилд.

- Ну… дальше…

- Ты заставила меня его читать, а я же не владею магией…

- Ну и?..

- Поэтому я и попросила тебя продолжить.

- Вот оно значит, как…

- Ага…

- Думаешь, дело в нём?

- Мне так кажется, - кивнула Беатрис, вытирая мокрые щеки.

- Ладно, все равно сидеть тут бесполезно, - отрезала я, накидывая на свои плечи халат, висевший на спинке стула. - Значит нам нужна твоя тетрадь.

Я схватила Беатрис за руку и помчались обратно по коридорам. На нас вообще никто обращал внимания, в общежитии царила странная суета, студенты бегали по этажам в пижамах. Разбираться, в чём дело, было некогда.

Ворвавшись в комнату, мы застали живописную картину. На кровати Беатрис, развалившись сидела та самая толстуха-соседка. В одной руке у неё была раскрытая коробка шоколадных конфет, а другой с аппетитом засовывала в рот очередную пралине, вытирая липкие пальцы о нежно-голубое шёлковое покрывало.

- Тэтти, ты опять… - я услышала тихий вздох.

- А ты кто такая, чтоб… - она не закончила.

Я не стала тратить время на дискуссии. Щёлкнула пальцами -покрывало зашевелилось и плотно обмотало девицу с головы до ног, как кокон. Девица забормотала что-то невнятное, пытаясь высвободиться. Я махнула рукой, и поток воздуха, резкий и направленный, подхватил этот свёрток и вышвырнул его за дверь. Послышался приглушённый крик и серия глухих, ритмичных ударов - она, судя по всему, покатилась кубарем по лестничному пролёту, «пересчитывая ступеньки».

Я захлопнула дверь.

- Где тетрадь? - коротко спросила я у Беатрис, которая стояла, прислонившись к стене, и смотрела на меня широко раскрытыми - моими - глазами.

Девчонка молча указала на тумбочку. Я вытащила потрёпанный переплёт и быстро пролистала до вчерашней страницы, а затем дальше, ища любые пометки, комментарии, что угодно.

И нашла. На полях, мелким, другим почерком, были каракули. Отец Беатрис не просто записал заклинание, а модифицировал его, пытаясь усилить эффект очистки. И в конце, в скобках, добавил с юмором: «Побочный эффект при избытке выброса - временный обмен сознаниями между ближайшими живыми существами. Проверено на соседе и его хомяке. Мне пришлось две недели делать за него домашние задания и скрывать сей факт, пока не вернулись обратно. Не повторять!

Я громко выругалась, заставив подругу по несчастью вздрогнуть.

- Вот оно! - ткнула я пальцем в запись. - «Временный обмен». Значит, это обратимо. И длится… судя по всему, около двух недель. Как раз до Новогодья.

Я подняла взгляд на Беатрис, которая выглядела растерянной и виноватой.

- А раньше… раньше ты не могла это прочесть? - спросила я, но уже догадывалась об ответе.

- Это папина тетрадь, - прошептала она, и её - мой - голос дрогнул. - Он был сильным магом. А я… я ничтожество. Пустышка. Я даже базовых символов толком не различаю…

В её глазах снова навернулись слёзы. Вот же ш! Видеть, как я плачу - это было хуже любого наказания. Я сделала шаг вперёд и неловко похлопала её - себя - по плечу.

- Эй, тише. Не ничтожество. Ты… ты храбрая. Помогла мне вчера. И сегодня не сдала. А это уже много. - Я глубоко вздохнула, собираясь с мыслями. - Слушай, план такой. Обратный обмен, судя по всему, случится сам. Через две недели. Как раз перед каникулами. Нам нужно просто… продержаться. Отсидеться.

Трис кивнула, с надеждой глядя на меня.

- Ты… ты думаешь, получится?

- Пустяки, - сказала я с наигранной бодростью. - Главное, что мы вместе в этой… э… ситуации. Мы справимся. Не унывай.

Но в голове уже крутилась мысль пострашнее. Меня, Рокси Игнис, ждёт отчисление при малейшей провинности. А теперь в моём теле сидит девушка, которая не умеет даже зажечь свечу магией и которую все считают тряпкой. Беатрис в моей шкуре - буквально. Но… может, оно и к лучшему? В неприятности точно не влезет. Блондиночка же привыкла сидеть тихо, как мышка. Скажется больной… и просидит в комнате до каникул. Точно! Ещё не всё потеряно, прорвёмся.

В этот момент дверь в спальню с грохотом распахнулась, ударившись о стену. На пороге, запыхавшийся и в одних полосатых пижамных штанах, стоял дежурный по этажу.

- Чего расселись, не слышали разве объявления?! - выпалил он, размахивая руками. - Эвакуация! Срочно! Всем покинуть общежитие! Немедленно!

- Что за ерунда? - я выглянула из комнаты, глядя вслед уже убежавшему дежурному, который барабанил в соседние двери и вопил, чтобы студенты немедленно выбирались из общежития.

- Ох, - прошептала Беатрис потерянно.

Тем временем в коридор медленно, с тихим шипением, выползла густая, маслянистая субстанция цвета заплесневелой зелени. Она не текла, а расползалась, пузырясь и испуская такой концентрированный запах, что глаза начали слезиться - смесь тухлой рыбы, химических реактивов и чего-то сладковато-гнилостного, от которого скручивало желудок.

- Делаем ноги! Немедленно! - крикнула я, хватая одной рукой тетрадку с заклинаниями, а второй Беатрис за рукав и вытаскивая её в коридор.

Студенты в пижамах и ночных рубашках, с перекошенными от сна и ужаса лицами, топтались на месте, не зная, куда бежать. Некоторые пытались собрать вещи и наступали в липкую жижу, которая с хлюпающим звуком прилипала к тапкам и домашним носкам. Крики, вопли, чьи-то рыдания смешивались с настойчивым гулом сирены.

Нас, как и всех, вытолкали через главный вход во внутренний двор Академии. Небо на востоке светлело, окрашивая всё в холодные, серо-лиловые тона. На фоне этого унылого рассвета толпа полуодетых, дрожащих от холода и страха учеников выглядела особенно жалко. Преподаватели, многие из которых тоже были застигнуты врасплох, пытались навести порядок. Профессор Бриар, накинув на длинную ночную рубашку парадный плащ и явно забыв надеть парик, скомандовал всех переместить в Большую академическую оранжерею - самое просторное и безопасное на данный момент помещение.

Оранжерея, обычно место тихого изучения и медитации, в считанные минуты превратилась в филиал хаоса. Тропическая жара, поддерживаемая магией, столкнулась с