Моё пушистое величество, или Новый Год для Властелина - Алиса Чернышова Страница 67

— Это мысль, — отметил я. — Правда, тут нет подземных храмов в честь Короля Голодных… Но ладно, я что-нибудь придумаю.

В любом случае, в первую очередь надо будет прикупить бедняге Орди новый гардероб. Собственно, надо прямо сегодня встретиться с пищухой по этому поводу… Но какой же хернёй я тут занимаюсь — вместо того, чтобы решать по-настоящему важные вопросы!

— Знаешь, я не думаю, что это обязательно должен быть жуткий подземный храм, — отметила леди Шийни. — Не все разделяют наши вкусы. Всего лишь подразумеваю, что им стоило бы узнать друг друга в неформальной, возможно, слегка экстремальной обстановке, разделить уникальный опыт. Такие вещи в итоге сближают почти всегда.

Слегка экстремальная обстановка… Хм.

Надо подумать.

— На этой ноте пока что разойдёмся. Лорд Бонифаций устал; не стоит заставлять его ждать дольше.

— Ох конечно, бедняжка переутомился, флиртуя направо и налево! — фыркнул я.

В целом я ожидал, что леди Шийни в ответ посмеётся или, может, меня почешет. Но она вдруг стала какой-то… болезненно серьёзной.

— Кан, хватит.

— А?

— Хватит вести себя так, как будто я тебе принадлежу.

Я моргнул. Это…

— Мы давно играем в эту игру. Мы знаем правила. Раньше я закрывала глаза на то, что ты лезешь к моим любовникам… И да, не смотри такими глазами: я знала, конечно. Просто позволяла тебе играться, как вздумается, потому что они никогда не были чем-то серьёзным. Но Бонни — мой друг, с которым мы разделяли вопросы жизни и смерти… Постель тоже, но это всё же вторично. И осталось в прошлом. Теперь он — просто одно из близких мне существ. Прекрати создавать ему проблемы.

— Но…

— Нет, ты не будешь мне рассказывать, что он — облезший гаремный кошак. Есть ли другие аргументы? Ну знаешь, взрослые?

Я ко многому был готов сегодня, но только не к этому разговору.

— Он недостоин тебя, только и всего, — никто не достоин тебя. Ни в каком из миров!

— О, — как-то невесело хмыкнула леди Шийни. — Достоин, недостоин… Твоё величество, сколько человек в целом у тебя в гареме нынче? Уже перевалило за сорок?

Если быть ну совсем уж откровенным, я не помнил. Но…

— Нет, ещё нет! — ответил я с честными глазами.

— Ну-ну… В любом случае, это им ты можешь диктовать при желании, кто достоин чего. Не мне. У наших отношений есть границы; для нас обоих лучше будет их не переступать… Спокойной ночи, твоё пушистое величество.

36

“Спокойной ночи, твоё пушистое величество”, моя задница! Что за день такой, а? Был бы во дворце, спросил бы у придворного предсказателя, кто там в небе обо что перецепился, но вот ведь штука: судя по всему, предворный предсказатель сейчас занят составлением гороскопа для наследника-бастарда…

Дерьмо, точно. Мне же придётся как-то разбираться с младенцем. Который тут вообще ни при чём. И которому нельзя позволить болтаться поблизости при любом раскладе.

Кто бы знал, как я ненавижу втягивать в это детей!

Понимаю, что гаремная политика всё ещё играет огромную роль, знаю, что до тех пор, пока власть течёт в крови, оказии неизбежны. Но всё ещё — ненавижу.

В норме я поручил бы Лит-тиру инсценировать смерть младенца, отдать его на воспитание в закрытый орден и забыть об этом. Но надо привыкать, что у меня больше нет Лит-тира — и это примерно как потерять руку. Мне придётся самому разгребать бумаги, и держать в уме компроматы на всех придворных, и дохрена чего ещё…

И да, разумеется, нет никого, кого нельзя было бы заменить. Но должность “главного мусорщика”, как изволит характеризовать Лит-Тира тётушка, особенная в этом плане. Это на трон ты можешь хоть куклу соломенную посадить, приставив пару толковых советников; с главным мусорщиком другая история. Тут нужны опыт и интеллект, хладнокровие и цепкость, связи и целый ряд талантов. Такие люди не валяются на улице, связь с ними строится годами и не на пустом месте. Заменить кем-то Лит-Тира… Это почти как шутка, жаль только, что мне не смешно.

Даже если отбросить личное (всякая ерунда вроде дружбы в без малого три столетия длиной, взаимных спасений и интересов), на практическом уровне империя без Лит-Тира — это катастрофа. Даже если посадить за дело одного из его учеников, всё равно ущёрб будет внушительным.

Какая всё же жалость, что в нашей сфере не получится поставить провинившемуся в наказание отработку.

Эх.

— Студент Снежок, если тебе кажется, что это подходящее время и место для медитации, то тебе только кажется.

Ах да, ещё и этот.

Последний штрих в картине под названием “этот день просто не мог быть хуже”.

Впрочем, моя судьба всегда умела доказать, что хуже есть куда. В этом она ни за что не подведёт.

В очередной раз отложив подальше на полочку сознания мысли о дворце, Лит-Тире, первой жене, младенце, должности мусорщика и (ах да, куда ж без неё) великой любви, я отвёл взгляд от звёздного неба и без особенного восторга уставился на гаремного кошака.

— Идём, — бросил он.

И мы пошли, прямо сквозь тихий и тёмный парк кампуса.

Некоторое время мы молчали, но потом я решил, что мы отошли от домика леди Шийни достаточно, чтобы выпустить одного из драконов в этой комнате на свет.

— Ты знаешь, кто я, — это не то чтобы даже был вопрос. Учитывая, что он уже видел и слышал, играть в поддавки бессмысленно.

— Догадываюсь, — хмыкнул ректор. — Хотя леди Шийни не раскрыла твоё инкогнито, если ты об этом спрашиваешь. Но я знаю её давно и хорошо. На свете есть только одна мегаломаньячная задница, о которой она говорит с таким выражением в глазах.

— Ты очень смелый кот, — заметил я сухо.

“И очень тупой,” — это я придержал при себе.

Пока что.

— А, боюсь-боюсь, — фыркнул Бонифаций. — Таким образом намекаешь, что ты — страшный и ужасный дракон-император, который меня убьёт, вдруг что? Теряю от страха достоинство и штаны!

Я удивлённо посмотрел на кошака. Неужели и правда бессмертным себя считает? И упомянутым достоинством не дорожит? Я не самый обидчивый по меркам своей должности, опять же, через голову леди Шийни прыгать при нормальных обстоятельствах не стал бы, что бы она там сама об этом ни думала. Она права в том, что мы знаем