Дом ведьмы в наследство - Жанна Лебедева Страница 8

— Открывай! Я знаю, что ты там!

Глава 3

Белов против льва-защитника

Несомненно, за дверью находился Белов. Настя обругала себя: «Стоило быть осторожнее в магазине. Это Вадик выследил и передал все своему шефу».

На глаза навернулись слезы. Похоже, мирный вечер скоро будет безнадежно испорчен…

Сначала Настя даже подумала не открывать, но, вспомнив про упрямство Белова, поняла, что он будет ломиться в запертый дом до посинения.

Пришлось открыть.

Она вышла на крыльцо, плотно притворив за собой дверь, чтобы Кисточка не выскочила и не потерялась. Произнесла как можно строже и спокойнее:

— Что тебе от меня нужно?

— Что нужно? — Белов свирепо выкатил глаза. — Это ты чего тут против меня задумала?

Какой же он был противный в тот момент! Настя смотрела на бывшего мужа и не могла понять, что именно нашла в этом человеке восемь лет назад. Ей тогда было двадцать пять, и они только познакомились. Виктор Белов — известный в их городке предприниматель, старше ее на пятнадцать лет, солидный, обходительный, обеспеченный. После работы встречал перед университетом с цветами. Сослуживицы на кафедре советовали хором: «Не упусти». Даже бабушка из Геленджика позвонила, узнав по телефону от соседки о поклоннике. Заявила не терпящим возражений тоном: «Настасья, даже не раздумывай. Мужик в доме нужен обязательно. А тут такой жених завидный — богатый, взрослый. Будешь, как сыр в масле кататься»…

Одна мама Белова сразу невзлюбила. Она единственная видела его насквозь…

Настя ответила:

— Ничего не задумала.

— А в хибаре этой что забыла? Почему ты здесь? Чей это дом?

Белов обожал всех контролировать и дико злился, когда что-то выходило из-под его контроля. Он наверняка просчитал в планах, как после позорной выгрузки в лесу бывшая жена приползет к нему в слезах и будет просить пустить ее обратно.

Этого не случилось. Стоя на крыльце, в вечерней тени старинного дома, Настя ощутила вдруг небывалую уверенность в себе. Белов, еще вчера пугавший до жути, теперь только раздражал.

— Это мой дом, — сказала Настя. — И я тебя сюда не приглашала. Кажется, Витя, вчера мы решили все вопросы. Я больше не хочу тебя видеть. Исчезни, будь так добр, из моей жизни навсегда.

Белов покраснел от злости, задышал громко и часто. Прорычал требовательно:

— Ты мне не указывай, что делать. Я тут решаю и вопросы задаю, а не ты. Так что давай отвечай. Чей это дом? Твоего любовника?

— Какого любовника, Вить? — Настя даже глаза закатила от наглости вопроса. — Это ты у нас спец по изменам, а не я. Уходи, пожалуйста.

— Ах, ты, потаскуха! Любовника завела — теперь отнекиваешься? Да я тебя за это… Да я с тобой такое… Не обрадуешься!

Разъяренный Белов пугал. Он, кажется, уже дошел до кондиции и натворить теперь мог всякого. Настя всеми силами старалась сохранить невозмутимый вид, а сама судорожно соображала — что делать? Быстро спрятаться в доме и запереть дверь? Ломать будет… А полиция пока еще приедет, да и вызвать ее надо успеть… На помощь водителя Вадика рассчитывать тоже не приходится. Он ради шефа душу продаст. Сидит вон в припаркованном под окнами джипе, гадко так ухмыляется…

И тут произошло невероятное!

Над головой что-то заскрипело и треснуло. Настя успела поднять голову и отследить, как ломается под чьим-то напором одна из деревянных балясин балкона, что на втором этаже под крышей. Потом в образовавшуюся дыру просунулась черная, невероятно свирепая физиономия, после чего кто-то — толком не разглядеть — прыгнул вниз, распластавшись в воздухе звездой…

Спустя миг раздался оглушительный треск металла. Крыша Беловского джипа согнулась и провалилась аккурат над пассажирским сиденьем. Прыгнувший оказался хоть и маленьким, но невероятно тяжелым.

Белов, не видевший самого прыжка, обалдело взирал на его результат — дыру в задней половине крыши автомобиля. Водитель Вадик, кажется, потерял дар речи и сидел теперь перепуганный, выкатив глаза. Немного придя в себя, он с ужасом оглядел разворочанную часть салона и залепетал, заикаясь:

— Ви-ви-виктор Я-я-ярославович, она ста-статуями ки-кидается.

— Ты совсем охренела? — заорал на Настю бывший муж, пятясь по ступеням вниз к тротуару. — Ты меня чуть не убила!

— Я с места не двигалась — стояла, где стою.

— Врешь! Ты все подстроила! Это покушение!

Возмущенные вопли Белова привлекли внимание соседей из коттеджа напротив. Оттуда выбежала девочка-школьница, за ней вышла высокая женщина в черном джинсовом костюме. Сделала Белову замечание:

— Мужчина, вы чего скандалите? На соседку мою нападаете?

— Да она на меня статую скинула! Вернее, ее любовник… — начал оправдываться Белов, но женщину его слова не убедили:

— Какой любовник? Какая статуя? Что вы несете? Вы пьяны или под кайфом?

Белов не выдержал, оскалился:

— Да пошла ты! Не лезь в мои дела!

— Анна Михайловна, что случилось? — На шум начали выходить другие жители улицы.

Появился старичок в потертом камуфляже, молодая семейная пара и пожилая дама с огромным алабаем на поводке.

— Да вот, — сообщила соседка напротив, — неадекватный какой-то объявился. На людей кидается. Полицию надо вызывать.

— Зачем полицию? Давай, Анют, я ружье свое старое вынесу и… — бодро предложил старичок в камуфляже, а пожилая дама потянулась к карабину на ошейнике алабая, явно собираясь отстегнуть грозного пса.

Сообразив, что находится в меньшинстве, Белов тихо выругался и, затравленно озираясь, полез на переднее сиденье джипа.

— Убери это! — рыкнул на перепуганного Вадика. — Живо!

Вадик нехотя выбрался из машины, с трудом открыл деформированную заднюю дверь, забрал с развороченного пассажирского сиденья тяжелый черный предмет и кряхтя свалил его на тротуар.

Настя только теперь разглядела, что это такое было.

Чугунная статуя льва.

Точно такая же, как та, что стояла в кабинете Яны Маровны.

Выходит, чугунный лев просто случайно свалился с балкона на машину Белова. А показалось, что спрыгнул… Из-за стресса от нежданной встречи с бывшим мужем, видимо, померещилось.

Или нет?

— Эй! Вы в порядке? — поинтересовалась Анна Михайловна. — Он вас не ударил, этот сумасшедший?

— Нет, — смущенно ответила Настя. — Извините.

Она привлекла слишком много соседского внимания — даже неудобно как-то. Только заселилась — и уже скандал.

— Вам не за что извиняться, — успокоила Анна Михайловна. — Мы с Яной Маровной почти родные. Кстати, вы ее родственница?

Настя не придумала ничего лучше, чем согласиться.

— Да. Дальняя.

— Яна