Равновесие невест (СИ) - Пар Даша Игоревна "Vilone" Страница 56

На голове короля традиционный обруч чёрного цвета, тогда как голову Селесты украшала совсем миниатюрная диадема, от которой на лоб спускался маленький золотой камешек с чёрным сердцем — символ Каргатских королей.

При их появлении тишина стала совсем звенящей.

Арт почувствовал на себе тяжёлый взгляд, обернувшись, наткнулся на Врана, который смотрел исключительно на него. И в его глазах было нечто такое, что совсем несвойственно канцлеру. Как и та собственническая жадность, с которой он перевёл взгляд на Никлоса с Селестой, когда те заняли свои места.

Сэл вблизи совсем бледненькая, кулачки плотно сжаты, она смотрит перед собой. А мысленно тянется к нему. Её паника сходит на нет рядом с ним, но ей всё равно тяжело даётся первый торжественно-официальный выход в свет в качестве подопечной короны.

— Принцесса Сэлавелия, дочь короля Агондария, наследница престола Подводного мира. Вы созвали это собрание по исключительному поводу, и мы готовы услышать вас, — почтительно, но с нотками безоговорочной властности заговорил Никлос.

Принцесса кивнула, вставая с места и выходя на трибуну. Окинув злобным взглядом присутствующих и скривившись, заметив отсутствие шелки, она задрала подбородок и, чеканя слова, выдала:

— Мы требуем от Каргатского королевства разорвать сделку с шелки, этими тёмными созданиями, чьи боги — это старые боги, чья суть — это насилие, кровь и убийства. Они одержимы этой жаждой, из-за чего нарушили свои обеты и методично истребляют невинных морских существ. Сегодняшняя бойня стала последней каплей нашего терпения. Мы дали вам время разобраться со своими союзниками, но вы ничего не сделали. Не наказали виновных. С попустительством отнеслись к их деяниям. И не смотря на все наши новые договорённости, вы ни единого шага не сделали нам навстречу, — принцесса перевела глаза на Селесту, и её взгляд слегка смягчился, но ненадолго. — В связи с этим мы выносим ноту протеста.

И девушка кивнула своему советнику, который, поджав губы, поднялся и подошёл к королю, передавая запечатанный конверт.

— Если вы в течении трёх дней не разорвёте сделку с шелки и не присоединитесь к нашей войне против этого вида, то все заключённые договорённости будут ликвидированы вплоть до полного закрытия морских путей Каргатского королевства.

В зале поднялась буря из возмущённых криков, обвинений и недовольств, тогда как король молча вскрыл конверт, прочитал его по диагонали и, выдержав драматическую паузу, на глазах русалов демонстративно порвал его на мелкие кусочки.

— Этого не будет, — негромко выдал он совершенно ледяным тоном и в зале вновь стало тихо.

От злости принцессу перекосило, и она, едва сдерживаясь, уставилась на короля.

— Мы так и не получили ни единого доказательства вины шелки. Ни единого, уважаемая Сэлавелия. Всё, что слышали, это бездоказательные обвинения, подкреплённые личной неприязнью подводного народа к шелки, которые являются единственным разумным видом, обитающим в морских водах, который не является частью вашего королевства, что вам явно не по нраву, — не давая принцессе и слова сказать, король добавил: — Впрочем, это не первые обвинения, которые я слышал за последние недели. Как вам такое: подводники появились в день, когда было совершенно дерзкое нападение на невесту с использованием такой магии, что доступна только подводным или эльфам. Вы можете доказать свою невиновность в этих событиях? Нет, не можете. Ведь это голословное обвинение, к которому я не прислушиваюсь, пока не будет реальных улик. Так почему вы поступаете иным образом?

