Моё имя (СИ) - Анастасия Соболева Страница 67

Квирелл даже и не пытался скрыть вздох облегчения: его щеки порозовели, поступь стала устойчивой и твёрдой, а глаза теперь уже смотрели прямо в мои.

— Какое счастье слышать это, ваше величество, — больше пропел, чем проговорил глава рода Таро, — не сомневайтесь: если вы предоставите мне такую честь, то я сделаю всё возможное, дабы никогда больше не увидеть разочарования на вашем лице.

— Весьма надеюсь на это, весьма надеюсь…

Квирелл удалился (или, скорее, убежал), и, провожая его пристальным взглядом, уже я стал пить газировку стакан за стаканом. Очевидно, что дело, которое он приходил обсудить с Лудо, никоим образом не касалось распределения зон влияния. Более того… по реакции Квирелла несложно догадаться о том, что он считает, будто правду мне знать не следует. Да и Лудо, похоже, думает точно также, ведь, как-никак, он соврал мне, когда я задал ему вопрос по этому поводу.

И как, по-вашему, я должен на всё это ответить?!

Когда же я осознал, что возле меня уже успела образоваться линеечка стаканов, и был готов перейти к тому, что обычно подают в бокалах, глашатай возвестил: «Её величество Пандора Третья Анж-Девериус…», — на это я никак не среагировал, — «а также главный советник его величества Лудо Девериус», — вот тут-то я уже обернулся, выпустив при этом бокал из ни с того ни с сего запотевших ладоней.

Под звон разбивающегося бокала и метание низенькой служанки, сразу же принявшейся вытирать разлившееся под моими ногами вино, я всё пытался понять, не обманывает ли меня слух, которым я так сильно гордился впредь до сегодняшнего дня. И, к сожалению, нет, он меня не обманывал: по мраморной лестнице действительно спускалась Пандора, поддерживаемая под руку моим старшим братом. Королева была одета в богатое лёгкое платье голубой синевы, свободно падающее волнами прямо к её длинным и изящным ногам. Кристальнобелые оголённые плечи на фоне накрученных пышных волос брали контрастом и сиянием. Длинные рукава, начинающиеся у предплечья, спускались аж до колен, свободно развеваясь при каждом её шаге. Само же платье по всей своей длине было расшито чёрно-белой ниткой, превращающей грубые и неловкие штрихи в нечто великое и внушающее. Лудо же был одет в костюм, почти полностью повторяющий мой собственный. Единственным его отличием был цвет: брат предпочёл не просто тёмный, а густо-чёрный — цвет эксильских крыльев. Не случайно, как я думаю, ведь в этом наряде, да и с распущенными волосами впридачу, он смотрелся действительно царски.

Когда Пандора с Лудо, наконец, спустились к гостям, на них тотчас посыпались сотни комплиментов по поводу стиля, наряда, пышной шевелюры и обаятельной улыбки. Скажу честно: от этого всего мне стало настолько тошно, что захотелось уединиться где-нибудь в кабинке. А вот Лудо, похоже, не чувствовал никакой неловкости и на пару с Пандорой получал истинное удовольствие от лести, направленной в их с ней сторону. Кажется, среди десятков голосов, говорящих одновременно, прозвучал и вопрос о том, почему мы с Пандорой пришли не вместе, на который она лишь мило отшутилась и махнула рукой.

Всё это время я не сводил глаз с чудной парочки в ожидании того, когда же они, наконец, заметят моё пристальное внимание. И вот, когда уже собирался воспользоваться силой королевской метки, Лудо посмотрел прямо в мою сторону, изумлённо улыбнулся и вежливо поклонился в знак уважения. После этого он нежно взял Пандору за руку и, оторвав от десятка толпившихся вокруг неё почитательниц, повёл точно в моём направлении.

— Добрый вечер, ваше величество, — поприветствовал меня брат, кивнув головой, при этом не так уж и низко.

— Хорошего вам бала, мой король, — добавила и Пандора с просто обезоруживающей улыбкой.

Да и чего ей, в принципе, быть недовольной? Ведь только что, можно сказать, сбылась её детская мечта: она — почитаемая всеми королева с практически неограниченной властью, а за руку её, впервые за столь долгое время, поддерживает именно тот, о ком она так сильно грезила с самого детства.

— Благодарю, моя королева, — решил и я слегка подыграть этому спектаклю. — С днём рождения вас и всего наилучшего. А о хорошем бале… Пока что это слегка трудно представить, но я уверен: он тут же станет замечательным, как только мой любимый братец объяснит, что за дерьмо он сейчас вытворяет.

— Ваше величество, это слово… Простите мою грубость, однако, я считаю, что стоит избегать употребления столь грубой лексики на светских мероприятиях.

— Да мне глубоко плевать на то, что ты там считаешь. Сейчас же объяснись. Я пригласил тебя сюда сопровождать меня, однако вдруг, ни с того ни с сего, ты появляешься здесь под руку с женщиной, вот уже одиннадцатый год носящей мою фамилию. Что. Всё. Это. Значит.

— Мой король, — сказал Лудо, подняв руки вверх то ли в попытках объяснить мне что-либо, то ли защититься, — боясь даже предположить, что вы, возможно, не так поймёте мои действия и намерения, я сейчас же всё проясню.

— Ну так давай, я весь внимание.

Подготовив дыхание, Лудо выпалил следующую, словно заученную наизусть задолго до этого, скороговорку.

— Ваше величество, всё, что я делаю, — исключительно ради вашего блага. Представьте сами, что было бы, если бы госпожа королева появилась сегодня на банкете в полном одиночестве? Половина Анжей и так уже скалит на вас зубы, а, соверши вы столь грубую ошибку, то наверняка настроили бы против себя и вторую. Началась бы межклановая война, и другие семьи, совершенно точно, не остались бы стоять в стороне. Разве нужны вам все эти проблемы? Я предположил, что нет. Наше с королевой совместное появление, конечно же, заставило многих удивиться… Однако, согласитесь, что «удивиться» куда лучше, чем «возненавидеть» столь открыто пренебрегающего многовековыми традициями короля.

— Да как ты смеешь, Лудо Девериус? Не забывай, с кем сейчас говоришь!

— Не беспокойтесь об этом: вашими стараниями я хорошо запомнил своё место, ваше величество, — упоминание о произошедшем между нами не столь далёком конфликте, заставило меня слегка усмирить свой гнев и ярость, так как с того самого раза я усвоил, что они в жизни далеко не самые лучшие советники да союзники.

— Ты должен был сообщить мне обо всём заранее. Это ведь не спонтанное решение, не так ли? Так почему ты скрывал от своего короля нечто настолько важное?

Лудо замолчал, перебирая в голове