Ранняя пара для Дракона - Анна Кривенко Страница 57

— Эрик, как ты себя чувствуешь? Тебе больно? — прошептала я.

Он вздрогнул от звуков моего голоса, еще раз пробежался взглядом по моим чертам лица, а потом немного хрипло произнес:

— Прекрасная девица, кто вы???

***

Мадлена. Где же мы???

Я очнулась от дикой тряски. Начало тошнить, сильное головокружение не позволяло открыть глаза.

Но я их открыла и с трудом различила над собой… рваный брезент какой-то несуразной повозки.

Эта повозка, похоже, налетела на камень, и меня, как мешок, подбросило вверх, тут же опустив на грубое и шершавое дно и оставив на моем теле еще несколько ссадин.

Я сжалась, корчась от боли и лихорадочно пытаясь вспомнить, что со мной произошло.

Вдруг в памяти всплыли ужасающие образы: стая уродливых невоплощенных горгусов окружила нас с госпожой и Ренатом, а потом… нас утащило в огромный магический портал!

Помню, что время в нем словно остановилось. Полнейшая тьма окутала и тело, и душу, и весь разум в тот момент помутился. И вот теперь я здесь.

ГДЕ ЖЕ Я???

Присев, я начала оглядываться и увидела у себя в ногах… бездыханного Рената.

Невольно вскрикнув, я подползла к нему и припала ухом к его груди, в надежде услышать сердцебиение.

Оно было, и я облегченно выдохнула.

Однако, поднявшись и внимательно его оглядев, я заметила, что дракон… серьезно избит. Над виском кровь, одежда разорвана, на обнажившейся груди огромные ссадины, а два пальца на правой руке неестественно вывернуты.

Как такое может быть? Усиленная регенерация драконов должны была синяки и ссадины уже хотя бы немного подлечить!

И вдруг я заметила на шее Рената тонкую полосу черного металлического ошейника.

Ошейник, подавляющий магию!

У меня все внутри похолодело. И хотя я не особенно разбиралась в таких вещих, но моя любознательная госпожа, любившая поделиться со мной разными своими магическими историями, не раз рассказывала о том, что существуют артефакты, способные заблокировать магию драконов и других существ на очень долгий срок. Правда, эти артефакты очень опасны и вредны для здоровья, поэтому их применяют только для очень опасных преступников. По сути, широкое использование таких ошейников в королевстве Малайя категорически запрещено, а вот другие государства имели иное мнение на этот счет…

Но какое нам дело до чужих порядков? Никакого! Если только мы по каким-то причинам сейчас не на чужой земле!

А эта шальная мысль набросилась на меня, как стая собак: мы вошли в портал, созданный горгусами, и очутились в мерзкой повозке и с ошейником на шее Рената… Вдруг мы на их земле???

Но… где же госпожа???

Я начала лихорадочно оглядываться вокруг, однако больше в повозке никого не оказалось.

Бедная девочка! Где же она???

Едва справившись со своими чувствами, я постаралась успокоить себя тем, что госпожа моя сильная магесса и может за себя постоять, да и лорд Эрик наверняка придет к ней на помощь. А сейчас нам нужно с Ренатом выбираться из этого ужасного места.

Я еще раз взглянула на дракона, показавшегося сейчас таким беспомощным и… несчастным, и тут же растеряла все свои обиды на него и попыталась привести его в чувство.

— Ренат! Ренат! — зашептала я, слегка похлопывая его по щекам. — Ренат, очнись!

Надо же, помогло с первого же раза!

Дракон застонал и слегка приоткрыл веки. Увидев мое лицо, склоненное надо собой, он замер и долго смотрел мне в глаза.

— Если ты собралась соблазнить меня, человечка, то забудь об этом! — вдруг пробормотал он. — Я не поведусь!!!

И хотя говорил он это очень спокойно и даже мягко, его оскорбительные слова меня тут же задели, и я обиженно скривила губы.

— Ну вот, умеешь ты все испортить! Надо было оставить тебя без сознания! Когда ты лежишь весь такой беспомощный, как мешок с соломой, в тебе еще можно найти хоть что-то приятное, но как только откроешь глаза и рот, то вдруг все оказывается из рук вон плохо!

Старая добрая словесная месть!

Но только сейчас, по-моему, совсем не место для препирательств!

Наверное, Ренат тоже об этом подумал, а может, просто вспомнил, что с нами произошло, поэтому он резко дернулся и попытался сесть.

Я стремительно отодвинулась, чтобы он не врезался в меня, но, когда он застонал и схватился рукой за свой бок, я тут же непроизвольно юркнула ему под руку, чтобы поддержать.

От этих прикосновений что-то остро заныло под левой ключицей, а потом настоящий жар потек из того места, растекаясь под кожей, как расплавленная лава. С недавнего времени там появилось странное родимое пятно в виде каких-то несуразных завитушек. Спросить у госпожи, что это такое, я не успела (было не до того), а эта огненная ящерица рассказывать мне решительно отказалась.

Я невольно мысленно унеслась в тот момент, когда Ренат разорвал мое платье и увидел это пятно, и мне стало остро не по себе. Он смотрел на него такими изумленными, нет, ошарашенными глазами, что я заподозрила нечто неладное. Это как-то связано с ним? Или это болезнь какая-то? Я тогда возмущенно прикрылась и потребовала объяснений, но он отвернулся, превратившись в окаменевшую обозленную статую, и ничего мне сказал…

И вот сейчас от этой странной метки меня бросает в жар.

Однако Ренат тоже дернулся и инстинктивно потянулся к своему плечу.

И вдруг я увидела его: точно такое же пятно с нечеткими вензелями — под левой ключицей огненного дракона.

— Что это??? — прошептала я резко охрипшим голосом. — Почему у тебя такое же родимое пятно???

Ренат вздрогнул, но потом раздраженно поджал губы.

— Это не важно, человечка! — пробурчал он. — Поверь, скоро они исчезнут! Я найду способ…

Не знаю почему, но я неожиданно почувствовала печаль. Странную, острую и совсем мне не принадлежащую, как вдруг повозка резко остановилась, заскрежетав, как раненый зверь, а я возвратилась к нашей неприглядной реальности и испуганно прошептала:

— Ренат! Где мы?

— В плену, — прошептал он мрачно. — В плену у горгусов…

Глава 32

Милания. Эльфийское гостеприимство...

— Прекрасная девица! Кто вы?

Эрик выглядит искренне удивленным, рассматривая меня своими огромными красивыми глазами, а у меня от ужаса все замирает внутри…

— Эр-рик… Эрик, ты… меня не помнишь? — мой голос опускается до болезненного шепота, а сердце начинает не просто стучать, но и болезненно вздрагивать.

На лице лорда появляется некоторое замешательство, и он мысленно уходит в себя. Потом