Кровь над светлой гаванью (ЛП) - Ванг М.Л. Страница 7

Альба ахнула и так сильно сжала руку Сионы, что стало больно.

— Что? — прошептала Сиона.

— Это... э-это…?

Сиона забыла, что Иной мир для обычных людей вроде Альбы — настоящая экзотика. Они редко видели, как работают заклинания внутри устройств. А вот для Сионы сероватое изображение в отображающей катушке Мордры выглядело неряшливо. Там, где должно быть светло — тускло, где четко — размыто. Энергетический источник в таком хаосе трудно было бы выделить. И сам Джеррин Мордра это понимал. Пальцы у него дрожали, прежде чем он вбил координаты перекачки, которые запустят его заклинание.

Когда он нажал «Активировать», в чаше взорвалось конфетти, бумага полетела по залу, и идиоты зашептали от восторга. Одной из них, разумеется, была Альба.

— Потрясающе! — восхитилась она, вытаскивая полоску бумаги из своих темных волос.

— Это несложное заклинание, — пробормотала Сиона. — Просто эффектное.

Она бы сделала его с закрытыми глазами и с равномерным распределением энергии. Один кусочек, прилипший к ее юбке, был надорван, а сам Мордра торопливо собирал рассыпавшуюся бумагу у чарографа.

— Не нужно было использовать столько силы. Это говорило о неточной карте. И о еще более тревожной проблеме: слабой точности в выборе цели. Что неудивительно для специализирующегося на математике теоретика картографии.

Пока Архимаги выдавали Мордре следующее задание, у Сионы снова зачесались пальцы. Даже сцепленные в попытке выглядеть чинно, они все равно извивались от нетерпения. Клавиши под медленными пальцами Мордры будто звали ее. Узел страха в животе быстро развязывался, превращаясь в безумный трепет нетерпения. Чего она вообще боялась? Она могла выполнить все, что Совет требовал от Мордры. Безупречно и элегантно. Им всего лишь нужно было подпустить ее к чарографу, и она показала бы этому идиоту, как все должно делаться.

Как Сиона и ожидала, бедняга Мордра провалился на ошибке в подаче энергии. Кирпич, который он должен был левитировать, повис в воздухе всего на пару секунд, неуверенно покачался и с грохотом упал обратно на стол. Шепот по залу в этот раз был с неодобрением и растерянностью. Архимаг Гамвен, лучший картограф Тирана, скривился и сделал пометку. Архимаг Скайвин, величайший в истории волшебник ручной перекачки, посмотрел на абитуриента с отвращением, и не записал совсем ничего.

— Что случилось? — прошептала Альба. — Он ошибся в заклинании?

— Не в действующем заклинании, — ответила Сиона.

— В каком?

— В той части заклинания, которая говорит кирпичу, где висеть и под каким углом. Он написал это идеально, не то, чтобы это вообще сложно, но это только половина заклинания.

То, что обычный житель Тирана считал одним заклинанием — будь то магия для поезда или лампы — на самом деле состояло из двух подзаклинаний: действующего (приказного) и энергетического. Первое задавало команду и направление. Второе — карту, цель и координаты перекачки.

— Действующие подзаклинания легко выучить по книгам, — продолжала Сиона, — а вот энергетические — это смесь математики и интуиции. У него все в порядке с действующими подзаклинаниями: видно, что читал нужные книжки. И его расчеты вроде тоже верны. Но у него нет практического опыта. А, значит, нет интуиции. Он не умеет выбирать место для перекачки и расшифровывать изображение, которое дают координаты. Он застревает на энергетических подзаклинаниях, которые питают действующие.

— То есть, у него в заклинаниях слишком мало энергии? — уточнила Альба.

— Или слишком много. Он просто не умеет контролировать выход энергии. Если ему дадут что-то по-настоящему сложное — готовься пригибаться.

— А что считается сложным?

— Я дам тебе знать.

Дальнейшие задания становились все запутаннее. От «превратите эту шестеренку в проводник, который крутится при температуре выше ста градусов» до «создайте бесконтактное заклинание, при котором загорается свет при хлопке». И Джеррин Мордра начал сыпаться.

