Дж. Уорд - Долгожданный любовник Страница 74

Да… результат практически нулевой. Словно шлепнул корову свернутой газеткой.

Трез получил в глаз и из него «посыпались искры». Однако, то было скорее удачное попадание, нежели результат скоординированных действий. Сдача оказалась жестокой. Удары были молниеносными и мгновенно достигали цели, обрабатывая пузо парня и превращая его циррозную печень в живую, дышащую боксерскую грушу, покуда дружок девушки не сложился вдвое и не замолил о пощаде.

Трез закончил начатое, нокаутировав эту стонущую тушу.

После чего достал пистолет и ткнул дулом прямо в сонную артерию здоровяка.

— У тебя последний шанс убраться отсюда, — спокойно сказал Трез. — Вот что ты сейчас сделаешь… поднимешься и молча, даже несмотря в ее сторону, отправишься к клубному входу, где поймаешь тачку и уберешься нахуй отсюда.

В отличие от Треза у парня не было хорошо развитой и тренированной кардио-системы. Он пыхтел как паровоз. Однако, судя по тому, как его водянистые налитые кровью глазки с опаской вылупились на Треза, тому все же удалось придти в себя, невзирая на гипоксию, и до него дошло чертово сообщение.

— Если ты хоть как-то ей навредишь, или она из-за тебя сломает хотя бы ноготь, или ее собственности причинят кто-то ущерб… — Трез наклонился поближе, — я нанесу удар незаметно, ты не узнаешь о моем присутствии и не переживешь того, что я с тобой сделаю… обещаю.

Ага, у Теней были свои способы избавляться от врагов и, хотя он и предпочитал нежирное мясо типа курицы или рыбы, он бы сделал для него исключение.

Дело в том, что, как в личной, так и в профессиональной жизни он часто видел, как усугублялось домашнее насилие. Во многих случаях, приходилось вмешиваться кому-то посильнее, чтобы разорвать этот круг. И, что вы думаете, он вполне подходил на эту роль.

— Кивни, если усек. — Когда последовал кивок, он еще сильней вдавил ствол в эту мясистую шею. — А теперь, посмотри мне в глаза… и знай, я не шучу.

Опустив взгляд, Трез поместил внушение непосредственно в головную кору, с такой уверенностью, будто вживил микрочип между полушарий. Который пришел бы в действие от любой «выдающейся идеи», касательно этой женщины, его эффект был бы абсолютным убеждением, что собственная смерть человека была бы быстра и неизбежна, вздумай он выполнить задуманное.

То был самый лучший вид когнитивно поведенческой терапии.

Стопроцентный успех.

Трез отступил и дал жиртресту шанс быть хорошим мальчиком. И, о да, сучье отродье утащило свою тушку с тротуара, встряхнувшись словно собака, широко расставив ноги; его свободная рубаха болталась.

Уходя, парень прихрамывал.

А затем он уловил, как кто-то хлюпает носом.

Трез обернулся. Женщина дрожала от холода, ее «взгляни на меня» прикид, был никчемной защитой от декабрьской ночи. Ее кожа была бледна, кайф улетучился, словно приставленный сороковой калибр к горлу ее дружка отрезвил ее.

Тушь стекала по ее лицу, пока она наблюдала за отступлением своего принца Собачонки Чау-Чау.

Трез уставился в небеса, споря сам с собой.

В конце концов, он не мог бросить ее тут, на стоянке предоставленную самой себе, особенно учитывая ее нестабильное состояние.

— Где ты живешь, детка? — Даже он слышал изнеможение в собственном голосе. — Детка?

Женщина взглянула в его направлении и выражение ее лица мгновенно переменилось.

— За меня никто раньше не заступался.

Так, теперь ему хотелось побиться головой о кирпичную стену. И какая удача, одна находилась совсем рядом.

— Давай отвезем тебя домой. Где ты живешь?

Когда она приблизилась, Трез приказал своим ногам не двигаться. А она, конечно же, прижалась к нему всем телом.

— Я люблю тебя.

Трез зажмурился.

— Эй, — сказал он, отодрав ее от себя и ведя к машине. — У тебя все образуется.

ГЛАВА 35

Пока Лэйлу на дрожащих ногах вели в клинику, у нее едва не случился инфаркт. К счастью, у Фьюри и Куина не было проблем с поддержанием ее веса.

Однако на этот раз, ее посещение клиники оказалось совершенно другим… благодаря присутствию Праймэла. Когда наружная панель входной двери отъехала в сторону, их встретила одна из медсестер, и немедленно препроводила в другую часть клиники, совсем не похожую на ту, в которой накануне была Лэйла.

Пока их вели в смотровую, Лэйла озиралась по сторонам в замешательстве. «Где… где это они?» Стены задрапированы бледным шелком, через равные промежутки расстояний в золотых рамах висели картины. Здесь не было смотрового медицинского стола, на котором лежала прошлой ночью… вместо нее застеленная элегантным покрывалом постель, заваленная горой толстых подушек. А еще, вместо раковины из нержавейки и простых белых шкафчиков, целый угол комнаты был отгорожен ширмой с рисунками… за которой, предположительно, хранились медицинские орудия труда Хэйверса.

«Их что, отправили в личные покои доктора?»

— Он незамедлительно подойдет, — сказала медсестра, улыбаясь Фьюри и кланяясь. — Вам что-нибудь принести? Кофе или чай?

— Просто доктора, — ответил Праймэл.

— Уже иду, Ваше Превосходительство.

Она вновь поклонилась и поторопилась прочь.

— Давай положим тебя сюда, ладно? — сказал Фьюри, поворачиваясь к постели.

Лэйла покачала головой.

— А ты уверен, что мы в правильном месте?

— Ага. — Праймэл подошел и помог ей пересечь комнату. — Это одна из их VIP-палат.

Лэйла обернулась. Куин уселся в углу напротив ширмы, его затянутое в черное тело походило на угрожающую тень. Он оставался неестественно спокоен, его глаза сфокусировались на двери, дыхание было ровным, а руки сложены за спиной. Однако он не был расслаблен. Он казался готовым и способным убивать, и на миг ей стало страшно. Она никогда прежде его не боялась, но опять же, она никогда не видела его в таком потенциально агрессивном состоянии.

Что ж, по крайней мере, это сдерживаемое неистовство, казалось, было направлено не на нее, и даже не на Праймэла. И, конечно же, оно не было направлено на дока Джейн, когда женщина присела в обтянутое шелком кресло.

— Давай же, — мягко повторил Фьюри. — Вот сюда.

Лэйла попыталась приподняться, но матрас оказался слишком высоко от пола, а ее верхняя часть тела была такой же слабой, как и ноги.

— Я тебя держу. — Фьюри заботливо скользнул руками за ее спину и под колени; затем осторожно поднял. — Вот так.

Садясь на кровати, она ойкнула, резкий спазм сдавил ее в области таза. Когда все глаза в комнате обратились к ней, она попыталась скрыть гримасу за улыбкой. Безуспешно, хотя кровотечение и не усиливалось, волны боли становились интенсивнее, спазмы продолжались дольше, а промежутки между ними становились все короче.