Пироженку? Ваше Снежейшество! - Татьяна Гуськова Страница 71

— А почему мне подарок? Я же просила не говорить, что пирожные от меня!

— Ваш супруг догадался. Только вы могли придумать что-то такое необычное.

Возразить мне было нечего.

Помимо передачи подарочков у нас с Дориной были долгие разговоры. Я с нетерпением ждала каждого чаепития. Оказывается, я так соскучилась по простому человеческому общению на равных.

О многом я не рисковала спрашивать, но вот о семье Эрвила тема была вполне подходящей. Дорина была знакома и с отцом, и с матерью моего супруга.

— Отец Эрвила был очень суровым человеком, — рассказывала она. — Он держал все свои земли в большой строгости, как и свою семью. Скажу по секрету, многим правление мэллиса Эрвила больше по душе. Он строгий, но справедливый, не чужд милосердия.

— А его мама?

— О, мэлисса Эдра была самой настоящей ледяной дамой. Она была идеальна во всем, — Дорина вздохнула.

— Вы скучаете по ней?

— Нет, что вы. Мы были просто знакомы, а не дружны. Мне просто всегда казалось, что она могла бы быть немного потеплее к собственным детям.

— А мне показалось, что мэлисс Эрвил тоже ледяной.

— Ему пришлось таким стать. Он всегда был самым мягким из всей семьи. Отец сердился. Даже были разговоры, чтобы младшего сына сделать наследником. Он и сильнее был, и больше оправдывал ожидания отца.

— По-нят-но, — потянула я и отхлебнула чаю, чтобы чем-то заняться, пока раздумывала над словами Дорины.

То есть семейка у моего мужа была та еще. Понятно теперь, почему он не знает, как себя вести с женой. Он-то ожидал подсознательно, что я буду, как его мать, холодной и идеальной. А тут такой сюрприз. Безбашенный. Если жребий все же меня выберет, то ждет нас непростая семейная жизнь.

Дорина словно прочитала мои мысли.

— Надеюсь, у вас в семье будет по-другому. Вы — добрая девушка. Вам немножко смирения и хитрости, и все будет хорошо. А потом появятся малыши…

Женщина замолчала и с какой-то тоской посмотрела в окно.

— Думаю, мэллис Эрвил будет хорошим отцом, — продолжила она.

Да, я слышала, что многие родители, не получив чего-то в своем детстве, компенсируют это своим детям. Надеюсь, что для детей Эрвил будет не только идеальным мэллисом, но и отцом. Я, задумавшись, спросила на автомате:

— А мэл Ятран какой отец? — очень мне хотелось обсудить тему отцовства.

— Нам Праматерь детей не дала, — грустно ответила Дорина.

— Ох, простите.

— Ничего, мэлисса Айдира. Так часто бывает, когда маг и простой человек вступают в брак. У духа не хватает силы, чтобы поделиться с ребеночком, вот никто и не рождается.

Я мысленно посмотрела на собственного духа, который, расслабившись из-за того, что мне было спокойно и комфортно, незримо торчал в разные стороны из моего тела. Уточнила у него, смог бы он поделиться, если бы Эрвил не был магом. Заяц, беспечно ответил что-то вроде «легко». Сам он наблюдал, что происходило на кухне. Контролировал процесс выпечки печенья, которое я доверила делать Сайе.

Я погрызла ногти на левой руке, глядя на Дорину. Она не молодица, конечно, но моложе своего мужа. Лет сорок ей, ну, может, сорок пять. Сохранилась очень неплохо. В моем мире женщины вполне себе еще рожают.

Я снова дернула духа. Тот лениво обратил на меня внимание. У него там было интересное — следить, как песочное тесто запекается. А от дрожжевого теста он вовсе фанател. И поинтересовалась, а может ли он как-то поделиться с Дориной силой, чтобы духу Ятрана хватило силы поделиться с ребеночком. В общем сама запуталась, пока сформулировала.

Солнечный Зайка ответил, что сразу нельзя, но можно постепенно, только тогда у Дорины может родиться не темный, а огненный маг, ну или обычный человек, такой вариант тоже возможен.

Могу ли я вмешиваться без спроса в чью-то судьбу? Хотелось очень. Очень хотелось стать безвестной благодетельницей. Но не будет ли у Дорины проблем, если ребенок родится с какой-то не такой магией? Вдруг Ятран решит, что она ему изменяла?

— Мэлисса Айдира, с вами все в порядке? — обеспокоенно спросила женщина.

— А… Да…

— Просто вы ногти грызете, это нехорошо. Надо отвыкать от этой привычки.

— Простите, — я положила руку на стол. — Задумалась кое о чем важном.

— Что же вас так поглотило? — Дорина подлила себе еще чаю и с сомнением посмотрела на еще один кусочек птичьего молока, но пересилила себя и не взяла.

— А что будет, если мои дети родятся не ледяными, а огненными магами?

— Нет, мэлисса Айдира, — ласково ответила Дорина. — Такое невозможно. Дети всегда рождаются с магией того родителя, который сильнее. А нет никого сильнее, чем последний в роду.

«Зайчище, — обратилась я к духу. — Ты слышал! Ты как-то не должен быть сильнее в тот момент». Мне пришло ощущение, что Солнечный Заяц ответил что-то вроде: «Сделаем».

— Ну а если все-таки?

— Чудес не бывает. Разгадка бывает банальна.

Правильно сделала, что не поддалась эмоциям, а то было бы у Дорины не счастье, а проблемы. Но мне все же хотелось что-то придумать.

Идея, как помочь Дорине и Ятрану, так меня захватила, что я на некоторое время забыла о своих проблемах.

Так что, когда темный маг пришел ко мне в гости вместе с супругой, я иногда выпадала из разговора, пытаясь рассмотреть его стихийного духа. Мэл Ятран даже начал как-то нервничать.

Сама я ничего увидеть не смогла, пришлось звать на помощь Зайчищу. Тот тоже посмотрел, отчего бедный Ятран начал нервничать еще больше и как-то испуганно оглядываться по сторонам.

Дорина на него удивленно смотрела.

— Что-то я притомился, наверное, мерещится всякое, — пояснил мэл Ятран жене странное поведение.

Когда гости ушли, я стала допытываться у Зайчищи, получится ли что-нибудь. Тот ответил, что нет. Мэл Ятран слишком хорошо контролирует своего духа, тот так зажат, что никак ему не вырасти.

Задачка. Как сказать магу, впитавшему основы про духа в клетке с молоком матери? Весь вечер думала об этом, подъедая кусочки какого-то твердого, солененького, потрясающе вкусного сыра, переданного Эрвилом. Ведь знает же стервец, чем подкупить, может, когда не вредничает.

И я решилась в следующий раз, когда семейная чета меня навестит, поговорить с мэлом Ятраном. Вдруг мне удастся как-то убедить мага ослабить контроль. Зайка поправил — убедить мага полюбить своего духа.

Вот только