Когда Архимаг Дурис попросил его запитать маленькую модель автомобиля, чтобы она проехала от одного конца стола до другого, машинка сначала дернулась, затряслась, а потом резко рванула. Она бы упала на пол, если бы Джеррин не бросился вперед, нарушив протокол, и не поймал ее.

— Простите. — Юный волшебник сморщился от стыда и отдернул руку. — Я не хотел…

— Пожалуйста, уберите руки от экзаменационного оборудования, — резко оборвал его Архимаг Мордра Девятый. — И отвечайте только, когда Вас спрашивают.

Альба сочувственно поморщилась и прошептала:

— Все настолько плохо?

— Ужасно. И в действующей части, и в подаче. Нервы уже подкосили сынка Архимага.

— Но ведь сработало? — шепнула Альба.

— С запозданием, с дерганием и с избыточной энергией Источник не тот, заклинание не собрано плавно. Представь, что в этой машинке сидели бы настоящие люди.

А именно это и есть ставка: работа верховного волшебника попадала на улицы и в дома. Что удивительно или даже достойно уважения, отец Джеррина, Архимаг Мордра Девятый, оказался самым строгим. Любой Архимаг за столом мог выдать задание, но именно он чаще всех вмешивался и требовал усложнений. Сиона почти почувствовала жалость к юноше, когда отец произнес:

— На столе перед Вами гранитная плита. Распилите ее пополам.

Сиона, конечно, не могла видеть, что именно Мордра набирал в чарографе, но нутром чувствовала, что у него не получалось. Композиция была поспешной, наверняка перегруженной, а его пальцы нажали клавишу активации очень неуверенно.

— Пригнись, Альба.

Обе женщины успели нырнуть за скамью, прежде чем грохот разнес осколки по всему залу. Один из других абитуриентов выругался обломок ударил его в щеку и рассек кожу. Кто-то тихо вскрикнул от испуга.

— Идиот! — прошипел кто-то из зрителей громче, чем следовало.

Кажется, сжалившись над Джеррином, дряхлый Архимаг Теланра откашлялся и произнес своим добродушным дрожащим голосом:

— Все в порядке, мистер Мордра. Хотите попробовать еще раз?

— Еще раз? — Сиона с трудом сдержала презрительную гримасу, когда они с Альбой снова сели. В настоящей лаборатории тебе часто приходится собирать сложное заклинание быстро и чаще всего второго шанса на переделки попросту нет.

К его чести, Джеррин все-таки справился со сложным заклинанием со второго раза. Так что, может, он и не был полностью бесполезным. Просто не доставал до уровня верховного волшебника.

Когда наследник закончил свою весьма посредственную демонстрацию, Архимаг Оринхель махнул рукой. Его кольцо засветилось, и содержимое стола исчезло. Появился новый чарограф и стопка свежей бумаги.

Следующие кандидаты оказались заметно сильнее Джеррина Мордры. Некоторые —откровенно впечатляющими. Когда пятый абитуриент завершил свой экзамен, Сиону трясло в кресле, но не от страха.

— Ты в порядке? — прошептала Альба, заметив, как та вся вибрирует.

— Мне просто нужно, чтобы назвали уже мое имя, — выдохнула Сиона. Эта энергия внутри вот-вот сожжет ее изнутри.

Мучительно, но из десяти вызванных имен ее было последним. Когда девятый абитуриент шагнул к кругу, Сиона уже ерзала, запутавшись в своих юбках. Без выхода для напряжения мозг начал выдавать все более ужасные сценарии: про нее забыли. Сейчас в последнюю минуту решат, что пустить женщину в этот зал было ошибкой. Все это окажется шуткой. Или сном.

Она почти не поверила, когда Архимаг Оринхель наклонился к своим бумагам, поправил очки и произнес:

— Сиона Фрейнан!

Сиона вскочила, словно в нее врезал заряд заклинания:

— Да, Верховный Архимаг!

Сухие пальцы поманили ее к кругу, и Сиона шагнула вперед навстречу судьбе. Или к концу всего.

ГЛАВА 3

ФРЕЙНАН ПЕРВАЯ

«Настоящим, моим Одиннадцатым Указом как единственного выжившего ученика Пророка Леона, я касаюсь строк под номерами 234, 235 и 301 в основном журнале заклинаний Леона.