Твой нож, моё сердце - К. М. Моронова Страница 76

Почему мне холодно и я весь в поту? Я пытаюсь сфокусировать зрение, сначала все расплывчато, а потом я вижу лес вокруг себя. Какого чёрта? Я опускаю взгляд, и всё моё тело цепенеет.

— Эм?

Её голова лежит на боку, на левом виске — кровавое пятно. Кровь сочится из её груди и окрашивает снег. Она выглядит так бледно. Слёзы разбрызганы по её щекам. Её розовые косы испещрены красными точками, и она вся в ссадинах, будто побывала в жестокой драке. Грудь сковывает тяжесть, и мои глаза расширяются от ужаса.

Что случилось? Кто, чёрт возьми, это сделал?

Моя правая рука кажется тяжёлой.

Но не такой тяжёлой, как моё сердце.

Я нерешительно опускаю взгляд на свою руку и вижу камень, одна сторона которого в крови. В её крови. Меня охватывает тошнотворная волна дурноты, от которой дрожат ноги и напрягаются плечи.

Нет. Это не по-настоящему. Я закрываю глаза и через мгновение вновь открываю их.

Она по-прежнему лежит неподвижно подо мной.

— Нет. Нет, я-я бы никогда, — я заикаюсь, слёзы наворачиваются на глаза, пока я отчаянно тянусь к её лицу. Я останавливаюсь, не коснувшись её. — Нет, нет, нет, нет, нет! — я кричу, ударяя себя тем же камнем по виску, пока по моей челюсти не стекает горячая жидкость. Зачем я это сделал? Ты — порочное существо. Тебя нужно очистить. В голове кружатся знакомые слова. — Эмери. Эм, прошу, — я рыдаю, мой голос хриплый и надломленный. Я бросаю камень, осознав, что всё ещё сижу на её торсе.

Я быстро слезаю с неё и бережно поднимаю её, укладывая к себе на колени. Кровь течёт у меня из головы и капает на её шею. Зрение моего травмированного глаза заволакивает красным, и по щеке разливается тепло, столь же жаркое, как мои слёзы.

Я колеблюсь, прежде чем проверить её пульс, но всё же заставляю свои пальцы прижаться к нежной коже на её горле. Слабый трепет её артерии достаточен, чтобы добить то, что во мне осталось.

Я рушусь как солдат. Плечи сгорблены, я прижимаю её к своей груди так сильно, как только могу. Я бережно качаю её на руках и осыпаю её голову полными раскаяния поцелуями.

Она жива, но это я сделал… Я почти убил её.

Я чёртов монстр. Во мне не осталось ничего хорошего.

Ничего.

— Мне так чертовски жаль, Эм. Я так виноват. — Мой голос дрожит с каждым вздохом. Её дыхание поверхностно; тихий стон в её груди вызывает во мне панику. Ей нужна медицинская помощь.

Почти как на автомате, я несу её обратно в бункер. Шепчу разбитые, полные горя слова, которые мне следовало сказать ей давным-давно. Кажется, я люблю тебя. Почему я не сказал ей? Она мне нужна.

Адамс широко раскрывает глаза, когда я поднимаюсь по склону и он видит её у меня на руках, а может, дело в моей кровоточащей голове. Мне плевать, где я ранен. Важна только она. Я прохожу прямо мимо него и направляюсь к Нолану. К тому настоящему куску дерьма, к которому у меня есть вопросы. Последнее, что я помню, — это как мне сделали укол.

Генерал Нолан смотрит на Эмери и усмехается.

— Отлично, ты оставил её в живых. Едва. С удовольствием объявляю, что ты прошёл своё финальное испытание, Мори. А теперь отведи её в лабораторию, если хочешь, чтобы твой новый напарник остался жив. — Его тусклые глаза безразличны, хотя я вижу, что он доволен — я не убил её.

Эрик сокращает расстояние между нами и тяжело кладёт руку мне на плечо. В его взгляде, переходящем с меня на Нолана, смешаны ярость и озабоченность.

— Что это, чёрт возьми, такое? — рычит он смертоносным тоном.

Я крепче прижимаю её к себе, её тактическая куртка скользкая от растаявшего снега и крови.

— Вы хотели, чтобы я это сделал, — бормочу я, глядя на генерала Нолана. В моей груди растёт пустота.

Эрик обращает свой враждебный взгляд на Нолана.

— О чём он говорит?

Нолан смеётся над нами обоими, прежде чем развернуться и провести нас в бункер. Я быстро следую за ним ради Эм.

— Нет, Мори, ты сделал то, что у тебя лучше всего получается, — ты попытался убить её, потому что ты бессердечный человек. Но у меня хорошие новости: у вас с Морфином в следующем году будет специальная миссия, которую можете выполнить только вы двое. — Его смокинг безупречно отглажен, а золотые значки Сил Тьмы поблёскивают, когда он проходит под светом в коридоре. — А вы, лейтенант Эрик, полагаю, не имеете к этому отношения, поскольку испытания находятся строго в моём ведении.

Эрик ругается, но оставляет при себе всё остальное, что у него на языке.

Морфин. Её позывной. Не думаю, что это совпадение, что это обезболивающее.

Она — единственное, что когда-либо притупляло грань жизни для моей уставшей души.

Она — мой морфин, и без неё я не более чем бесцельный монстр.

Глава 35

Эмери

Мягкие простыни, пахнущие берёзовым деревом, будят меня.

Я медленно открываю глаза и понимаю, что нахожусь в какой-то медицинской палате.

Рядом со мной сидит мужчина — его волосы того самого бледно-золотистого оттенка, какой я когда-либо видела. Его глаза усталые и красные — от слёз и горя, что уже пролиты. Он прекрасен, как покрытое льдом озеро, наполненное ароматами шалфея, эвкалипта и розовых роз. Он смотрит на меня так, будто я — вся тяжесть его существования. В этих полных тоски глазах расцветают надежда и облегчение.

Чего же ты жаждешь? — интересуюсь я.

Я изучаю его черты, но ничего не говорю.

— Эм? — тихо произносит он, и тревога омрачает его брови.

Я медленно качаю головой, сердце тяжелеет от вины, и я шепчу:

— Прости… Я… Я не знаю, кто ты.

Продолжение следует…

Давайте заглянем закулисы

второй части

Пролог

Неизвестный

— Какого чёрта ты имеешь в виду, говоря, что она не помнит, кто она такая? — Я сжимаю телефон так, что костяшки пальцев белеют. Редко что-то может вывести меня из себя, но этого не было в моих планах. Этого не было даже в запасном плане.

— Это всё, что я услышал, сэр… Вам нужно что-то ещё?

Я молчу несколько мгновений.

— Нет. Спасибо за информацию, Джейс. — Я кладу трубку, стараясь стереть номер Джейса с одноразового телефона из списка вызовов на случай, если мой телефон