Страж Особого Назначения - Катерина Дэй Страница 7

Он приподнял губы и обнажил острые клыки.

И зарычал на нее, чуть громче.

Боже, да у него клыки. Она смогла рассмотреть острые зубы с более близкого расстояния. Они были как у собаки или, возможно, вампира.

— Я… — начала было Иви, но тут услышала тяжелую поступь и рычание. Нервно озираясь по сторонам, она молниеносно умчалась в свое укрытие. Оттуда она разглядела, как двое мощных ящеров несколько раз сильно ударили пленника, да так, что его голова откинулась к стене, затем повисла на груди. Мужчину отстегнули и куда-то поволокли. Иви упала на четвереньки и шустро перебирая коленями и руками направилась за ними, рядом с ней стрекотали и поводили усами жуки. Она удачно вписалась в их строй. Правда одного пришлось отпихнуть ногой и сильно ударить, когда тот вознамерился забраться на нее и пристроиться для размножения.

— Мерзкие озабоченные твари, — прошипела Иветта и ползла, не упуская из виду пленника.

Вот они завернули в какое-то темное холодное помещение и Иви юркнув в щель, затаилась. Ящеры шипяще переговаривались между собой, гремели цепи, слышался скрежет чего-то очень тяжелого, потом монстры вышли и за собой закрыли тяжелую каменную дверь.

Наступила тишина.

Иви поняла, что оказалась взаперти и только спустя некоторое время осторожно выглянула. Осмотрев обстановку, она ахнула от представшего перед ней чистейшего ужаса.

Пленник больше не был прикован к стене. Он лежал на спине, на подстилке, растянувшись на каменном полу. Цепи, обвивающие его запястья, были прикованы к одному из штырей, вкрученного в каменный пол, из-за чего мужчине приходилось держать руки высоко над головой, в то время как его ноги были прикованы кандалами к стене и разведены так, чтобы он не смог двигаться. Точно также были прикованы мужчины, над которыми надругались те самки.

Его приготовили для спаривания, в этом Иви не сомневалась. И его опоили, потому как он был готов к соитию, что доказывала его восставшая плоть.

Иви сделала шаг, но тут же насторожилась и юркнула к каменному длинному столу, на котором по всей видимости пытали пленников. Ее внимание привлекло какое-то движение в углу. И увидела, что в помещение вошла женская особь в сиреневом одеянии. Сердце Иви быстро заколотилось, когда она узнала вошедшую. Она успела присесть, спрятавшись под столом. Вошедшая ее не заметила поглощенная созерцанием пленника.

Иветте потребовалось всего лишь несколько секунд, чтобы осознать, какое ужасное действо сейчас предстоит ей увидеть. Она наблюдала, как самка присев рядом с пленником шарила по его телу четырехпалыми руками, затем обхватила длинными пальцами его член и сжала. Мужчина, рыча дернулся, а самка, не переставая гладила его тело. Затем она поднялась, скинула свое одеяние и присела возле пленника. Сам мужчина не дергался, казалось, что он был парализован.

— Тварь! — прошипела Иви так сильно сжимая в руке острый шип, что он больно врезался в ладонь. Не раздумывая, она бросилась вперед, и со всей силы, на какую была способна, размахнулась и ударила шипом в сонную артерию самки. Та пошатнулась, приглушенно вскрикнула, но Иви не остановилась, когда та упала на пол. Она запрыгнула на нее, оседлала, пригвоздив ее тело к полу своим весом, и начала в слепой ярости наносить удары шипом. Та пыталась вырваться, но после нескольких ударов, ее руки опустились на пол.

— Чудовище, — произнесла Иви, тяжело дыша, а затем осознала, в какое кровавое месиво превратила эту тварь. Она остановилась, все ее тело сотрясала дрожь. Иви в ужасе уставилась на нее. Затем подняла взгляд на шип и свои руки, которые были забрызганы бордовой, почти черной кровью.

Находясь в состоянии шока, Иви бросила шип на пол и слезла с самки. Та не дышала.

— О боже, — истерично выдохнула она. — О боже, о боже, о боже, — снова и снова повторяла Иви, уверенная, что убила ее. Руки ее дрожали, и она опустила на них взгляд.

«Я только что убила». Ее взгляд метнулся к мертвой твари, на которую она напала в приступе слепой ярости. Она это заслужила.

Иви попыталась успокоить паникующий разум.

«Думай. Они придут сюда и найдут ее. Они узнают, что это она убила ее. Они будут пытать ее, а затем убьют. Иви, думай, черт возьми! У нее пока есть время, что-то придумать, ведь те монстры думают, что их госпожа спаривается».

Иви повернулась и посмотрела на мужчину, чтобы проверить его. Он лежал к ней лицом, глаза открыты и моргал. Он видел, что она натворила.

Она тяжело сглотнула и встала на колени. Все ее внимание переключилось на мужчину, который пристально наблюдал за ней, лежа беспомощно на полу. Его опоили и он, кажется, ничего не мог говорить.

— Все будет хорошо, — сказала она ему.

Его грудь поднималась и опускалась при дыхании, но он больше никак не двигался, только моргал. Его руки были вытянуты вверх. Иви колебалась. Он мог убить ее, если бы сломал цепи.

Но он достоин спасения. Иветта мысленно повторила это несколько раз, пока медленно придвигалась к нему.

— Я не причиню тебе вреда, — пообещала она пленнику. — Они тебя чем-то опоили. Ты можешь двигаться? Я попробую освободить тебя, но если ты не сможешь идти, то…

Иви снова сглотнула.

— Теперь все будет хорошо. Она мертва. И не сможет больше причинить тебе вред.

Он наблюдал за ней, и Иви не упустила гнев в его взгляде. Мужчина приподнял губы и обнажил острые клыки. Он зарычал на нее, не так громко, чем тот яростный рык ранее, но так и не шевельнулся. Его ужасающее рычание, зарождающее в горле, напоминало ей рычание злой собаки.

Иви колебалась, боясь, что он укусит ее своими острыми зубами, если она подползет ближе.

— Успокойся, — повторила она. — Я не причиню тебе вреда.

Вглядываясь в его глаза, она увидела, что зрачки мужчины были необычно большими, и он казался немного ошеломленным. Очевидно его все же сильно накачали тем питьем из чаши. Он мог быть невменяемым и не понимал кто перед ним.

Иви пыталась не вздрогнуть от вида его острых зубов и смогла отстегнуть кандалы от металлического штыря, чтобы освободить руки мужчины. Она старалась не глазеть на него и не обращать внимание на тот факт, что на нем не было никакой одежды и он был очень возбужден. Ей пришлось дотрагиваться до него, чтобы освободить, и она ощутила, что он очень горячий. Словно его лихорадило. Если бы к нему вернулась способность двигаться, она была бы уже мертва.

Иветта это понимала, а мужчина, вероятно, жалел, что не мог дотянуться до нее.