Опороченная истинная Дракона. Заброшенное поместье попаданки - Анна Кривенко Страница 61

Кайрен увидел поднявшегося врага и ответил такой же вспышкой. Чешуи на его теле возникло ещё больше, когти удлинились, зубы во рту заострились.

Они встали друг против друга в воинственных позах — два диких зверя, делящих одну самку.

А эта самка, то есть я, стояла в шоке, оказавшись между двух огней. Ведь я ни одного из них видеть не хотела. Оба — мои враги, противники, те, кто причинил мне слишком много зла.

— Мирослава, — прорычал Кайрен, не сводя взгляда с Ашера. — Я пришёл за тобой. Мы возвращаемся домой!

Я отступила, сделав несколько шагов назад и этим показывая свой внутренний протест. Ашер, следивший за мной краем глаза, самодовольно усмехнулся и снова посмотрел на Кайрена.

— Ну вот видишь, ты нужен ей, как собаке пятая нога. Уходи. Эта девушка больше не принадлежит тебе. Она моя. Я взял её!

Последняя фраза заставила меня впасть в ступор и покраснеть. Он утверждает, что спал со мной? Открыто лжёт, чтобы разозлить моего истинного?

И Кайрен разозлился. Его глаза начали наливаться яростью.

— Я убью тебя за это! — зарычал он, обнажая заострённые зубы.

А я поняла, что ненавижу их обоих. Почему же я приняла своего истинного за Рена? Потому что сильно его ждала?

Боже… Рен, где же ты? — вырвался изнутри безмолвный крик отчаяния.

И вдруг Кайрен вздрогнул. Его лицо изменилось. Агрессия сползла с него, уступив место недоумению и какой-то боли.

Он повернулся ко мне, будто растеряв весь свой воинствующий запал. Посмотрел мне в глаза — и я ошеломлённо сглотнула.

Боже, как же похож на Рена! То же выражение глаз, поза, движения, волосы, в конце концов — только лицо другое.

Что происходит? Почему моё сердце переворачивается в груди? Почему меня тянет к нему, как к тому, кто мне нужен?

Это действие магии истинности? Она пытается поработить меня собою?

Нет. НЕТ. Я не хочу никакого рабства. Я не выбираю Кайрена. Он мне не нужен!

И тут Ашер подал голос:

— Я вызываю тебя на дуэль, Кайрен. Дуэль за обладание этой женщиной. Кто победит — с тем она и будет.

Всё внутри меня опустилось помимо воли. Дуэль — страшное слово.

Нечто подобное, пусть и неофициально, происходило между Ашером и Реном в заброшенном поместье. И тогда Рен проиграл. Он был слишком слаб.

Но теперь, прожив здесь некоторое время, я знала, что означает вызов на дуэль среди драконов… Это ничего хорошего не сулит.

Вызов на дуэль был официальным способом разрешить споры между драконами. Однако зачастую это заканчивалось смертью или тяжелейшим ранением одного из них, после которого дракон мог и не оправиться. Например, если дракону обломать крылья, в половине случаев они просто больше не вырастут — он теряет возможность летать, становится калекой.

Я уже молчу о том, что нередки при этом медленные, мучительные смерти. Поэтому вызов на дуэль показался мне чудовищным решением… хотя, возможно, мне бы и стоило желать, чтобы они ослабили друг друга.

Впрочем, ни одному, ни другому я не желала зла. К тому же наваждение от сходства Кайрена с Реном немного поутихло.

Ашер с вызовом смотрел в лицо моему истинному. Тот ответил ему холодным кивком. Ну да, благородство превыше всего — отказаться от дуэли означало лишиться чувства собственного достоинства и самоуважения.

На улице смеркалось. Кажется, был вечер.

Слуги высыпали из здания, прячась за колоннами и стоя поодаль. Битва драконов обещала быть фееричной и крайне опасной. Наверняка пострадают сад, аллеи, возможно, даже само здание поместья. Но драконов сейчас это интересовало мало.

Выскочили также жёны Ашера. Они замерли на пороге с ужасом, всматриваясь в обезумевшую пару мужчин.

Те разошлись в разные стороны, как того требует регламент дуэлей, и быстро приняли свою животную форму.

Это было величественное зрелище. Огромные, сильные рептилии начали рычать друг на друга. А я поражалась в который раз: Кайрон в обороте выглядел точно так же, как Рен… и это не укладывалось в голове. Тот же цвет чешуи, та же форма крыльев — словно брат-близнец.

Я ничего не понимаю. Это совершенно разные драконы, два разных мужчины. Один жестокий и грубый. Второй — ласковый, нежный, любящий…

Но так похожи!

Я почувствовала глубочайшее смятение. Настолько сильное, что даже не заметила, как дуэль началась.

Очнулась лишь тогда, когда драконы уже вцепились друг в друга, поднимаясь в воздух. От взмахов их крыльев на поверхность земли обрушились мощные потоки воздуха. Они ломали ветви деревьев, срывали с них последнюю листву.

Драконы кружили в воздухе, сцепившись когтями и крыльями. Они сталкивались так яростно, что воздух вокруг дрожал, словно натянутая струна. Снопы искр разлетались от ударов когтей об бронированную чешую. То один, то другой взмывал выше, пытаясь получить преимущество, но противник тут же тянул его вниз.

Рычание, хлёсткие удары крыльев — всё слилось в сплошной хаос. Было невозможно понять, кто побеждает. Противники были слишком быстры, слишком яростны и слишком безумны

Один раз чёрная тень, кажется, Ашер, резко скрылась за деревьями, но тут же, взревев, вырвалась обратно и ударила Кайрена хвостом, отбросив его в сторону. В следующий миг мой истинный подмял соперника под себя и вонзил когти в бок. Драконы вертелись в воздухе, будто две шаровые молнии, переплетённые в смертельном танце.

Слуги не переставали вздрагивать и восклицать, жёны Ашера вскрикивали при каждом ударе.

И вдруг — в какой-то миг — Ашер резко отвалился. Будто невидимая сила отбросила его в сторону. Он дёрнул крыльями, пытаясь удержаться в воздухе, но те работали слишком неуклюже.

Он начал снижаться, судорожно взмахивая лапами. Меня передернуло, когда я увидела потёки крови по всему его телу.

Ещё один взмах. Ещё. И…

Раздался грохот.

Огромная туша дракона рухнула где-то в дальнем краю сада, разметав мраморную плитку и кусты. Женщины Ашера в ужасе завизжали и, сорвавшись с места, бросились туда вместе с несколькими десятками слуг.

А я смотрела на Кайрена и только на него.

Он продолжал парить в воздухе и как раз повернул свою драконью морду в мою сторону.

Казалось бы, что можно прочесть по глазам дракона? Ничего. Но я всей душой почувствовала: он рад. Он торжествует.

И это была не злая радость победителя. Это была радость того, кто с трудом, но всё-таки смог добиться справедливости.

Ведь по всей справедливости я принадлежу ему. Я — его истинная.

Вздрогнула.

Нужно бежать, спасаться. Прятаться от него!

Но сдвинуться с места я не могла.

Наконец