Госпожа Злодейка уходит в тень - Анна Герасименко Страница 61

горах, попали под дождь и укрылись в заброшенной шахте. Чтобы не скучать, ожидая, пока кончится дождь, они решили полазить по пещере. И вот в одном из пароходов Дин Синь нашёл тайник с крупным и необычайно красивым драгоценным камнем. Парень обрадовался, потому что теперь смог бы купить землю, дом, тоже жениться и остаться в долине рядом с другом, но Шиу решил, что Синь, как хороший друг, должен подарить камень ему на свадьбу. Они поссорились, Синь упёрся и не уступал, Шиу вспылил и толкнул друга головой на булыжник, потом испугался того, что сделал, и убежал. Бытовуха, короче. Синь медленно умирал и его душа переполнилась обидой и гневом, порождая тёмную Ци. Через несколько дней Шиу вернулся, чтобы забрать драгоценный камень, но Синь уже стал мстительным призраком и напугал его до мокрых штанишек.

— Возьмите камень себе, благородные заклинатели, — сказал уже вполне обычный призрак, — в благодарность за вашу работу. Мне всё равно некому его оставить. Мне очень жаль, что так вышло, я не хотел становиться чудовищем и пачкать свою душу злодеяниями, я не хотел гневить Горного Духа. Я просто хотел, чтобы у меня хоть что-то было. Что-то своё, что-то ценное. А Шиу сказал, что нищие не знают, что делать с богатством и что я всё равно всё растрачу и потеряю, как мои родители во время наводнения… что начну пить и гулять как мой отец… Может, это и правда так, я вот только взял сокровище в руки и сразу умер… Надеюсь, моё тело похоронят рядом с родителями.

— Мы проследим, — пообещала Цяо Янмэй.

37. Если друг оказался вдруг…

— Тварь, а не друг! — бурчала под нос Цяо Янмэй, когда мы шли к выходу из шахты, история Дин Синя её задела, всколыхнув в душе не самые приятные воспоминания. — И семейка эта Пан, я уверена, вся такая же, не сам же этот Шиу эту херню про нищих и богатство придумал. Сироту они приютили, как же! Небось работать заставляли с утра до ночи, обзывали неблагодарным и попрекали куском хлеба! Не зря он в город уехать собирался, не от хорошего отношения точно! Когда мы с братьями жили на улице, тоже видели таких благодетелей, вроде и еду тебе всучат, и одежду, и улыбаются ласково, а всё равно чувствовалось, что за человека тебя не считают, крыса ты для них помойная, не больше, просто перед другими делают вид, что все из себя такие праведные и благородные!

По наводке призрака мы нашли тело погибшего парня и поместили его в специальный артефакт, предназначенный для транспортировки подобного печального груза. Жизнь праведного заклинателя полна опасностей и закончиться может в любой момент, поэтому покрытые стазисными символами и печатями деревянные ящики имелись у нас у всех, и мы все очень надеялись, что они никогда не пригодятся для наших друзей и близких. Сейчас деревянный ящик плыл за нами по воздуху, управляемый Лю Ланфэнь, поникший призрак сидел на нём и грустно бормотал что-то про то, что скоро встретит родителей, которые наверняка отругают его за такую раннюю смерть.

Драгоценным камнем оказался сапфир с перепелиное яйцо размером, действительно сокровище. Когда мы вышли из пещеры, Лю Ланфэнь рассмотрела его в свете заходящего солнца и сказала:

— Идеальная структура, ни одного изъяна, такой можно и императору подарить, но лучше использовать для изготовления артефакта высшего уровня.

До деревни мы долетели на мечах и вызвали среди жителей немалый переполох. В первых рядах встречать нас вышел староста, и всё завертелось. Господин Лао, как старший и главный в нашей внезапной командировке, взял общение с местным населением на себя. Лениво обмахиваясь веером, он скучающим голосом поведал, что мы поговорили с горным духом, нашли причину её недовольства в виде мстительного призрака и справились с ним.

— Результат, многоуважаемый староста может видеть сам, — изящный взмах в сторону призрака, тот продолжал стоять рядом со своим телом и не обращал внимание на окружающих людей, похоже уже потихоньку отрывался от этого мира и уходил в потусторонний.

Рассказ о том, как Дин Синь дошёл до такого состояния, вызвал у местных бурю негодования.

— Мой Шиу не мог так поступить! — безапелляционно заявила женщина средних лет, видимо, мать. — Это всё обман!

— И кто же вас здесь обманывает? — бесстрастный голос господина Лао приобрёл холодные