Обратная сторона смерти - Келли Мединг Страница 71

Сможет ли он победить это?

— Вайят, скажи мне, что ты чувствуешь, — попросила я.

— Злость, — ответил он, слово прозвучало немного приглушенно, но твердо. — Возбуждение. Голод.

Потрясающее сочетание эмоций.

— Ладно, злость. Что ты хочешь делать со своей злостью?

— Охотиться. Сражаться. Есть.

— На кого ты хочешь поохотиться?

— На что угодно. — Он поднял голову, в его глазах снова появился животный блеск. — Боже, твоя кровь так сладко пахнет, Эви. Я не думаю, что тебе стоит оставаться здесь.

В комнате словно внезапно стало на двадцать градусов прохладнее, и по моей спине пробежал холодок. Это было предупреждение, и я почувствовала ужас до мозга костей.

— Я доверяю тебе, Вайят.

Удивительно, но мой голос не дрожал.

— Я не доверяю себе.

Логика подталкивала меня бежать к двери. Но мое сердце заставило меня успокоиться.

— Тогда доверься мне.

— Я не хочу никого убивать.

— Ты этого не сделаешь.

— Но я хочу. Волк хочет. Он хочет крови.

— Вайят, ты все контролируешь. Ты можешь контролировать волка. Я знаю, что ты можешь это сделать. До сих пор тебе это удавалось.

— Он сильнее меня.

— Чушь собачья.

Я никогда не видела, чтобы он двигался так быстро. В мгновение ока пересек комнату, свалил меня на пол и оседлал меня. Он прижал мои запястья у моей головы, низко наклонив лицо ко мне. Со сверкающими серебристыми глазами и засыхающей кровью на губах он походил на пародию мужчины, которого я любила. Мои внутренности скрутило в узел от страха и паники, но заставила себя не сопротивляться. Оставаться совершенно неподвижной под его хваткой, хотя мое тело кричало мне сопротивляться, убежать, отойти на безопасное расстояние.

— Это чушь собачья? — прорычал он, тяжело дыша. — Нет, это гребаный кошмар, Эви, и я не могу от него проснуться. Я не могу его отключить. Пожалуйста, убей меня, пока я никому не причинил вреда.

«Обещай, что убьешь меня, когда закончишь».

Не думала, что смогу выдержать пытки Тэкери и не сломаться, но я выжила. Вайят не считал, что сможет пережить это, дать отпор волку и остаться в здравом уме. Сомневался, что сможет снова быть самим собой.

Но он мог это сделать. Я знала, что он мог.

— Давай заключим с тобой сделку? — спросила я, повторяя то, что сказала Тэкери почти два месяца назад.

Вайят моргнул. Начал качать головой, затем остановился. Он прижался своим лбом к моему, и от сильного жара его кожи я вспотела. Находясь так близко, почувствовала запах его страха, кислый запах пота, смешанный с чем-то еще более первобытным. Он глубоко вдохнул через нос, задержал дыхание, затем с силой выдохнул через рот. Его дыхание с запахом крови коснулось моих губ, и я вздрогнула.

Я ненавидела каждую гребаную минуту в этой ситуации и чуть не выпрыгнула из своей кожи, когда он спросил:

— Какую?

— Мне нужна неделя. Хотя бы одна неделя, чтобы помочь тебе. Изоляция, цепи, все, что захочешь, но я хочу, чтобы ты попытался справиться с этим.

— Почему?

— Потому что я люблю тебя, придурок.

Он поднял голову и посмотрел на меня со смесью гордости, любви, ужаса и боли.

— Думал, что я тупица.

— Тупица, осел, придурок.

Он улыбнулся.

— Я люблю тебя, Эви. Прости, что повернулся к тебе спиной.

— У тебя были причины. Я была трусихой.

— Нет, я был неправ.

— Сейчас это не имеет значения.

Он словно понял, что завис надо мной и издал удивленный звук, что-то среднее между ворчанием и писком. Он слез с меня и отодвинулся назад, пока не смог прислониться к стене. Тонкий больничный халат нескромно перекрутилось на талии, но Вайят не обратил на это внимание. Я медленно села, стараясь не показать своего облегчения от того, что была свободна. Я ненавидела, когда меня вот так прижимали.

Вайят провел пальцем по зубам.

— Как ты можешь смотреть на меня и не видеть монстра? — спросил он.

— Потому что я влюбилась не в твои черные глаза и ровные зубы, Вайят Трумэн, — ответила я, вспоминая его слова, сказанные мне много месяцев назад. — Я влюбилась в твою уверенность, преданность и способность вывести меня из себя всего парой слов. За то, что ты можешь видеть логику везде, в отличие от меня. Все это по-прежнему в тебе, Вайят. Просто теперь нужно работать немного усерднее.

Он криво улыбнулся мне.

— Я не ты, Эви. Я не исцелюсь от этого.

— Ты этого не знаешь.

— Ты все равно рискнешь?

— Да.

— Я не… — Он откашлялся, глаза подозрительно заблестели. — Я не знаю, смогу ли так жить. И хочу ли.

Черт возьми, я не буду плакать.

— Дай мне неделю. Пожалуйста.

— А что, если они не дадут мне неделю?

— Кто?

— Ассамблея.

Мои щеки вспыхнули от гнева.

— К черту Ассамблею, если они думают, что могут диктовать твою судьбу. Из-за их решения уничтожить оборотней столетия назад все это происходит. Они не могут решать, жить тебе или умереть.

— Не будь так уверена, дитя, — произнес смутно знакомый голос позади меня.

Вайят замер и напрягся, упираясь руками в стену по обе стороны от себя. Я развернулась и встала на колени, одна рука автоматически потянулась к ножу, все еще привязанному к моей левой лодыжке. Я замерла прежде, чем вытащить его, как только узнала лица стоящих в дверном проеме.

Между Астрид и Маркусом, на лицах которых было одинаковое выражение брезгливости и удивления, стоял старейшина Марцеллус Дейн из Фелии. И именно он ко мне обращался.

Глава 22

14:40

— Не будь так уверена в чем? — спросила я, вставая и держась между Вайятом и дверью.

Старейшина Дейн проигнорировал мой вопрос, его внимание было приковано к мужчине, присевшему позади меня. Он казался скорее очарованным, чем расстроенным, но я давным-давно поняла, что не стоит недооценивать непроницаемое лицо терианца.

— Поразительно, — произнес Дэйн. — Столетиями не было зарегистрировано случаев заражения людей волком.

— Да неужели.

— Стоун, — отрезала Астрид, требуя, чтобы я перестала огрызаться на старейшину клана. Того, кто только что косвенно угрожал жизни Вайята, и это меня не устраивало.

— Вайят не нарушал терианских законов, — сказала я. — Не вам сохранять или обрывать его жизнь.

— Напротив, — возразил Дэйн, — его заражение по умолчанию делает это делом Ассамблеи.

— Потому что Ассамблея приказала уничтожить клан волков-оборотней пятьсот лет назад?

— Да. Тогда они были разрушительным, кровожадным кланом, и вижу, что их привычки не изменились. Теперь твой человек несет