Колдовской час - Хлоя Нейл Страница 57

— Члены моего клана не создавали вампира поневоле. — Он посмотрел на меня. — Твои преступления, нарушение тобой наших правил, будет рассмотрено старейшинами нашего клана и вампиров.

Мой взгляд ничего не выражал. Я не была настолько наивна, чтобы поверить, будто слушание будет справедливым, когда Кэш и Эверетт составят две трети присяжных.

— Будет вынесено решение, — продолжал Кэш, — и назначено наказание.

— Элиза находится не в вашей юрисдикции, — сказал Коннор, теперь его голос был деловым. — Она не из Стаи.

Коннор слишком поздно понял, что загнал себя в ловушку. Откровенное признание, что его романтический интерес не походил на него, на его семью, на его Стаю. И, что более важно, что она была посторонней, которую Коннор вовлек в деликатные дискуссии клана.

Улыбка Миранды стала шире.

— Она не из Стаи, — повторил Кэш. — И все же она здесь, сопровождает тебя на территории клана. — Он посмотрел на меня. — У тебя есть выбор. Она подчиняется нашей юрисдикции и заседанию, либо мы можем решить ее судьбу без твоего участия. Выбор за тобой.

— Ты выжил из ума, черт возьми? — Голос Джорджии был громким, прорезав шумную толпу и заставив ее замолчать. — Клан разрушает себя изнутри. Кто-то убивает наших соплеменников, нападает на людей, и ты хочешь обрушить на нас гнев Стаи и Дома Кадогана, потому что эта девушка спасли жизнь Карли? Я думала, мы здесь для того, чтобы устроить им выговор, а не для того, чтобы обеспечить нам чертово уничтожение.

— Ты действуешь мягко, потому что ты член его семьи, — сказал Эверетт. — Я считаю, что тебе не следует участвовать в этом обсуждении.

— Тогда давайте все поблагодарим богов, что тебя никто не спрашивал. В этом обсуждении должен участвовать кто-то хоть с каплей чертового здравого смысла. — Она посмотрела на Кэша. — Я не соглашусь на обоюдное гарантированное уничтожение.

— Ты в меньшинстве, — произнес Кэш. — Пора нам занять жесткую позицию.

Ее брови взлетели вверх.

— В отношении Стаи?

— В отношении, кто не уважает наши правила и угрожает нашему образу жизни, — ответил Кэш.

— В отношении сына Апекса? — наседала Джорджия.

Взгляд Кэша метнулся к Миранде, выражение лица которой стало напряженным. И я догадалась, что Кэш пришел к этому маленькому плану не сам. Миранда, которая хотела Коннора — и Стаю, возможно, теперь еще больше — сделала свой первый настоящий шаг.

Через мгновение Кэш посмотрел на меня.

— Тебе есть что сказать или нет?

Я сказала Коннору, что доверяю ему, но мне было что сказать. Нам нужно было серьезно поговорить на тему отношения к людям как к сопутствующему ущербу и полного отсутствия власти клана надо мной. А если слов будет недостаточно, я поговорю при помощи стали.

Я открыла было рот, но меня прервали.

— Я забыл упомянуть, — произнес Кэш. — Если она не готова согласиться на наши условия, я с удовольствием призову Обсидео.

Мне не был знаком этот термин, поэтому я взглянула на Коннора, чтобы узнать, понял ли он. Судя по его разъяренному выражению лица, я догадалась, что он понял.

— Что за Обсидео? — спросил Ронан, нахмурив брови.

Улыбка Кэша была неубедительной.

— Не хочешь объяснить, Коннор, поскольку ты наш доморощенный эксперт Стаи?

— Устаревший закон Стаи, — бросил Коннор, не глядя на Ронана. — Во время кризиса члены Стаи могут вызвать представителя Апекса. Этот представитель обязан явиться и помочь в разрешении ситуации. — Его глаза потемнели. — И он обязан оставаться, пока кризисная ситуация не разрешится. — Он перевел глаза на Миранду, пригвоздив ее взглядом.

— Магически привязанный, — сказала она, и улыбка ее была подлой. — И как удобно, что ты уже здесь.

Коннор снова посмотрел на Кэша, и его голос был холоден и тверд, как кремень.

— Обсидео — это не игра.

— О, мы все здесь настроены очень серьезно. — Он посмотрел на меня, постучав по рукоятке ножа, висевшего у него на поясе. — Разумеется, в Обсидео нет необходимости, если ты готов, чтобы вампирша предстала перед кланами оборотней и вампиров.

«С меня хватит», — подумала я и положила руку на свою катану. Но на мое плечо легла рука Коннора.

— Она тебе не подчиняется, — сказал он, практически зарычав. — Сделай это.

Кэш подло улыбнулся.

— Если ты настаиваешь. Старейшины Клана Нортвуд требуют Обсидео.

В воздухе замерцала магия, сгущая его, искажая. Стало трудно дышать, и мне пришлось потрудиться, чтобы остановить растущую панику — и моего монстра — поскольку мои легкие сжимались. Пальцы Коннора сжали мое плечо.

— Дыши медленно, — тихо сказал он. — С воздухом все в порядке; ты просто чувствуешь магию.

Но мое зрение затуманивалось, сужалось, по краям вспыхивали маленькие искорки света.

Кэш невесело ухмыльнулся.

— Твоей вампирше не нравится магия обязательств.

Мы с монстром оба подались вперед, и на этот раз меня пришлось удерживать и Коннору, и Алексею.

— Отпустите меня, — выдавила я, борясь с ними, и на этот раз мне было все равно, посеребрятся мои глаза или покраснеют. Мне было все равно, увидят ли они, насколько я на самом деле отличаюсь. Я поймала обеспокоенный взгляд Джорджии и отвернулась. Сейчас мне не нужна была жалость. Я хотела драться. Я хотела воздуха, не испорченного магией, и честной битвы с кровью и сталью. А не этого фарса.

Затем магия вокруг меня вернулась в норму — и я снова смогла дышать. Я втянула воздух и, когда перестала сопротивляться, почувствовала, как пальцы Коннора ослабили хватку.

«Магия обязательств — та еще сука», — подумала я, заставляя свое сердце замедлиться, снова осаждая монстра.

Магия не могла меня подчинить; это была магия оборотней, и, как отметил Коннор, Стая не имеет власти над вампиром. Но если я правильно предположила, это свяжет его с кланом до тех пор, пока не разрешится «кризис». Я заметила блеск в глазах Миранды, задаваясь вопросом, сможет ли она удержать его навсегда и очистить себе путь к Апексу.

— Ты в порядке? — спросил Коннор.

Я кивнула для проформы, потому что сейчас было не место и не время вдаваться в подробности. Но я была не в порядке. Я была зла. Я не собиралась поддаваться этому фарсу, замаскированному под правосудие. Они чертовски хорошо знали, что мне пришлось обратить Карли, что того требовали «смягчающие обстоятельства». Поэтому было абсурдно, что он подвергал себя опасности — сдавался на милость клана — вместо меня. И это было оскорбительно. Я могла постоять за себя, особенно против Кэша, которого еще не видела участвующим в сражениях.

— На тебя возложены обязательства, — сказал Кэш.

— На меня возложены обязательства, — согласился Коннор и повернулся, чтобы уйти.

Я пошла сразу за ним, потому