Рэдсон - Лорен Донер Страница 6

— Первый раз он укусил, когда мы сбежали в горы. Там было так холодно, что все животные ушли из района. Мое выживание зависело от его самочувствия. Между прочим, он нес меня на руках три ночи подряд, — она добавила еще один палец. — Второй раз произошел во время поселения в городе. Некоторые вампиры стали относиться к нам с подозрением. С помощью отметин мы убедили их, что я была всего лишь кровавым рабом. Иначе нас объявили бы преступниками, ведь человек и вампир не могут жить вместе, не говоря уже о родственных связях, — Эмма подняла третий палец. — И последний раз был четыре дня назад, когда нас окружили. Мы пытались одурачить вампиров и вновь изобразить отношения между мастером и рабыней крови. Я никогда не была для него источником пищи. Он любит меня.

Парень выгнул одну бровь.

— Отлично. Святой кровосос. Довольно редкое явление. Зачем вампиры объявили на тебя охоту? Почему ты вынуждена просить защиты?

— Мой дедушка сбежал из собственного гнезда, чтобы спасти меня. С тех пор мы в розыске.

— Подробности? — он скрестил руки на груди. — Я заслуживаю знать, во что вляпался.

Эмма замешкала.

— Моя мама была такой же, как ты… вамп-ликаном. После ухода с Аляски дедушка поселил ее и несколько представителей твоей расы в безопасное место. Не все остались здесь, когда ликантропы решили, что не хотят жить рядом с вамп-ликанами.

— Неправда.

— Какая часть? — она склонила голову, пристально глядя на мужчину. — Что ликантропы свалили после того, как первый из вас достиг подросткового возраста и начал захватывать власть? Или что стаи чувствовали себя здесь нежеланными гостями?

— Все вамп-ликаны остались.

— Ошибаешься. Моя мать ушла. И не только она. Многие отказались бросать своих матерей в стае, но из этого ничего хорошего не вышло. Через год или около того их пути разошлись. Проблемы с доминированием. Стаи запутались в том, за кем следовать. Мой дедушка нашел для них безопасное место в крошечной общине за пределами гораздо более крупного города. Он присматривал за ними… пока однажды ночью стаю не атаковали вампиры.

Здоровяк перед Эммой нахмурился.

— С чего он так беспокоился о них?

— Моя мать была его дочерью. А остальных вамп-ликанов он знал с момента их рождения. Он оберегал каждого. В итоге, когда вампиры пришли за вамп-ликанами, он спас меня. Его гнездо нарушило приказ и обратилось за помощью к чужому гнезду, чтобы превзойти вамп-ликанов и ликантропов численностью.

— Что произошло с твоей матерью?

— Она понимала, что не сможет отбиться от вампиров со мной на руках. Слишком большой риск потерять меня. Мне было всего четыре года. Поэтому она устроила отвлекающий маневр, дав дедушке достаточно времени, чтобы доставить меня в безопасное место. Он был старше всех вампиров, поэтому сумел сбежать. К тому же они охотились не на него.

Черты его лица смягчились.

— Прости. Как я понимаю, у нее не получилось выжить?

— Нет, — Эмме всегда было больно вспоминать о матери. — Она вместе с тремя вамп-ликанами так и не добрались до убежища в горах, которым владел дедушка. Именно туда они планировали отправиться в экстренной ситуации. Мы прождали два года, но гнездо нашло нас, поэтому мы опять отправились в бега. Если бы она выжила, то обязательно пришла бы. Сначала в нас теплилась надежда, но потом пришло смирение.

Он снова принюхался.

— Ты пахнешь как чистокровный человек.

— Вся в отца. Хотя от мамы я все же унаследовала несколько качеств.

Его глаза скептически сощурились.

— Какого рода? Ты довольно миниатюрна и выглядишь очень слабой.

— Вау. Почти не оскорбление, — Эмма нахмурилась.

Он тоже нахмурился в ответ.

— Я не хотел задеть тебя.

Эмма чуть не фыркнула, но воздержалась, так как нуждалась в его помощи.

— Я не изменяю форму или что-то в этом роде. Хотя ночное зрение лучше, чем у обычных людей. Слух тоже лучше. Еще у меня ускоренное исцеление, из-за чего в школе были неприятности.

— Ты ходила в школу?

— Ну мне же нужно было получить хоть какое-нибудь образование. Дедушка отправил меня в школу.

Парень был удивлен.

— С людьми?

— А с кем еще? Ты когда-нибудь слышал о специальной школе, в которую принимают таких, как я? Мне было всего четыре года, когда я потеряла мать.

Он пробежался взглядом по ее телу.

— Какие еще черты ты унаследовала? — внезапно он укусил себя за палец и поднес тот к носу Эммы. — Чувствуешь запах? Открой чертов рот.

Шок от его действий заставил Эмму автоматически открыть рот. Парень наклонился, заглядывая внутрь.

— Клыков нет, — затем он выпрямился и стал рассматривать ее руки. — Никаких ожогов от солнца.

— У меня нет никаких вампирских черт, кроме быстрого исцеления. Хотя может данная особенность от ликантропа.

— Перестань называть их так. Правильно — ликаны.

Эмма сделала мысленную пометку.

— Прости. Я не хотела обидеть тебя. Дедушка говорил, что вам нравятся старые названия. Я постараюсь исправиться. В общем, я быстро выздоравливаю. В семь лет мне довелось получить двойной перелом руки. Врач заявил, что я прохожу в гипсе несколько месяцев. Дедушка отвез меня на обследование через две недели, из-за чего у доктора чуть не случился инфаркт. Переломы полностью срослись. Дедушке пришлось применить контроль над разумом и приказать ему забыть, что мы когда-либо встречались.

— У тебя вообще растет мех?

— Нет. Я же говорила, что не умею менять форму.

Он взял ее ладонь, изучая кончики пальцев. Эмма позволила. Он имел право знать, куда ввязывался, соглашаясь на ее защиту. Парень наверняка беспокоился о своей шее. Большинство вампиров были ужасными существами, склонными вгрызаться во все живое. Только ее дедушка был исключением. Могущественный мастер, созданный кем-то тысячелетней давности и контролирующий свои побуждения.

— У меня нет когтей.

Он отпустил ее руку.

— Еще какие-нибудь черты?

Эмма замешкала.

— Мне сорок лет.

Парень немного побледнел.

— Выглядишь вдвое моложе.

— Я старею медленнее. Неприятно, когда тебе отказывают в обслуживании в барах. Плюс с современными технологиями становится все труднее получать поддельные удостоверения личности.

Он издал тихий рык.

— Согласен.

— Ты тоже сталкиваешься с такими проблемами? Сколько тебе лет? — Эмма не заметила морщин на его лице. На вид ему было около тридцати, но внешность весьма обманчива, когда дело касалось таких существ. Ему могло быть около ста или двух ста. Ее дедушке было больше четырех столетий, тем не менее как-то раз ему отказали в продаже сигарет. Конечно, дедушка вообще бы никогда не состарился. Вамп-ликаны старели, но гораздо медленнее, чем люди. Исключение составляли только те особи, в которых преобладали вампирские черты.

— Старше тебя, — он оглядел лес. — Пойдем. Через час