Герцог, не порть мне Средневековье! - Светлана Огнева Страница 8

Плац обнаружился за внутренними воротами, сразу за конюшнями. Это была обширная утоптанная площадка, окружённая невысоким частоколом. На одной стороне стояли деревянные манекены для отработки ударов, на другой — стойки с оружием, прикрытые навесом от дождя. Земля под ногами была жёсткой, с проплешинами пожухлой травы, а воздух пах лошадьми, железом и мужским потом.

Увидев меня, группа рыцарей, что разминалась в центре плаца, замерла. Их было около дюжины — здоровенных, бородатых, в кожаных поддоспешниках и при мечах. Некоторые смотрели с любопытством, некоторые — с плохо скрываемым скепсисом.

— Это и есть та лекарьша, что будет нас муштровать? — громким шёпотом спросил один, плечистый, с рыжей бородищей и шрамом через бровь.

— Какая ж она лекарьша? — отозвался второй, тощий и долговязый, похожий на цаплю. — Леди Валери. Та, что головой ударилась и теперь заговаривается.

— Я всё слышу, — сообщила я, выходя на середину плаца. Голос, к счастью, не дрожал. — И да, я — леди Валери. Но сегодня я не леди, а ваш инструктор по физической подготовке. Прошу любить и жаловать. Или хотя бы не убивать до конца занятия.

По рядам пробежал смех. Рыжебородый хмыкнул:

— Инструктор, значит. И чему ж вы нас научите, миледи? Вышивать крестиком? Или, может, танцевать павану?

— Для начала я научу вас приседать, — любезно улыбнулась я. — Видите ли, у многих мужчин после тридцати начинаются проблемы с поясницей. Особенно у тех, кто таскает на себе кольчугу. А правильные приседания творят чудеса. Впрочем, если вы считаете, что выносливость и гибкость вам не нужны — можете идти чистить конюшни. Его светлость, кажется, упоминал, что там как раз не хватает рабочих рук.

Рыжебородый поперхнулся смехом и стал пунцовым.

— Ладно вам, сэр Бертран, — примирительно произнёс молодой рыцарь, стоявший чуть поодаль. — Леди дело говорит. Помните, как у меня спина прихватило в прошлом походе? Три дня разогнуться не мог.

Я благодарно кивнула молодому рыцарю, отмечая про себя его открытое лицо, серые умные глаза и то, как аккуратно он держал свой меч — не выставляя напоказ, но и не забывая о нём.

— Благодарю за поддержку, сэр…

— Гилберт, — представился он, чуть поклонившись. — Капитан стражи.

Гилберт! Тот самый, из-за которого леди Изабель лазает через стены. Я бросила на него быстрый оценивающий взгляд. Высокий, широкоплечий, с благородной осанкой, но без намёка на спесь. Тёмно-русые волосы коротко пострижены, челюсть волевая, а глаза — добрые. Неудивительно, что девушка потеряла покой.

— Приятно познакомиться, сэр Гилберт, — я кивнула. — Надеюсь, вы поможете мне убедить ваших товарищей, что физические упражнения — не баловство.

— Постараюсь, — он улыбнулся, и улыбка эта была обезоруживающе искренней.

За этим обменом любезностями наблюдал ещё один человек — я почувствовала его присутствие раньше, чем увидела. Герцог Эшфорд стоял в тени навеса, скрестив руки на груди. Его лицо было непроницаемым, но синие глаза внимательно следили за происходящим. Мне вдруг стало не по себе — словно я сдавала экзамен строгому профессору, который мечтает меня завалить.

— Не будем терять время, — объявила я, потирая замёрзшие ладони. — Начнём с разминки. Построились в две шеренги, расстояние между соседями — вытянутая рука.

Рыцари переглянулись, но после короткого колебания начали строиться. Сэр Бертран ворчал себе под нос что-то про «бабьи капризы», но команду выполнял. Я заметила, что Гилберт встал в первый ряд, подавая пример.

— Начнём с шеи, — скомандовала я. — Медленные повороты головы вправо-влево. Без рывков, господа. Сэр Бертран, если вы будете дёргаться, как утка на вертеле, вы рискуете защемить позвонок. Оно вам надо?

— Откуда вы слова-то такие знаете, леди? — пробурчал рыжебородый, но головой вертеть стал аккуратнее.

— Из книг, — лаконично ответила я. — Теперь круговые движения плечами. Вперёд… и назад. Почувствуйте, как разминаются мышцы. Сэр Гилберт, у вас отлично получается, показывайте остальным.

Гилберт старательно вращал плечами, и его пример действовал на товарищей лучше любых окриков. Я перешла к наклонам туловища, потом к махам руками, потом к вращению корпусом. Постепенно скептические ухмылки сменялись сосредоточенными лицами — рыцари входили во вкус.

— А теперь — приседания, — объявила я. — Ноги на ширине плеч, спина прямая, пятки не отрываем от земли. На счёт «раз» опускаемся, на счёт «два» поднимаемся. Иии… начали!

Первый десяток прошёл бодро. К середине второго кое-кто начал кряхтеть. Сэр Бертран, который ещё недавно хорохорился, пыхтел как паровоз, а на лбу у него выступила испарина.

— Леди… Валери… — простонал он, — а сколько… ещё?

— Три подхода по пятнадцать раз, — неумолимо ответила я. — И это только начало. К концу месяца будете делать по пятьдесят без отдыха. Считайте это подготовкой к длительным переходам. Представьте, что вам нужно пройти марш-бросок в полном доспехе. Ноги и спина скажут вам спасибо.

— Лучше бы они сказали спасибо прямо сейчас… — проворчал кто-то сзади, но я сделала вид, что не услышала.

Когда упражнения были завершены, я разрешила короткий отдых и раздала рыцарям глиняные кружки с водой, которые заботливая Марта принесла на плац.

— Ну как ощущения? — спросила я, подходя к Гилберту.

— Честно? — он утёр пот со лба. — Я думал, будет хуже. А ноги и правда разогрелись. Чувствую, как кровь быстрее бежит. Интересный метод, леди Валери.

— Рада, что вам нравится. Продолжим завтра, если его светлость даст добро, — я покосилась в сторону навеса, но герцога там уже не было.

Пока рыцари приходили в себя, я заметила какое-то движение на стене. Прищурившись, разглядела знакомую фигуру — леди Изабель собственной персоной, на этот раз не карабкалась, а чинно стояла на смотровой площадке, вцепившись в каменный парапет. Она была в тёмно-зелёном платье, её каштановые волосы растрепал ветер, а глаза были прикованы к капитану стражи с такой силой, что, казалось, между ними протянулась невидимая нить.

— Сэр Гилберт, — тихо спросила я, — вы знаете леди Изабель?

Он вздрогнул и проследил за моим взглядом. На его лице отразилась сложная гамма чувств: радость, тревога и что-то похожее на боль.

— Знаю, — коротко ответил он. — Но лучше мне её не знать. Барон Грейвз ясно дал