Модная лавка госпожи Сильваны. Упс, а король-то голый! - Элен Блио Страница 7

Мы целовались весной, когда мандолиния была усыпана крохотными ярко-розовыми бутончиками и пахла…

Одуряюще, фантастически пахла!

Она пахла, казалось, самой любовью. Нежностью. Верностью.

Он меня поцеловал. Сначала подвинулся ближе. Потом взял моё лицо в свои ладони. Они у него были большие, блинные тонкие, изящные пальцы, горячая кожа. Принц придвинул ко мне своё лицо, заглянул в мои глаза.

О, Мерлин…

Его губы коснулись моих, так трепетно, так ласково.

Сначала осторожно, потом всё более жадно…

— Лиана, моя прекрасная Лиана!

— О, Александер! О мой… принц!

Сказать, что это было волшебно — ничего не сказать, от эйфории я чуть-чуть не летала по воздуху, без всякой метлы, крыльев и дракона.

Я купалась в его ласке, купалась в счастье, которое излучала сама.

Я верила принцу.

Верила его глазам и губам. Верила обещаниям.

Я была влюблена.

Бесповоротно, дико, страстно влюблена!

Дурочка.

Беспросветная дурочка!

Мы с принцем стали гулять постоянно, и в какой-то момент, что логично, мы немного расслабились, забыли о конспирации. Или, может быть, это я забыла? Не знаю.

Так или иначе, но моя нелюбимая сводная сестрица Раяна проследила за мной и увидела нас однажды.

Она пришла в мою спальню, в дортуар, который я делила еще с двумя студентками. Раяна постаралась улучить момент, когда я была одна. И говорила так, чтобы никто не слышал — даже стены, у которых, разумеется, были уши.

— Ты сошла с ума, Лиана! Ты сошла с ума! Он ведь играет с тобой! Принц просто играет!

Но я не верила.

— Пойми, я знаю!

— Что ты знаешь, Раяна? Ты… ты просто завидуешь!

— Чему? — сестрица ухмыльнулась, — Тому, что ты глупая гусыня, а твой распрекрасный принц на тебя просто поспорил?

Я покачала головой.

Рассмеялась сводной гадюке в лицо.

Я не хотела верить в то, что Александер может играть моими чувствами. Да и кто бы хотел?

Я действительно сошла с ума тогда.

А потом стало слишком поздно.

Начались экзамены, я сдавала всё блестяще, особенно мне давались дисциплины, где надо было создавать различные магические предметы, связанные с родовой магией. Моей родовой магией было всё, что связано с шитьем, плетением, нитями, тканями. Тогда я создала первое подобие магического портняжного манекена. И магической швейной машинки.

Это была моя Зингершильда! Да, да, я создала её еще в Академии, и она чудом уцелела, когда произошли все те трагические события.

За несколько дней до вручения дипломов.

Буквально через несколько часов после того, как я целовалась с Александером, он показывал мне перстень прабабушки и говорил, что тот станет моим, когда я закончу учёбу и принц сможет на мне жениться.

Всё это было настолько невероятно, что я сначала решила, что просто сплю.

Обвинение в краже перстня.

Молчание принца.

Его обман.

Пари.

Спор на мою честь, которую я всё-таки сохранила.

Изгнание.

Все пять лет скитаний я мечтала отомстить ему.

Вывести на чистую воду.

Доказать, что я не крала то кольцо, что меня оклеветали.

Предъявить ему доказательства своей невиновности.

И вот теперь у меня, кажется, появился шанс!

Его высочество должен был прийти в мою лавку!

Принц, собственной персоной.

Я ждала момента, когда увижу его. Когда я посмотрю в его глаза.

И…

— Это действительно самая модная лавка в городе? Вы серьёзно? Что за убожество! Какой-то крохотный подвал, в котором не развернуться! Я тут просто не помещусь. Как она собирается снимать с меня мерки? Выставив мои руки в окно? И где сама хозяйка? Говорят, она прячет лицо за маской, потому что страшна как смертный грех?

Ах так?

Ярость во мне клокотала!

«Ну, держись, принц!» — мстительно думала я. — «Ты меня запомнишь надолго!»

Глава 6

Он стоял в центре мастерской.

Его высочество принц Александер Максимиллиан Ричард Эверхард Ферфакс.

Я услышала, как томно ахнула Жозефина, как удивлённо откашлялся Жоффрей, и как мечтательно застрочила по атласной ленте Зингершильда.

Моя швейная машинка была очень влюбчивая.

Наверное, все швейные машинки похожи на своих хозяек.

Я поправила причёску.

Мои, когда-то ярко рыжие локоны теперь стали золотыми.

Ажурная маска скрывала лицо, к тому же моя кожа, которая раньше была покрыта веснушками сейчас стала почти белой — я очень сильно постаралась чтобы изменить внешность.

Я надеялась, что Александер меня не узнает. Он не должен. Не может.

Да, скорее всего ему просто плевать.

Он переступил через влюблённую в него юную волшебницу, оставил меня на растерзание мачехе, совету старейшин и руководству магической Академии.

Кто там стал бы слушать меня? Пусть даже я была одной из самых перспективных студенток?

А вот мою мачеху, которая умела подстроить всё и подать так, что её все жалели, послушали очень даже.

Мачеха картинно заламывала руки, по её лицу текли крокозябровые слёзы. А еще она громко хлопала ресницами и подсовывала своё роскошное декольте прямо под нос председателю магической комиссии.

Ну и кого бы вы стали слушать? Дрожащую студентку, рыжую, в веснушках, с трясущимися руками и осипшим голосом или чувственную, элегантную даму, которая точно знала кому, где и на какие точки надавить?

Ну да ладно.

Оставим прошлое прошлому — посчитала я до трёх и вышла, ослепительно улыбаясь.

— Ваше высочество!

Затем я склонилась в самом глубоком реверансе, на который только была способна выставив на всеобщее обозрение своё роскошное декольте.

Кое-какие навыки я у злобной мачехи всё-таки подрезала.

Надо сказать, что вышла я к его высочеству отнюдь не в рабочей одежде.

Разумеется, я напялила лучшее платье, сшитое мной же в моей же мастерской с применением всех моих магических штучек-дрючек.

Оно сидело как влитое.

Открывало всё, что было нужно открыть и скрывало то, что не нужно.

Правда, скрывать мне было нечего.

Фигурка у меня была отменная, точёная, с осиной талией, крепкими бёдрами, пышной грудью.

Всё моё и всё при мне.

И я слышала, как со свистом выдохнул Александер. И кашлянул в кулак.

Мерзавец!

Негодяй!

Развратник.

Остолоп. Бесчестный и бесчувственный.

Но какой же красивый!

Великий Мерлин!

— Ваше высочество, я так рада приветствовать вас в своей скромной обители! Если вы волнуетесь из-за того, что тут мало места — не переживайте, много его нам и не понадобится.

— Что? — он удивился, а я продолжала тараторить.

— Если переживаете, что моя одежда не так хороша — я могу показать каталог платьев и мужских камзолов, сшитых за последнее время.

— Я…

— Если вам ничего не понравится — вы вольны отказаться от моих услуг, я не буду в обиде, наоборот,