Побег от дракона, или Запутанная история леди Кристаллин (СИ) - София Монкут Страница 69

— Думаю, у меня это получилось только потому, что я начал работу над ним до того, как пошел учиться, и мой мозг не был ограничен принятыми догмами в области работы с артефактами, магическими полями и потоками. У меня в голове не было общепринятых ограничений, я не думал, что это невозможно, потому в конце концов нашел способ сделать индивидуальное перемещение осуществимым. Мой разум не сдерживался рамками, и я за них в конце концов вышел.

— Знаешь, я думаю, нам пока нужно затаиться и придумать план. Тебе необходимо полностью восстановиться, а мне просто нельзя нигде показываться, учитывая, как нас ищет мой муж, и придумать что-то с разводом, пока Грегори не отыскал меня и не узнал об этом моем наследстве.

— Пусть только попробует тронуть тебя хоть пальцем! — прорычал Максимилиан, хватая меня в охапку и усаживая к себе на колени. — Ты моя истинная!

— Но по закону я все еще его жена, и добровольно развод он мне никогда не даст. А тебя с его-то умениями и связями легко подставит, если потребуется. Так что пока нужно быть очень осторожными.

— Хорошо, командуй, мой генерал! — Макс уткнулся мне в шею и глубоко задышал.

А я поняла, что такая его близость меня больше не смущает. Наоборот, так бы и сидела, не слезая с него.

Ой, а мы ведь в кабинете были не одни!

Отстранившись от дракона, я огляделась, но господин Онеро, видимо, понял, что сейчас он здесь лишний, и незаметно исчез, оставляя нас с Максимилианом наедине.

Ну что же, вот как жизнь повернулась. Мне больше не надо бороться с Грегори в одиночку. Пусть мы с Максом еще не пара, хоть и истинные, но уже команда. А с поддержкой гораздо легче держать удар.

Глава 53

Пока Максимилиан восстанавливался, он не терял зря времени. Я выделила ему комнату под лабораторию, и дракон занялся изготовлением артефактов. Кроме портального, чешуйчатый решил подготовить на всякий случай самые эффективные боевые и защитные артефакты. Последние, широкого спектра действия, в основном для меня. Они самые энергозатратные, но истинную этот упрямец решил обезопасить в первую очередь.

Тем более у него сейчас было в достатке самых разных кристаллов, причем очень мощных. Лучшие камни, что добывали в шахте, я приносила ему. Кроме этого, он сам пару раз спускался со мной и отбирал те, до которых еще не добрались рабочие.

А я и не сопротивлялась, прекрасно понимая, что мне действительно нечего противопоставить Грегори, если столкнусь с ним лицом к лицу без поддержки.

Я тоже не прохлаждалась без дела. Оставив пока первую шахту, занялась вплотную двумя другими.

С утра до вечера с перерывом на обед я пропадала под землей, активировав свою магию. Передо мной стояла почти непосильная задача: в кратчайшие сроки довести состояние пока еще пустых шахт до такого же, как и в первая. Тогда можно будет еще раз вызвать из столицы лорда проверяющего и ехать в Совет магов уже с более существенными козырями на руках.

Для меня это оказался невероятно сложный марафон. Тем ценнее была поддержка Максимилиана. Он сам целыми днями пропадал в артефакторской лаборатории, но при этом умудрялся по несколько раз в день переноситься ко мне в шахты, чтобы принести еду, удостовериться, что я пообедала, а еще проконтролировать, чтобы я выпила восстанавливающие зелья, улучшающие общее состояние организма в целом и укрепляющие голосовые связки в частности. Причем делал он эти зелья сам, благо академическое образование у него было отличное, а по зельеварению он имел высший балл, как и по артефакторике.

Что сказать, такая забота была очень приятной. На общение у нас оставалось не очень много времени, виделись мы в основном за завтраком и ужином, а еще тогда, когда он переносился ко мне в шахты. Но как-то так само собой получилось, что мы начали потихоньку сближаться, и через несколько дней у нас появилась маленькая традиция — сидеть на террасе, глядя на закат, и разговаривать.

Иногда мы сидели молча, и это было очень уютное молчание, из-за которого не возникает неловкости. Обычно в такие моменты Макс брал меня за руку и тихонько поглаживал тыльную сторону ладони большим пальцем. А я млела от приятных ощущений, слегка сжимая его руку. Как оказалось, мы оба очень тактильные, но если мне достаточно было такой незамысловатой ласки, то дракон старался при любом удобном случае быть рядом, случайно коснуться, приобнять, подать руку — так, чтобы я была как можно ближе к нему. Правда, надо отдать ему должное, вольностей он себе не позволял и ни на чем не настаивал.

А еще мы много разговаривали. Рассказывали истории из прошлого, делились планами, обсуждали все, что приходило в голову, будь то столица, бизнес, магия или просто что-то увиденное в повседневной жизни. Даже самую простую историю он преподносил так, что я могла представите ее в лицах, от души посмеяться.

С Максимилианом было очень интересно вести диалог. Касались мы и серьезных тем. Он много рассказывал о своих настоящих родителях и о том человеке, что заменил ему их, помог выжить, восстановиться и устроиться в жизни. Как-то так получилось, что слово за слово я тоже выложила ему историю своего пребывания в поместье с того момента, как очнулась в этом мире. Конечно, о том, что моя душа пришлая в этом теле, я умолчала, но в остальном могла выговориться и поделиться наболевшим. Правда, почти сразу пожалела об этом, потому что чешуйчатый теперь готов был разорвать Грегори, так яростно сверкали его глаза.

— Издеваться над истинной парой, причинить ей столько боли и страданий! Это немыслимо! — ярился он, сжимая кулаки так, что будь перед ним сейчас мой муженек, дракон бы за секунду придушил его. — Но как так получилось, что ты стала истинной нам обоим?

— Ему я больше не истинная, боги забрали у него свой дар, — обтекаемо ответила я, не желая пока углубляться в детали, не пришло еще время для подобных откровений. — Зато это помогло мне скрыться от него.

— Я рад, что небеса восстановили справедливость. Грегори не достоин такого сокровища, как ты, — он подошел сзади и приобнял меня, уткнувшись носом в мою макушку. — Прости, можно я так постою немного? Мне нужно успокоиться после того, что я узнал, а ты для меня лучшее успокоительное.

Тихонько хмыкнув,