Очешуенная история, или Драконья распродажа в Аргарии - Ника Калиновская Страница 8

— Мы не продаём его как человека, — начал было торговец, — официально он числится как редкий трансформируемый магический артефакт с поведенческими особенностями.

— В комплект входит сарказм, полёт и, возможно, мелкое пироманство, — добавил "артефакт", удобно устроившись на полу клетки.

Отец между тем уже вынимал печать сделки. Я попыталась что-то возразить — слова вроде «опасность», «адекватность» и «я просила книгу, а не ходячую проблему с крыльями», — но меня ловко перебили:

— Он законтрактован. Ошейник — с двойной защитой. Без твоего разрешения не обернётся, не сбежит и даже не поджарит никого. Теоретически.

Я посмотрела на дракона. Он посмотрел на меня. И улыбнулся. Очень медленно. Очень... обнадеживающе. В том смысле, как улыбается лиса перед тем, как украсть у тебя сапоги, репутацию и обед.

— Поздравляю, — сказал отец, торжественно вручая мне амулет привязки. — Теперь у тебя есть собственный дракон.

— Как мило, — пробормотала я, чувствуя, как магическая печать активируется и связывает нас невидимой нитью. — Осталось только придумать, где хранить его инструкции. Например, в огнеупорной яме.

— О, инструкции простые, — отозвался мой подарок, вставая с пола, когда прутья клетки со скрипом ушли в сторону. — Правило первое: не зли дракона. Второе — не приказывай, если не уверена, что хочешь именно этого.

Он подошёл ближе. Встал рядом. Наклонился чуть ближе к уху и прошептал с откровенным наслаждением:

— Ну, и третье — забудь всё, что ты думала о том, кто здесь хозяин.

— А он забавный, — усмехнулся отец, довольно потирая ладони, будто только что выиграл спор с судьбой.

Угу, мне бы его уверенность. Лично я — не то чтобы была в панике, но побаивалась этого пиромана. Уж очень он уверенно себя вел для "подарка". А знание привязки — конечно, вещь успокаивающая. Теоретически, он не может навредить мне. Ни обжечь, ни схватить, ни, скажем, превратить в горсть пепла с философским посланием.

По крайней мере, пока... Потому что с таким типом уверенность в абсолютной защите — это как зонтик в ураган: вроде держишься, но внутри готовишься к полёту.

Тем временем мой «подарок» уже забирали стражники. Они ловко, будто тренировались заранее, посадили его во вторую карету, ту, что сопровождала нас на случай непредвиденных… обстоятельств. Хотя, если честно, само его появление уже было тем ещё обстоятельством. Металлические цепи звякнули, магические печати мерцали тревожным светом, а сам дракон, словно насмехаясь над всей этой показной защитой, лениво откинулся на спинку сиденья и сделал вид, что дремлет. Только уголки губ всё ещё сохраняли ту самую, наглую до безобразия ухмылку.

Мы с отцом же пошли дальше. Он — бодро, с походкой победителя аукциона, только что выкупившего самый дорогой лот сезона. Я — несколько менее воодушевлённо, если не сказать в состоянии лёгкого ступора. Мозг отчаянно пытался осознать: это было наяву? Мне действительно подарили... дракона? Мужчину-дракона? В клетке? С магическим ошейником и «характером» размером с самоуверенность Империи?

— Может, ещё что-нибудь тебе подберём? — радостно осведомился отец, поворачиваясь ко мне с выражением лица «тебе же понравилось, правда?».

Я медленно перевела на него взгляд. Сомнение, настороженность и капля мольбы с мыслью «а давай просто уйдём?» — всё это, надеюсь, отразилось в одном коротком взгляде.

— Спасибо, папочка, мне и этого подарка хватит, — выдавила я с натянутой улыбкой. Теперь бы просто дожить до вечера и не утонуть в психологической травме.

— Очень даже зря... — пробормотал отец, осматривая ближайшие ряды с подозрительной жадностью. — Я вот себе хочу что-нибудь присмотреть, раз уж мы выбрались на рынок…

Люди вокруг оборачивались. Кто-то, узнав Его Величество, расплывался в улыбке, почти до челюстного вывиха. Продавцы старательно приглаживали волосы и перешёптывались, готовясь предложить лучшие товары и, возможно, свои первородные права. А я шла рядом, чувствуя себя не то что не в своей тарелке — скорее в чьём-то дурно пахнущем котле, где кто-то сварил сюрприз, обёрнутый в панику.

Отец, сияя, словно ребёнок на базаре, бесцельно бродил между рядами, с интересом разглядывая какие-то магические безделушки, амулеты на удачу, говорящие статуэтки, и даже пытался поторговаться за парящую над прилавком чашку, которая сама наливает чай. Вряд ли он что-то искал всерьёз — скорее, наслаждался атмосферой и вниманием. Торговцы бросались к нему, заискивающе расхваливая свой товар, а он слушал вполуха, делая вид, что раздумывает.

Я же, идущая чуть позади, всё ещё находилась в каком-то замедленном сне наяву. Мой разум упорно возвращался к тому, что произошло. Я раз за разом бросала взгляды в сторону «живого» сектора рынка — того самого, где торговали существами. Драконы, конечно, были главной «витриной», но их оказалось не так уж и много. А тем более — таких, как мой сегодняшний подарок, не было вовсе. Он был единственным. Один в своём роде. Слишком человечный, чтобы быть зверем, и слишком опасный, чтобы быть человеком.

Мой взгляд скользил по клеткам, заполненным тварями с когтями, клыками и огненными взглядами. И вдруг я заметила одну клетку, сиротливо приютившуюся на краю стола, прямо перед ящиками, где лениво переползали рептилии. Маленькая, неприметная, с ржавыми прутьями и магической пломбой, едва мерцающей в углу.

Я подошла ближе, почти неосознанно. Торговец тут же заметил движение и, обретя искру энтузиазма, моментально оказался рядом.

— Леди желает приобрести королевскую кобру? Или, быть может, полосатого питона? Очень умные, исключительно преданные... — пропел он, старательно расправляя полы своей мантии и вытягивая губы в нечто, отдалённо напоминающее улыбку.

Но я его почти не слышала.

Всё моё внимание было приковано к обитателю той самой маленькой клетки. Маленький хомяк. Обычный, казалось бы, грызун, с бежево-песочной шерсткой, крохотными лапками и чёрными бусинами глаз. Он дрожал. Не просто нервно подрагивал, а буквально вжимался спиной в прутья клетки, стараясь стать как можно меньше, как можно незаметнее. Вокруг него царил настоящий террариумный кошмар: змеи, ящерицы, чудовищные саламандры — всё это шевелилось, шипело и дышало в его сторону.

И этот кроха был здесь совершенно не к месту. И, что хуже всего, отчаянно одиноким.

— Леди желает приобрести... хомяка, — сказала я, придвигаясь ближе к клетке и заглядывая в крохотные бусинки-глаза. Они смотрели на меня с таким выражением, будто я была последним шансом на спасение. Даже не спасением, а чудом.

— Хомяка? — переспросил торговец, растерянно моргая. — Вы уверены? Это же... ну... просто еда…

На слове «еда» маленькое существо в клетке