Неугодная хозяйка драконьего поместья - Наталья Гордеевская Страница 6

Я на секунду задумалась, а потом до меня вдруг дошло:

— Это курица их раньше отпугивала! Вот они и не совались сюда! А мы ее выпустим обратно, они и не сунутся больше.

Женщина с сомнением покосилась на ворота.

— Ну, если вы так уверены…

— Более чем, — улыбнулась я. — Кстати, посмотрите, что нашлось в подвале!

Я продемонстрировала ей открытую банку варенья. Нянюшка недоверчиво оглядела запыленную емкость.

— Это хорошая новость, — согласилась она, слегка даже расслабившись. — А я принесла с базара немного хлеба и яблок.

Достав из корзинки внушительный ломоть, она отломила щедрый кусок, полила его вареньем и протянула мне.

— Ешьте, — приказала строго.

Я с удовольствием вгрызлась в теплый хлебный бок. Нянюшка отломила кусок и для себя.

Какое-то время мы задумчиво жевали, оглядывая масштабы трагедии в виде зарослей сорняков на обширном дворе поместья.

У меня заранее заболели руки. А ведь перчаток, полагаю, тут не водилось… оставалось надеяться, что найдется хотя бы тяпка.

Я видела какие-то сараи на заднем дворе.

Но это потом. Сначала следовало облагородить жилые комнаты.

После завтрака мы принялись за уборку. Кладовка нашлась в кухонном закутке. На тряпки пустили мое старое платье.

Я вымела грязь из углов спальни и прихожей, затем сообща мы сняли пыльные шторы, чтобы развесить их на улице для проветривания.

Пока нянюшка оттирала перила лестницы, я намывала окна. Меня хватило на два, и я выдохлась.

Окна тут были просто огромными. Кажется, что не мыли их вообще никогда.

Промелькнула предательская мысль, что неплохо бы хулиганы разбили их все…

К вечеру мы были без сил. Кое-как вымылись, поужинали остатками хлеба с ветчиной и упали в кровать.

Я с ужасом думала о том, что мы не прибрали и пятой части всего бардака. Еще минимум неделю корячиться.

Ну что ж, если хотим жить в чистоте, то придется постараться.

К тому же я совсем забыла про герцога. А также про курицу и про чертов камзол…

Осознание пришло слишком поздно, уже утром, когда снаружи послышался зловещий цокот копыт.

Кое-как поднявшись с кровати, я доковыляла до окна. Всё тело болело после вчерашних упражнений с ведром и шваброй.

Герцог величественно въезжал во двор верхом на вороной лошади.

Тревожно сглотнув, я накинула халат и отправилась встречать дорогого гостя.

И снова этот ледяной, пробирающий до костей взгляд… словно я ему денег должна и не отдаю.

Опасливо замерев, я уставилась на его руку. В ней тряпицей болталась курица, не подававшая признаков жизни.

Спешившись, мужчина швырнул птицу на крыльцо.

Мой взгляд невольно опустился в район герцогского ремня.

Стало кристально ясно, что мне конец.

8

Я посмотрела на курицу у своих ног. Та лежала так, словно и вправду претендовала на место в суповом наборе.

И отчего-то вдруг накатила непрошеная жалость. А ведь курица не сделала мне ничего плохого. Ну орала, подумаешь… за что ж так с ней?

Получается, я не лучше этого сумасшедшего герцога. Поэтому я наклонилась, подняла бездыханную тушку и прижала к груди.

Та вдруг напряглась. Стало понятно, что не такая уж она и бездыханная…

Я посмотрела на нее, птица на меня. Причем взгляд ее был недоверчивым и испуганным.

Последнее заставило меня не отшвырнуть от себя хитрое пернатое. Наоборот, я успокаивающе погладила ее по голове, как сумасбродную кошку.

Курица зажмурилась и замерла от неожиданной ласки.

Герцог смотрел на эту идиллию с изрядной долей скептицизма.

А потом протянул:

— Это что? — я проследила за его взглядом. Хотя было понятно и так, куда он направлен.

Мое самодельное пугало возвышалось недалеко от крыльца. Вчера я еще и ведро на него нацепила вместо головы, на котором углем нарисовала злобную рожу.

Чёрт… по спине пробежался неприятный холодок. Поглаживания курицы стали интенсивнее.

— А это, — протянула я тонким голоском, — инсталляция! Эм… оберег, понимаете, от нечистых духов, а то ходят тут всякие, да и слухи о поместье нехорошие. Вот, решила обезопаситься.

Мои оправдания не произвели на него должного впечатления. Курица приоткрыла глаза и смотрела на меня очень странно.

Стало ясно, что нужно срочно придумать что-то более правдоподобное. Но, как назло, в голову ничего не шло.

Судя по тяжелому взгляду герцога, вряд ли его вообще сейчас что-то убедит. Он явился карать.

— Я велел, чтобы ты почистила мой камзол, — бросил тот, как ударил наотмашь, — а ты что натворила?

Я почувствовала себя нашкодившей первоклассницей, которую отчитывают за испачканную форму.

Мне это совершенно не понравилось. Но рядом с этим мужчиной так было всегда.

Я сделала над собой гигантское усилие, чтобы не сорваться и не начать перепалку.

— Постираю, — пробормотала сдержанно, — просто вчера не было времени, видите, — я сделала широкий жест рукой, — мы прибирались.

Мужчина не удостоил взглядом ни чистых окон, ни подметенного крыльца, ни отдраенных дверей. Ему было всё равно.

Он продолжал смотреть на меня так, словно я была его личным врагом. Но мне просто необходимо было убедить его в обратном. Это вопрос моего будущего. Поэтому я сдержанно выдохнула, выпрямила спину и посмотрела на мужчину максимально примиряюще.

А вдруг как мой открытый взгляд и мягкая улыбка растопят его сердце.

Но надежды не оправдались.

— Я дал приказ, — снова послышался ледяной голос, — ты его не выполнила.

С этими словами мужчина снова потянулся к своей пряжке. Мое сердце екнуло, а колени задрожали, когда с жутковатым свистом ремень выскользнул из брюк.

Герцог шагнул навстречу.

Мне стоило невероятных усилий остаться на месте. Я только теснее прижала к себе курицу и на секунду зажмурилась в ожидании удара.

Но потом распахнула увлажнившиеся от испуга глаза и твердо уставилась на него снизу-вверх.

— Вы хотите меня ударить? — спросила дрожащим голосом.

— По-другому ты, видимо, не понимаешь. Тебе нужна тяжелая мужская рука.

— Не понимаю? Так вы даже не попытались ничего объяснить! Только угрожаете и зубами скрипите, — мой голос надломился, в нем послышались слезы.

Курица подняла голову и тоже смотрела на герцога. Мне почудилось, что и ее глаза влажно заблестели.

Мужчина поджал губы. Он словно о чем-то раздумывал. Я поняла, что это шанс.

Герцог прислушался, а значил, не безнадежен.

— С этим поместьем что-то не так, верно? — поинтересовалась я вкрадчиво, — нам вчера разбили окно… а еще нянюшка ходила в деревню и наслушалась там всякого. Вы поэтому не хотите нас здесь видеть?

— Вас никто не тронет, если Матильдергон будет на