— Это возмутительно! — вскипела принцесса, по её лицу прошлась яркая рябь и на секунду проступили рыбьи черты. Тяжело задышав и опершись о стойку, она с трудом продолжила говорить на языке наземного мира: — Вы нанесли тяжёлое оскорбление и поставили под сомнение годы нашего сотрудничества…

— Которое никогда не строилось на языке дипломатии. Всегда в полутени. Кажется, в Подводном мире давно существует мнение, что наземные вообще не имеют права пользоваться верхними водами даже возле берегов своих земель и рек? — едко вклинился канцлер Вран, и со всех сторон послышались возгласы согласия. — Даже нынешнее сотрудничество составляется с такими формулировками и одолжениями с нашей стороны, что возникает вопрос: а сотрудничество ли это? Или временное перемирие, угодное лично вашему отцу? Ведь ваши «невинные» хищники частенько нападают на суда, действуя под защитой ваших слов об их неразумности.

Сэлавелия и правда стала походить на рыбу, выброшенную на берег. Она переводила взгляд с одного дракона на другого и просто не находила слов от ярости. Наконец собравшись, она вперилась взглядом в молчавшую Селесту, которая до белизны пальцев впилась в подлокотники кресла, пытаясь унять бешеное биение сердца.

— Теперь мне ясна изначальная позиция драконов в отношении Подводного мира, — заявила принцесса. — Как уполномоченный представитель короля Агондария, заявляю, что с этого момента будут заморожены все имеющиеся договорённости между нашими королевствами. Планируемые договора и сделки отменены. А остальные сохранятся до момента урегулирования возникшего конфликта. Как и было объявлено, вам даётся три дня на то, чтобы выполнить наши условия. В противном случае, любое появление подданого Каргатского королевства в морских водах будет расценено как вторжение и объявление войны.

— Ваше Величество? — в поднявшемся шуме, голос Арта совсем утонул, и он наклонился к Никлосу. — Скажите хоть слово?

Но король не успел, Сэлавелия заговорила вновь:

— Существует одно исключение, которое способно восстановить былые отношения и вернуть нас к конструктивному диалогу, — она вновь уставилась на Селесту, которая неуютно заёрзала на кресле, поминутно оглядываясь то на Артана, то на короля. — Если белый дракон навсегда перейдёт под опеку Подводного мира, мы готовы забыть все обиды и обвинения. Даже против шелки, с условием, что они прекратят свои… действия. Или же Каргатский король найдёт кто мог подставить этих существ, и тех, кто напал на невесту в Равновесие, — дождавшись, когда слова дойдут до каждого дракона, она уточнила: — Вам понятны мои слова?

Селеста переглянулась с Никлосом и тот еле заметно кивнул. Она глубоко вздохнула, внутренне ища поддержку у Артана, и встала с места, выходя на небольшое свободное пространство перед трибуной.

— Как подданная Каргатского королевства, подопечная Каргатского короля, и являясь Селестой Каргат, заявляю со всей ответственностью за свои слова: ваше предложение не является ветвью мира и согласия, и будучи чистым вымогательством, ярко демонстрирует истинное отношение Подводного мира к своим соседям. Не признавая установленные рамки, ставя под сомнение состоятельность Каргатского короля, вы в буквальном смысле ставите условия таким образом, что показываете всю мерзость своей игры в обвинения. С самого начала вы оказывали мне знаки внимания, также действуя и на наши дипломатические соглашения, в которых явно писали, что именно является для вас ценностью. И чего хотите на самом деле. Так вот, — прочистив горло, Селеста заговорила ещё громче, чем до этого: — В нашем королевстве нет, не было и не будет никакого вида работорговли. Ни одно разумное существо не будет считаться товаром ни в каких отношениях с соседними государствами!

С каждым словом, девушка распалялась всё больше и больше, и под конец, когда заговорила на одном дыхании, из её тела тонкими змейками выползли белые нити ариуса, расползшегося в разные стороны, будто тонкий каркас невидимых крыльев. И каждая ниточка весьма агрессивно покачивалась в сторону русалов.

Сэлавелия с благоговением осенила драконицу жестом святой Клэрии и, обогнув кафедру, опустилась на колени, видя, как всё выше и выше поднимается дым, разлетаясь белым облаком, заполняя пространство перед трибуной.

Селеста тяжело задышала, пытаясь сдержаться, пытаясь вернуть ариус, но у неё не осталось сил даже слово вымолвить, и она могла только сдерживать его, чтобы он ни на кого не набросился, медленно опускаясь на колени.